219 мудрых мыслей Генри Миллера

Подборка из 219 цитат Генри Миллера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я хочу, чтобы в мир вернулась классическая чистота, при которой дерьмо называлось дерьмом, а ангел — ангелом.

   Я хочу, чтобы в мир вернулась классическая чистота, при которой дерьмо называлось дерьмом, а ангел — ангелом.

   — Чёрная весна · книга
2. «

   Если понаблюдать за каждым, выследить, схватить, сунуть под перекрестный допрос, припереть к стенке, заставить признаться, мы бы все, откровенно говоря, очутились бы в тюрьме. И самыми отъявленными преступниками, говорю вам, оказались бы судьи, министры, народные избранники, духовенство, педагоги, деятели благотворительных организаций.

   Если понаблюдать за каждым, выследить, схватить, сунуть под перекрестный допрос, припереть к стенке, заставить признаться, мы бы все, откровенно говоря, очутились бы в тюрьме. И самыми отъявленными преступниками, говорю вам, оказались бы судьи, министры, народные избранники, духовенство, педагоги, деятели благотворительных организаций.

   — Сексус · книга
3. «

   Может быть, и приятно знать, что женщина умна, но литература вместо горячего тела — это не то блюдо, которое следует подавать в постели.

   Может быть, и приятно знать, что женщина умна, но литература вместо горячего тела — это не то блюдо, которое следует подавать в постели.

   — Тропик рака · книга
4. «

   Всякий раз, уступая чужим требованиям, ты задаешься одним и тем же вопросом: как остаться самим собой!

   Всякий раз, уступая чужим требованиям, ты задаешься одним и тем же вопросом: как остаться самим собой!
5. «

   Чтобы начать всё с начала, нужно дойти до последней точки..

   Чтобы начать всё с начала, нужно дойти до последней точки..

   — Время убийц · книга
6. «

   Кажется, что единственное загадочное явление, наблюдаемое в жизни некоторых людей — это постоянное затмение.

   Кажется, что единственное загадочное явление, наблюдаемое в жизни некоторых людей — это постоянное затмение.

   — Сексус · книга
7. «

   Вот в этом вся беда: у тебя один секс на уме.

   Вот в этом вся беда: у тебя один секс на уме.

   — Тропик Козерога · книга
8. «

   Почти все, что мы называем жизнью, — это не более, чем бессонница, предсмертная агония, ибо мы утратили привычку отходить ко сну. Мы разучились отключаться, разучились пускать все на самотек. Мы как попрыгнучики на пружинках – чем больше мечемся, тем труднее снова забраться в коробочку.

   Почти все, что мы называем жизнью, — это не более, чем бессонница, предсмертная агония, ибо мы утратили привычку отходить ко сну. Мы разучились отключаться, разучились пускать все на самотек. Мы как попрыгнучики на пружинках – чем больше мечемся, тем труднее снова забраться в коробочку.

   — Тропик Козерога · книга
9. «

   Если хочется, можно сесть и смотреть на проходящих мимо людей. Повсюду что-то случается. Безумное напряжение ожидания чего-то, что должно произойти.

   Если хочется, можно сесть и смотреть на проходящих мимо людей. Повсюду что-то случается. Безумное напряжение ожидания чего-то, что должно произойти.

   — Чёрная весна · книга
10. «

    Человеческое сердце – главный театр.

    Человеческое сердце – главный театр.

    — Вспоминать, чтобы помнить · книга
11. «

    Если есть в чем-то истинная потребность, она будет удовлетворена.

    Если есть в чем-то истинная потребность, она будет удовлетворена.

    — Биг-Сур и апельсины Иеронима Босха · книга
12. «

    Мир «полон великолепных мест, посетить которые не хватит и тысячи жизней»..

    Мир «полон великолепных мест, посетить которые не хватит и тысячи жизней»..

