Георгий Иванов — 64 цитаты с глубоким смыслом

Георгий Иванов — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 64 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Не спится мне. Зажечь свечу? Да только спичек нет. Весь мир молчит, и я молчу, Гляжу на лунный свет. И думаю: как много глаз В такой же тишине, В такой же тихий, ясный час Устремлено к луне. Как скучно ей, должно быть, плыть Над головой у нас, Чужие окна серебрить И видеть столько глаз. Сто лет вперед, сто лет назад, А в мире все одно - Собаки лают, да глядят Мечтатели в окно.

   Не спится мне. Зажечь свечу? Да только спичек нет. Весь мир молчит, и я молчу, Гляжу на лунный свет. И думаю: как много глаз В такой же тишине, В такой же тихий, ясный час Устремлено к луне. Как скучно ей, должно быть, плыть Над головой у нас, Чужие окна серебрить И видеть столько глаз. Сто лет вперед, сто лет назад, А в мире все одно - Собаки лают, да глядят Мечтатели в окно.
2. «

   И разве мог бы я, о посуди сама, В твои глаза взглянуть и не сойти с ума.

   И разве мог бы я, о посуди сама, В твои глаза взглянуть и не сойти с ума.
3. «

   Душа черства. И с каждым днём черствей. — Я гибну. Дай мне руку. Нет ответа. Ещё я вслушиваюсь в шум ветвей, Ещё люблю игру теней и света...

   Душа черства. И с каждым днём черствей. — Я гибну. Дай мне руку. Нет ответа. Ещё я вслушиваюсь в шум ветвей, Ещё люблю игру теней и света...
4. «

   Неправильный круг описала летучая мышь, Сосновая ветка качнулась над тёмной рекой, И в воздухе тонком блеснул, задевая камыш, Серебряный камешек, брошенный детской рукой.

   Неправильный круг описала летучая мышь, Сосновая ветка качнулась над тёмной рекой, И в воздухе тонком блеснул, задевая камыш, Серебряный камешек, брошенный детской рукой.
5. «

   Холодно бродить по свету, Холодней лежать в гробу. Помни это, помни это, Не кляни свою судьбу.

   Холодно бродить по свету, Холодней лежать в гробу. Помни это, помни это, Не кляни свою судьбу.
6. «

   Тонким льдом затянуты лужицы, Словно лед чиста синева. Не сверкает уже, не кружится Обессиленная листва. В сердце нет ни тоски, ни радости, Но покоя в нем тоже нет: Как забыть о весенней сладости, О сиянии прошлых лет?..

   Тонким льдом затянуты лужицы, Словно лед чиста синева. Не сверкает уже, не кружится Обессиленная листва. В сердце нет ни тоски, ни радости, Но покоя в нем тоже нет: Как забыть о весенней сладости, О сиянии прошлых лет?..
7. «

   Друг друга отражают зеркала, Взаимно искажая отраженья.

   Друг друга отражают зеркала, Взаимно искажая отраженья.
8. «

   Это месяц плывёт по эфиру, Это лодка скользит по волнам, Это жизнь приближается к миру, Это смерть улыбается нам.

   Это месяц плывёт по эфиру, Это лодка скользит по волнам, Это жизнь приближается к миру, Это смерть улыбается нам.
9. «

   Что мне нравится — того я не имею, Что хотел бы делать — делать не умею.

   Что мне нравится — того я не имею, Что хотел бы делать — делать не умею.
10. «

    Страсть? А если нет и страсти? Власть? А если нет и власти Даже над самим собой?

    Страсть? А если нет и страсти? Власть? А если нет и власти Даже над самим собой?
11. «

    По улицам рассеянно мы бродим, На женщин смотрим и в кафе сидим, Но настоящих слов мы не находим, А приблизительных мы больше не хотим.

    По улицам рассеянно мы бродим, На женщин смотрим и в кафе сидим, Но настоящих слов мы не находим, А приблизительных мы больше не хотим.
12. «

    Я хочу со щемящей надеждой посмотреть на небо. Я хочу написать тебе длинное прощальное письмо, оскорбительное, небесное, грязное, самое нежное в мире. Я хочу назвать тебя ангелом, тварью, пожелать тебе счастья и благословить, и еще сказать, что где бы ты ни была, куда бы ни укрылась — моя кровь мириадом непрощающих, никогда не простящих частиц будет виться вокруг тебя. Я хочу забыть, отдохнуть, сесть в поезд, уехать в Россию, пить пиво и есть раков теплым вечером на качающемся поплавке над Невой. Я хочу преодолеть отвратительное чувство оцепенения: у людей нет лиц, у слов нет звука, ни в чем нет смысла. Я хочу разбить его, все равно как. Я хочу просто перевести дыхание, глотнуть воздуху. Но никакого воздуха нет.

