43 цитат Гэри Рассела, которые цепляют

Подборка из 43 цитаты Гэри Рассела: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Кто-нибудь заметил что-то странное? — спросила Донна. — То, что мы живы, после того, как ты час вела? — предположил Уилф.

   — Кто-нибудь заметил что-то странное? — спросила Донна. — То, что мы живы, после того, как ты час вела? — предположил Уилф.

   — Донна Ноубл · книга
2. «

   — Наша верность друг другу — вот, что держало нас вместе все эти годы. — Ничто не сможет разделить нас, — пробормотал Кощей. — Да, — подтвердил Доктор. — Ничто.

   — Наша верность друг другу — вот, что держало нас вместе все эти годы. — Ничто не сможет разделить нас, — пробормотал Кощей. — Да, — подтвердил Доктор. — Ничто.

   — Доктор · книга
3. «

   Доктор снял с пальца Игрушечника кольцо и провел им перед зеркалом памяти. Вместо своих мыслей, они с Ниссой увидели Раллона и Милленнию, идущих через розарий, цветущий и приятный. На мгновение Доктор закрыл глаза и улыбнулся. — Счастливые дни, — сказал он. — И их будет еще очень много. Затем он бросил кольцо в зеркало, разбив его на крошечные фрагменты. Вся сфера начала дрожать, сопровождаясь громом, который заставил их говорить громче, чтобы услышать друг друга.

   Доктор снял с пальца Игрушечника кольцо и провел им перед зеркалом памяти. Вместо своих мыслей, они с Ниссой увидели Раллона и Милленнию, идущих через розарий, цветущий и приятный. На мгновение Доктор закрыл глаза и улыбнулся. — Счастливые дни, — сказал он. — И их будет еще очень много. Затем он бросил кольцо в зеркало, разбив его на крошечные фрагменты. Вся сфера начала дрожать, сопровождаясь громом, который заставил их говорить громче, чтобы услышать друг друга.

   — Доктор · книга
4. «

   — Кто управляет всем этим, Биби? — Я понятия не имею, мисс Нисса. Нисса посмотрела на его ничего не выражающее пушистое лицо. — О, ерунда, Биби. Ты — моя игрушка из дома. Ты больше не существуешь. Ты был уничтожен, когда мой мир исчез. Я — не наивная молодая девушка с Тракена, какой была тогда. С тех пор я многое увидела и многому научилась. — Она хлопнула Биби по плечу. — Люди всегда недооценивают меня, но то, что я не воплю, как Тиган, или не дуюсь, как Адрик, еще не означает, что я ничего не замечаю. Кто-то вынул тебя из моих воспоминаний и оживил. Или я сплю, и кто-то управляет моим подсознанием на биометрическом уровне. Так или иначе, я знаю и вижу это, независимо от того, что все еще направляюсь в устроенную кем-то ловушку. — Она отвернулась от Биби и продолжила идти. — И кто бы это ни был, он использует твою гигантскую и болтливую версию, чтобы убедить меня в обратном! О, и еще, Биби, я подозреваю, что моему таинственному благодетелю нужна не я, а Доктор. В конце концов, он признал, что пирамида была ловушкой. Биби не ответил, и когда Нисса обернулась, чтобы узнать причину, оказалось, что он исчез. — Как неожиданно, — вздохнула она. Кажется, она переняла у Тиган привычку жаловаться.

   — Кто управляет всем этим, Биби? — Я понятия не имею, мисс Нисса. Нисса посмотрела на его ничего не выражающее пушистое лицо. — О, ерунда, Биби. Ты — моя игрушка из дома. Ты больше не существуешь. Ты был уничтожен, когда мой мир исчез. Я — не наивная молодая девушка с Тракена, какой была тогда. С тех пор я многое увидела и многому научилась. — Она хлопнула Биби по плечу. — Люди всегда недооценивают меня, но то, что я не воплю, как Тиган, или не дуюсь, как Адрик, еще не означает, что я ничего не замечаю. Кто-то вынул тебя из моих воспоминаний и оживил. Или я сплю, и кто-то управляет моим подсознанием на биометрическом уровне. Так или иначе, я знаю и вижу это, независимо от того, что все еще направляюсь в устроенную кем-то ловушку. — Она отвернулась от Биби и продолжила идти. — И кто бы это ни был, он использует твою гигантскую и болтливую версию, чтобы убедить меня в обратном! О, и еще, Биби, я подозреваю, что моему таинственному благодетелю нужна не я, а Доктор. В конце концов, он признал, что пирамида была ловушкой. Биби не ответил, и когда Нисса обернулась, чтобы узнать причину, оказалось, что он исчез. — Как неожиданно, — вздохнула она. Кажется, она переняла у Тиган привычку жаловаться.