    — Артюр Рембо · книга
13. «

    Я — абсолютное чувство, человек, подавленный чудом этих вод, отражающих в себе забытый мир. Склонившиеся деревья смотрятся в мутное зеркало реки. Набегает ветер и наполняет их тихим шепотом, и они роняют слезы в струящуюся воду. Я задыхаюсь от этой красоты. И нет никого в мире, кому бы я мог передать хоть частичку своих чувств...

    Я — абсолютное чувство, человек, подавленный чудом этих вод, отражающих в себе забытый мир. Склонившиеся деревья смотрятся в мутное зеркало реки. Набегает ветер и наполняет их тихим шепотом, и они роняют слезы в струящуюся воду. Я задыхаюсь от этой красоты. И нет никого в мире, кому бы я мог передать хоть частичку своих чувств...

    — Тропик рака · книга
14. «

    Глядя на её невинный сон, кто мог бы сказать, что Богу принадлежит лишь половина этого прекрасного лица, другая же половина — Сатане?

    Глядя на её невинный сон, кто мог бы сказать, что Богу принадлежит лишь половина этого прекрасного лица, другая же половина — Сатане?

    — Тропик Козерога · книга
15. «

    Мы говорим сегодня на мертвом языке, причем каждый на своем. С общением покончено; нам остается лишь его хладный труп..

    Мы говорим сегодня на мертвом языке, причем каждый на своем. С общением покончено; нам остается лишь его хладный труп..

    — Время убийц · книга
16. «

    Я — свободный человек, и мне нужна моя свобода. Мне нужно быть одному. Нужно думать о своем стыде и отчаянии в одиночестве; мне нужны солнце и камни мостовых, но без спутников, без разговоров, я должен остаться лицом к лицу с самим собой и с той музыкой, которая звучит в моем сердце. Чего вы все от меня добиваетесь? Если мне хочется что-нибудь сказать, я это печатаю. Если мне хочется что-нибудь дать, я даю. Ваше любопытство вызывает у меня тошноту! Ваши комплименты оскорбляют меня! Ваш чай для меня отрава! Я никому ничего не должен. Я ответствен только перед Богом — если Он существует!

    Я — свободный человек, и мне нужна моя свобода. Мне нужно быть одному. Нужно думать о своем стыде и отчаянии в одиночестве; мне нужны солнце и камни мостовых, но без спутников, без разговоров, я должен остаться лицом к лицу с самим собой и с той музыкой, которая звучит в моем сердце. Чего вы все от меня добиваетесь? Если мне хочется что-нибудь сказать, я это печатаю. Если мне хочется что-нибудь дать, я даю. Ваше любопытство вызывает у меня тошноту! Ваши комплименты оскорбляют меня! Ваш чай для меня отрава! Я никому ничего не должен. Я ответствен только перед Богом — если Он существует!

    — Тропик рака · книга
17. «

    ... он одинок и одиночество означало для него свободу.

    ... он одинок и одиночество означало для него свободу.

    — Тропик Козерога · книга
18. «

    Бывает, что со мной разговаривают, а я, покидая собственные башмаки, улетаю далеко-далеко, как растение, уносимое ветром, лишённое корней.

    Бывает, что со мной разговаривают, а я, покидая собственные башмаки, улетаю далеко-далеко, как растение, уносимое ветром, лишённое корней.

    — Тропик Козерога · книга
19. «

    В один прекрасный день ты обнаружишь, что у тебя осталась только одна проблема – ты сам.

    В один прекрасный день ты обнаружишь, что у тебя осталась только одна проблема – ты сам.

    — Сексус · книга
20. «

    Эмерсон говорит: «Жизнь — это мысли, приходящие в течение дня». Если это так, то моя жизнь не что иное, как большая кишка. Я не только целыми днями думаю о еде, но и вижу её во сне.

    Эмерсон говорит: «Жизнь — это мысли, приходящие в течение дня». Если это так, то моя жизнь не что иное, как большая кишка. Я не только целыми днями думаю о еде, но и вижу её во сне.

    — Тропик рака · книга