131 цитата Генри Филдинга — читать онлайн

Ниже 131 цитата Генри Филдинга — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Значительная часть мужчин, заключила я, любит в женщине своего антипода, и потому перед человеком основательным и положительным я выказывала себя живой и веселой, остроумцу и забавнику представала томной и нежной, влюбчивый поклонник (с ними всего меньше хлопот) встречал во мне холодную сдержанность, робкий и застенчивый удостаивался пылкого отклика.

   Значительная часть мужчин, заключила я, любит в женщине своего антипода, и потому перед человеком основательным и положительным я выказывала себя живой и веселой, остроумцу и забавнику представала томной и нежной, влюбчивый поклонник (с ними всего меньше хлопот) встречал во мне холодную сдержанность, робкий и застенчивый удостаивался пылкого отклика.

   — Анна Болейн · книга
2. «

   Если умный человек не кричит и не жалуется, как ребёнок, то отсюда мы вовсе не должны заключить, что ему не больно.

   Если умный человек не кричит и не жалуется, как ребёнок, то отсюда мы вовсе не должны заключить, что ему не больно.

   — История Тома Джонса, найдёныша · книга
3. «

   Ненависть не является следствием любви, даже сопровождаемой ревностью. Ревнивец вполне способен убить предмет своей ревности, но ненавидеть его он не может.

   Ненависть не является следствием любви, даже сопровождаемой ревностью. Ревнивец вполне способен убить предмет своей ревности, но ненавидеть его он не может.

   — История Тома Джонса, найдёныша · книга
4. «

   Крайнее изумление, как известно, бывает обыкновенно немым.

   Крайнее изумление, как известно, бывает обыкновенно немым.

   — История Тома Джонса, найдёныша · книга
5. «

   Всякая страсть в чрезмерности своей становится преступной, и даже сама любовь, если мы ее не подчиняем долгу, порой заставляет нас пренебрегать им.

   Всякая страсть в чрезмерности своей становится преступной, и даже сама любовь, если мы ее не подчиняем долгу, порой заставляет нас пренебрегать им.

   — Адамс · книга
6. «

   Поприще государственного мужа было из худших, что я прошел в другой жизни. На этой должности каждый день был тревожным и опасным, а радости наперечет и еще меньше спокойных минут.

   Поприще государственного мужа было из худших, что я прошел в другой жизни. На этой должности каждый день был тревожным и опасным, а радости наперечет и еще меньше спокойных минут.

   — Юлиан · книга
7. «

   Кто как не портной, ставит каждого на свое место? Его стараниями покупаются и уважение толпы, и восторг тех, кто лицезреет великих мужей, хотя эти чувства сплошь и рядом незаслуженно приписывают иным побуждениям. Наконец, восхищение прекрасным полом почти всегда следует поставить в заслугу портному.

   Кто как не портной, ставит каждого на свое место? Его стараниями покупаются и уважение толпы, и восторг тех, кто лицезреет великих мужей, хотя эти чувства сплошь и рядом незаслуженно приписывают иным побуждениям. Наконец, восхищение прекрасным полом почти всегда следует поставить в заслугу портному.

   — Юлиан · книга
8. «

   Надо быть слишком презренного мнения о роде человеческом, чтобы думать, будто люди так часто дают себя провести, как они то показывают.

   Надо быть слишком презренного мнения о роде человеческом, чтобы думать, будто люди так часто дают себя провести, как они то показывают.

   — История жизни покойного Джонатана Уайлда Великого · книга
9. «

   Торговля, как доказывает Аристотель, недостойна философа, а если ведется так, как сейчас, она противоестественна.

   Торговля, как доказывает Аристотель, недостойна философа, а если ведется так, как сейчас, она противоестественна.

   — Адамс · книга
10. «

    Наряду с законами государственными есть ещё законы совести, восполняющие упущения законодательства.

    Наряду с законами государственными есть ещё законы совести, восполняющие упущения законодательства.
11. «

    Любовь девочек переменчива, своенравна и настолько бестолкова, что мы не всегда можем понять, чего, собственно, хочет молодая особа; позволительно даже усомниться, знает ли это она сама.

    Любовь девочек переменчива, своенравна и настолько бестолкова, что мы не всегда можем понять, чего, собственно, хочет молодая особа; позволительно даже усомниться, знает ли это она сама.