   — Нисса · книга
5. «

   — Что? Рори покачал головой. — Сколько твоих дурацких законов времени ты только что нарушил? В смысле, нам с Эми это делать нельзя, а тебе можно? — Нет, не правда. — Не правда? — Да, Эми тоже может их нарушать. Только тебе нельзя. Потому что тебе на себя плевать, и ты не знаешь, когда достаточно. — О.

   — Что? Рори покачал головой. — Сколько твоих дурацких законов времени ты только что нарушил? В смысле, нам с Эми это делать нельзя, а тебе можно? — Нет, не правда. — Не правда? — Да, Эми тоже может их нарушать. Только тебе нельзя. Потому что тебе на себя плевать, и ты не знаешь, когда достаточно. — О.

   — Рори Уильямс · книга
6. «

   Рори знал это, поскольку сам частенько являлся предметом подобных манипуляций. Хотя, вероятно, жертва, более подходящее слово. Он сказал жертва, но это звучит как-то слишком жестоко, слишком… злобно, у Доктора, конечно, было много отрицательных черт, но злоба, жестокость и неуважение не являлись одной из них. Тремя из них. Неважно.

   Рори знал это, поскольку сам частенько являлся предметом подобных манипуляций. Хотя, вероятно, жертва, более подходящее слово. Он сказал жертва, но это звучит как-то слишком жестоко, слишком… злобно, у Доктора, конечно, было много отрицательных черт, но злоба, жестокость и неуважение не являлись одной из них. Тремя из них. Неважно.

   — Рори Уильямс · книга
7. «

   — Просто дайте нам уйти! — закричала Нисса, подсознательно пробуя подход Тиган. — Не пытайся обратиться к его лучшей половине, Нисса. У него ее нет.

   — Просто дайте нам уйти! — закричала Нисса, подсознательно пробуя подход Тиган. — Не пытайся обратиться к его лучшей половине, Нисса. У него ее нет.

   — Нисса · книга
8. «

   — Зачем это? Парень пожал плечами. — Потому что я люблю тебя. И потому что, не смотря на то, что я сейчас сказал, я обожаю моменты вроде «Доктор в овечьей купальне». — Что ж, — сказала Эми. — Давай побудем с ним еще немного, и тогда мы сможем провести остаток жизни вместе со всеми этими воспоминаниями, плохими или хорошими. Рори улыбнулся. — Мне нравится эта идея. Очень нравится. Копить воспоминания вместе, блестяще!

   — Зачем это? Парень пожал плечами. — Потому что я люблю тебя. И потому что, не смотря на то, что я сейчас сказал, я обожаю моменты вроде «Доктор в овечьей купальне». — Что ж, — сказала Эми. — Давай побудем с ним еще немного, и тогда мы сможем провести остаток жизни вместе со всеми этими воспоминаниями, плохими или хорошими. Рори улыбнулся. — Мне нравится эта идея. Очень нравится. Копить воспоминания вместе, блестяще!

   — Эми Понд · книга
9. «

   — Хорошо, Игрушечник, я буду играть по Вашим правилам. Шахматы. Карты. Рамми. Во что бы Вы ни хотели — но верните все на свои места, или я не смогу помочь Вам! И мир распался вокруг него.

   — Хорошо, Игрушечник, я буду играть по Вашим правилам. Шахматы. Карты. Рамми. Во что бы Вы ни хотели — но верните все на свои места, или я не смогу помочь Вам! И мир распался вокруг него.

   — Доктор · книга
10. «

    — Рори, — Доктор внезапно остановился. — Что не так? — А разве все так, Доктор? Мы прибыли сюда, произошло нечто масштабное, люди погибли, потеряли свои дома, все, во что они верили. И мы просто уходим? Так и должно быть?

