50 цитат Генриха Бёлля про любовь, время и выбор

Генрих Бёлль — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 50 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Нужно зайти слишком далеко, чтобы знать, как далеко можно зайти.

   Нужно зайти слишком далеко, чтобы знать, как далеко можно зайти.
2. «

   Стоило только дать волю всем этим: «А помните...», и прошлое обесцветилось бы... Подобные ошибки всегда превращают встречи школьных товарищей, да и попойки однополчан в тоскливые сборища. В мимолётном воспоминании о движении руки, звуке, запахе больше содержания, нежели в многочасовой хвастливой болтовне.

   Стоило только дать волю всем этим: «А помните...», и прошлое обесцветилось бы... Подобные ошибки всегда превращают встречи школьных товарищей, да и попойки однополчан в тоскливые сборища. В мимолётном воспоминании о движении руки, звуке, запахе больше содержания, нежели в многочасовой хвастливой болтовне.

   — Город привычных лиц · книга
3. «

   Взрослые люди отправляются в те места, где прошло их детство, только если им хочется погрустить.

   Взрослые люди отправляются в те места, где прошло их детство, только если им хочется погрустить.

   — Бильярд в половине десятого · книга
4. «

   Чувство юмора предполагает наличие некоего минимального оптимизма и печали одновременно.

   Чувство юмора предполагает наличие некоего минимального оптимизма и печали одновременно.
5. «

   Думай о клоуне: он плачет в ванной и проливает кофе себе на шлёпанцы.

   Думай о клоуне: он плачет в ванной и проливает кофе себе на шлёпанцы.

   — Глазами клоуна · книга
6. «

   … и в первый раз он понял, что такое еда: еда — это божье благословение, данное нам, чтобы утолить голод, и больше ничего...

   … и в первый раз он понял, что такое еда: еда — это божье благословение, данное нам, чтобы утолить голод, и больше ничего...

   — Бильярд в половине десятого · книга
7. «

   Люди земные не только умнее, но они человечнее и великодушнее братьев во Христе.

   Люди земные не только умнее, но они человечнее и великодушнее братьев во Христе.

   — Ганс Шнир · книга
8. «

   Вы обращаетесь с любовью, как с бенгальским огнём... а она — динамит.

   Вы обращаетесь с любовью, как с бенгальским огнём... а она — динамит.

   — Глазами клоуна · книга
9. «

   В иные дни он ненавидел все на свете, кроме себя самого, но сегодня был обычный день — и он ненавидел только себя самого, а все остальное любил...

   В иные дни он ненавидел все на свете, кроме себя самого, но сегодня был обычный день — и он ненавидел только себя самого, а все остальное любил...

   — Долина грохочущих копыт · книга
10. «

    Берегите время, часы уходят, дни исчезают, как дым от сигареты... годы мелькают как скверная кинолента, и в один прекрасный день оказывается, что твои дочери похожи на кинозвезд, которые тебе никогда не нравились.

    Берегите время, часы уходят, дни исчезают, как дым от сигареты... годы мелькают как скверная кинолента, и в один прекрасный день оказывается, что твои дочери похожи на кинозвезд, которые тебе никогда не нравились.

    — Фрау Борзиг · книга
11. «

    Он стал посредственным архитектором и знал это, и все же расчудесное это дело быть архитектором и строить простые, добротные дома, которые кое-кому потом даже нравятся. Только не принимать самого себя слишком всерьез, не слишком много думать о себе – вот и вся премудрость.

    Он стал посредственным архитектором и знал это, и все же расчудесное это дело быть архитектором и строить простые, добротные дома, которые кое-кому потом даже нравятся. Только не принимать самого себя слишком всерьез, не слишком много думать о себе – вот и вся премудрость.

    — Где ты был, Адам? · книга
12. «

    Воспоминания ни в коем случае нельзя размораживать, не то ледяные узоры превратятся в тепловатую грязную водичку; нельзя воскрешать прошлое, нельзя извлекать строгие детские чувства из размякших душ взрослых людей; того и гляди узнаешь, что теперь та же девушка делает это за плату; осторожно!