    — История Тома Джонса, найдёныша · книга
12. «

    Мы не знаем будущих событий, не можем и сказать, к какой цели клонится то или иное происшествие; и то, что поначалу грозит нам злом, может в конце концов пойти нам на благо.

    Мы не знаем будущих событий, не можем и сказать, к какой цели клонится то или иное происшествие; и то, что поначалу грозит нам злом, может в конце концов пойти нам на благо.

    — Адамс · книга
13. «

    Некоторым натурам зло доставляет такое же удовольствие, какое другие находят в добрых делах.

    Некоторым натурам зло доставляет такое же удовольствие, какое другие находят в добрых делах.

    — История Тома Джонса, найдёныша · книга
14. «

    Сатурн, хорошо знающий дела людские, дал нам царей и правителей не человеческого, а божественного происхождения.

    Сатурн, хорошо знающий дела людские, дал нам царей и правителей не человеческого, а божественного происхождения.

    — Платон · книга
15. «

    Мистер Уайлд, по самой строгой проверке не обнаружив в том уголке человеческой природы, который зовется собственным сердцем, ни крупицы жалкого, низменного свойства, именуемого честностью, пришел к выводу, быть может слишком обобщенному, что такой вещи нет совсем.

    Мистер Уайлд, по самой строгой проверке не обнаружив в том уголке человеческой природы, который зовется собственным сердцем, ни крупицы жалкого, низменного свойства, именуемого честностью, пришел к выводу, быть может слишком обобщенному, что такой вещи нет совсем.

    — История жизни покойного Джонатана Уайлда Великого · книга
16. «

    Осторожный человек может в толпе обезопасить свои карманы, засунув в них руки; но когда плут запускает руки в чужие карманы, как ему в это время защитить свои собственные?

    Осторожный человек может в толпе обезопасить свои карманы, засунув в них руки; но когда плут запускает руки в чужие карманы, как ему в это время защитить свои собственные?

    — История жизни покойного Джонатана Уайлда Великого · книга
17. «

    Богатство без милосердия ничего не стоит: оно только тем приносит добро, кто делает добро другим.

    Богатство без милосердия ничего не стоит: оно только тем приносит добро, кто делает добро другим.

    — Адамс · книга
18. «

    Она не замедлила возвести меня на высочайшую ступень серафической любви. Под таковой я не разумею ту любовь, какой, по справедливому слову, занимаются люди на земле и какая длится ровно столько времени, сколько ею заняты. Под серафической любовью я понимаю наиполнейшую душевность и теплоту дружества, и если, мой достойный читатель, подобное чувство тебе не ведомо, что вполне возможно, то просветить тебя в нем такая же безнадежная задача, как не знающему простой арифметики растолковать сложнейшие материи сэра Исаака Ньютона.

    Она не замедлила возвести меня на высочайшую ступень серафической любви. Под таковой я не разумею ту любовь, какой, по справедливому слову, занимаются люди на земле и какая длится ровно столько времени, сколько ею заняты. Под серафической любовью я понимаю наиполнейшую душевность и теплоту дружества, и если, мой достойный читатель, подобное чувство тебе не ведомо, что вполне возможно, то просветить тебя в нем такая же безнадежная задача, как не знающему простой арифметики растолковать сложнейшие материи сэра Исаака Ньютона.

    — Путешествие в загробный мир и прочее · книга
19. «

    Мистер Абраам Адамс был высоко образованным человеком. Кроме того, он был человеком благоразумным, благородным и благожелательным, но в то же время в путях мирских столь же был неискушен, как впервые вступивший на них младенец. Сам несклонный к обману, он и других никогда не подозревал в желании обмануть.

    Мистер Абраам Адамс был высоко образованным человеком. Кроме того, он был человеком благоразумным, благородным и благожелательным, но в то же время в путях мирских столь же был неискушен, как впервые вступивший на них младенец. Сам несклонный к обману, он и других никогда не подозревал в желании обмануть.

    — История приключений Джозефа Эндруса и его друга Абраама Адамса · книга
20. «

    Весь блеск и все утехи, которые так любят люди и которых они — наперекор всем опасностям и трудностям — домогаются путем насилия и подлости, стоят не больше любого из тех пустяков, что выставлены для продажи в игрушечном магазине.

    Весь блеск и все утехи, которые так любят люди и которых они — наперекор всем опасностям и трудностям — домогаются путем насилия и подлости, стоят не больше любого из тех пустяков, что выставлены для продажи в игрушечном магазине.

    — Хартфри · книга