    — Рори, — Доктор внезапно остановился. — Что не так? — А разве все так, Доктор? Мы прибыли сюда, произошло нечто масштабное, люди погибли, потеряли свои дома, все, во что они верили. И мы просто уходим? Так и должно быть?

    — Рори Уильямс · книга
11. «

    — Ты же меня все время оскорбляешь, — возразил Рори. — Правда, все время, — подтвердила Эми. — А он мой суженый, поэтому я должна его защищать, иначе он бросит меня у алтаря. Доктор усмехнулся: «Если вы вообще попадете к алтарю, я могу оставить вас здесь в 1936-ом. Да, уверен, вы не подумали об этом, когда искали новые способы оскорбить бедного старого Доктора».

    — Ты же меня все время оскорбляешь, — возразил Рори. — Правда, все время, — подтвердила Эми. — А он мой суженый, поэтому я должна его защищать, иначе он бросит меня у алтаря. Доктор усмехнулся: «Если вы вообще попадете к алтарю, я могу оставить вас здесь в 1936-ом. Да, уверен, вы не подумали об этом, когда искали новые способы оскорбить бедного старого Доктора».

    — Доктор · книга
12. «

    — Почему вы здесь? — спросил он. Парень в Синем Костюме пожал плечами. — Ну, во-первых, я отпускаю подругу сходить ненадолго домой. Во-вторых, я интересовался, почему все были здесь. И, в-четвертых, сейчас я действительно обеспокоен технологией в том ноутбуке. Люкас знал, что он об этом пожалеет. — А в-третьих? — В-третьих? — Парень в Синем Костюме выглядел смущенным, а потом улыбнулся, как если бы что-то вернулось обратно в его голову. — О, да, в-третьих, я пришел в поисках тебя, Люкас Самуил Карнес, — он протянул руку, — я Доктор, и я здесь, чтобы спасти твою жизнь.

    — Почему вы здесь? — спросил он. Парень в Синем Костюме пожал плечами. — Ну, во-первых, я отпускаю подругу сходить ненадолго домой. Во-вторых, я интересовался, почему все были здесь. И, в-четвертых, сейчас я действительно обеспокоен технологией в том ноутбуке. Люкас знал, что он об этом пожалеет. — А в-третьих? — В-третьих? — Парень в Синем Костюме выглядел смущенным, а потом улыбнулся, как если бы что-то вернулось обратно в его голову. — О, да, в-третьих, я пришел в поисках тебя, Люкас Самуил Карнес, — он протянул руку, — я Доктор, и я здесь, чтобы спасти твою жизнь.

    — Доктор · книга
13. «

    — Все разумные расы чувствуют, что-то есть нечто большее, чем они сами, Доктор, — сказал Раллон. — Это — фактор, который подталкивает их развитие. Возьми свою любимую планету, Доктор. Земля. Сол Три. Неважно, как ты ее называешь. У каждой цивилизации был свой собственный пантеон. Греки, римляне, скандинавы, христиане, индуисты… Кто знает, существуют ли они? Вероятно, да. Или существовали. Использовали силу, которая объединяла людей, давала им причину существовать, бороться. Они создали свою этику, свою культуру вокруг этих богов. На Даймоке — та же самая ситуация. — Я нашел людей с Даймока сотни лет назад, Доктор, — сказал Игрушечник. — У них не было цели, они нуждались в Боге. И, будучи расой телепатов без материальных потребностей, они увидели во мне своего Бога. Я никогда не утверждал, что являюсь единственным, я — Страж, Доктор. Вся расы мечтают и надеются. Если существуют Страж Света и Страж Хаоса, то должен быть и Страж Мечтаний. Именно поэтому я нахожусь в этой Вселенной, Доктор. У всех есть мечты. Я формирую их. Это — моя работа. Нисса вмешалась в их разговор. — А как же Ваши игры? Мучения, которые Вы причиняете? — Страж Хаоса создает войны, чтобы оправдать свое существование. Страж Правосудия создает конфликты, чтобы оправдать свое. Я — создаю умственные игры, моя дорогая. Без меня, без того, что я делаю, мечты потеряли бы новизну, пропала бы потребность учиться и развиваться. Они бы просто стояли на месте, медленно увядая и умирая. Я не могу существовать без жителей этой Вселенной. Они не могут существовать без меня.