    Я хочу со щемящей надеждой посмотреть на небо. Я хочу написать тебе длинное прощальное письмо, оскорбительное, небесное, грязное, самое нежное в мире. Я хочу назвать тебя ангелом, тварью, пожелать тебе счастья и благословить, и еще сказать, что где бы ты ни была, куда бы ни укрылась — моя кровь мириадом непрощающих, никогда не простящих частиц будет виться вокруг тебя. Я хочу забыть, отдохнуть, сесть в поезд, уехать в Россию, пить пиво и есть раков теплым вечером на качающемся поплавке над Невой. Я хочу преодолеть отвратительное чувство оцепенения: у людей нет лиц, у слов нет звука, ни в чем нет смысла. Я хочу разбить его, все равно как. Я хочу просто перевести дыхание, глотнуть воздуху. Но никакого воздуха нет.

    — Распад атома · книга
13. «

    Я думаю о эпохе, разлагающейся у меня на глазах. О двух основных разновидностях женщин: либо проститутки, либо гордые тем, что удержались от проституции. О бесчеловечной мировой прелести и одушевленном мировом уродстве. О природе, о том, как глупо описывают ее литературные классики. О всевозможных гадостях, которые люди делают друг другу. О жалости.

    Я думаю о эпохе, разлагающейся у меня на глазах. О двух основных разновидностях женщин: либо проститутки, либо гордые тем, что удержались от проституции. О бесчеловечной мировой прелести и одушевленном мировом уродстве. О природе, о том, как глупо описывают ее литературные классики. О всевозможных гадостях, которые люди делают друг другу. О жалости.

    — Распад атома · книга
14. «

    Книги, искусство — всё равно что описания подвигов и путешествий, предназначенные для тех, кто никогда никуда не поедет и никаких подвигов не совершит.

    Книги, искусство — всё равно что описания подвигов и путешествий, предназначенные для тех, кто никогда никуда не поедет и никаких подвигов не совершит.

    — Распад атома · книга
15. «

    Легкий месяц блеснет над крестами забытых могил, Томный луч озарит разрушенья унылую груду, Теплый ветер вздохнет: я травою и облаком был, Человеческим сердцем я тоже когда-нибудь буду.

    Легкий месяц блеснет над крестами забытых могил, Томный луч озарит разрушенья унылую груду, Теплый ветер вздохнет: я травою и облаком был, Человеческим сердцем я тоже когда-нибудь буду.
16. «

    Еще молитву повторяют губы, а ум уже считает барыши.

    Еще молитву повторяют губы, а ум уже считает барыши.
17. «

    За бессмыслицу! За неудачи! За потерю всего дорого! И за то, что могло быть иначе, И за то — что не надо другого!

    За бессмыслицу! За неудачи! За потерю всего дорого! И за то, что могло быть иначе, И за то — что не надо другого!
18. «

    Настанут холода, Осыпятся листы, И будет льдом вода. Любовь моя, а ты? И белый, белый снег Покроет гладь ручья. И мир лишится нег... А ты, любовь моя? Но с милою весной Снега растают вновь. Вернутся свет и зной - А ты, моя любовь?

    Настанут холода, Осыпятся листы, И будет льдом вода. Любовь моя, а ты? И белый, белый снег Покроет гладь ручья. И мир лишится нег... А ты, любовь моя? Но с милою весной Снега растают вновь. Вернутся свет и зной - А ты, моя любовь?
19. «

    «Бедные люди» — пример тавтологии, Кем это сказано? Может быть, мной.

    «Бедные люди» — пример тавтологии, Кем это сказано? Может быть, мной.
20. «

    Эмалевый крестик в петлице И серой тужурки сукно… Какие печальные лица И как это было давно.

    Эмалевый крестик в петлице И серой тужурки сукно… Какие печальные лица И как это было давно.