    Воспоминания ни в коем случае нельзя размораживать, не то ледяные узоры превратятся в тепловатую грязную водичку; нельзя воскрешать прошлое, нельзя извлекать строгие детские чувства из размякших душ взрослых людей; того и гляди узнаешь, что теперь та же девушка делает это за плату; осторожно!

    — Бильярд в половине десятого · книга
13. «

    Убивать эстетов, понятно, лучше всего дорогими предметами искусства, чтобы, испуская дух, они возмущались таким святотатством.

    Убивать эстетов, понятно, лучше всего дорогими предметами искусства, чтобы, испуская дух, они возмущались таким святотатством.

    — Глазами клоуна · книга
14. «

    Шпаги надо топтать ногами, мой мальчик, как и все привилегии; привилегии только для того и созданы — это взятки: «Не поможет богатство в день гнева». Ешь то же, что едят все, читай то же, что читают все, носи платье, какое носят все, так ты скорее приблизишься к истине; благородное происхождение обязывает, оно обязывает есть хлеб из опилок, если все остальные едят его, читать ура-патриотическое дерьмо в местных газетках, а не журналы для избранных... <...> Простые люди могут спокойно есть мед и масло, их это не испортит, не засорит им ни желудка, ни мозгов, но ты, Роберт, не имеешь на это права, ты должен есть этот ужасный хлеб, только тогда правда ослепит тебя своим сиянием; если хочешь чувствовать себя свободным, носи дешевые костюмы.

    Шпаги надо топтать ногами, мой мальчик, как и все привилегии; привилегии только для того и созданы — это взятки: «Не поможет богатство в день гнева». Ешь то же, что едят все, читай то же, что читают все, носи платье, какое носят все, так ты скорее приблизишься к истине; благородное происхождение обязывает, оно обязывает есть хлеб из опилок, если все остальные едят его, читать ура-патриотическое дерьмо в местных газетках, а не журналы для избранных... <...> Простые люди могут спокойно есть мед и масло, их это не испортит, не засорит им ни желудка, ни мозгов, но ты, Роберт, не имеешь на это права, ты должен есть этот ужасный хлеб, только тогда правда ослепит тебя своим сиянием; если хочешь чувствовать себя свободным, носи дешевые костюмы.

    — Бильярд в половине десятого · книга
15. «

    Не надо тревожить ушедших мгновений, не надо их воскрешать.

    Не надо тревожить ушедших мгновений, не надо их воскрешать.

    — Ганс Шнир · книга
16. «

    Бог — это всего лишь такое важное слово, которым взрослые норовят отделаться от всех непонятных вещей.

    Бог — это всего лишь такое важное слово, которым взрослые норовят отделаться от всех непонятных вещей.

    — Хлеб ранних лет · книга
17. «

    Скажи, стоит любить? Молчишь? Видно не стоит. Стоит ли жениться, иметь детей, потом спокойно умереть? Молчишь? Видно не стоит.

    Скажи, стоит любить? Молчишь? Видно не стоит. Стоит ли жениться, иметь детей, потом спокойно умереть? Молчишь? Видно не стоит.

    — Лоренц · книга
18. «

    Нет, я не примирился с миром, в котором одно движение руки или одно неправильно понятое слово могут стоить человеку жизни.

    Нет, я не примирился с миром, в котором одно движение руки или одно неправильно понятое слово могут стоить человеку жизни.

    — Бильярд в половине десятого · книга
19. «

    Останься или пойдем вместе, что бы ни случилось. Это добром не кончится, поверь мне. Ты еще не знаешь войны, не знаешь ее хозяев. На войне без особой нужды не расстаются ни на минуту.

    Останься или пойдем вместе, что бы ни случилось. Это добром не кончится, поверь мне. Ты еще не знаешь войны, не знаешь ее хозяев. На войне без особой нужды не расстаются ни на минуту.

    — Файнхальс · книга
20. «

    Не писатели отравляют местность — они ее уже находят отравленной.

    Не писатели отравляют местность — они ее уже находят отравленной.