    — Все разумные расы чувствуют, что-то есть нечто большее, чем они сами, Доктор, — сказал Раллон. — Это — фактор, который подталкивает их развитие. Возьми свою любимую планету, Доктор. Земля. Сол Три. Неважно, как ты ее называешь. У каждой цивилизации был свой собственный пантеон. Греки, римляне, скандинавы, христиане, индуисты… Кто знает, существуют ли они? Вероятно, да. Или существовали. Использовали силу, которая объединяла людей, давала им причину существовать, бороться. Они создали свою этику, свою культуру вокруг этих богов. На Даймоке — та же самая ситуация. — Я нашел людей с Даймока сотни лет назад, Доктор, — сказал Игрушечник. — У них не было цели, они нуждались в Боге. И, будучи расой телепатов без материальных потребностей, они увидели во мне своего Бога. Я никогда не утверждал, что являюсь единственным, я — Страж, Доктор. Вся расы мечтают и надеются. Если существуют Страж Света и Страж Хаоса, то должен быть и Страж Мечтаний. Именно поэтому я нахожусь в этой Вселенной, Доктор. У всех есть мечты. Я формирую их. Это — моя работа. Нисса вмешалась в их разговор. — А как же Ваши игры? Мучения, которые Вы причиняете? — Страж Хаоса создает войны, чтобы оправдать свое существование. Страж Правосудия создает конфликты, чтобы оправдать свое. Я — создаю умственные игры, моя дорогая. Без меня, без того, что я делаю, мечты потеряли бы новизну, пропала бы потребность учиться и развиваться. Они бы просто стояли на месте, медленно увядая и умирая. Я не могу существовать без жителей этой Вселенной. Они не могут существовать без меня.

    — Доктор · книга
14. «

    Доктор заметил улыбку Тиган. Почему она улыбалась? Игрушечник побеждал… Но он должен был доверять ей. Она была основой его команды — координатор, как сказал он однажды. Он возвратился к мозаике, отчаянно пытаясь завершить ее, точнее, дойти до стадии, где требовалась одна последняя часть. И затем он был бы… — Победа! — прокричал Игрушечник, и Доктор ошеломленно посмотрел на него.

    Доктор заметил улыбку Тиган. Почему она улыбалась? Игрушечник побеждал… Но он должен был доверять ей. Она была основой его команды — координатор, как сказал он однажды. Он возвратился к мозаике, отчаянно пытаясь завершить ее, точнее, дойти до стадии, где требовалась одна последняя часть. И затем он был бы… — Победа! — прокричал Игрушечник, и Доктор ошеломленно посмотрел на него.

    — Тиган · книга
15. «

    — Бееееее. — Что? — Бееееее. — Я вижу. Рори? — Бееееее. — Нет, определенно не Рори. Хотя, все же есть некоторое сходство. Например, ты стоишь здесь, глядя на меня, предполагая, что я знаю, что происходит. Издаешь странные звуки, которые никто не понимает. Но, не смотря на все это, я абсолютно уверен, что ты не Рори. — Эм, Доктор? — О, видишь, теперь это Рори. Понимаешь, к чему я клоню, да? — Беееееее. — Доктор? — Тише, Рори, я беседую с бараном. — Бееееее.

    — Бееееее. — Что? — Бееееее. — Я вижу. Рори? — Бееееее. — Нет, определенно не Рори. Хотя, все же есть некоторое сходство. Например, ты стоишь здесь, глядя на меня, предполагая, что я знаю, что происходит. Издаешь странные звуки, которые никто не понимает. Но, не смотря на все это, я абсолютно уверен, что ты не Рори. — Эм, Доктор? — О, видишь, теперь это Рори. Понимаешь, к чему я клоню, да? — Беееееее. — Доктор? — Тише, Рори, я беседую с бараном. — Бееееее.

    — Доктор · книга
16. «

    — О, нет… — начал Адрик, но Доктор прервал его. — Да, Адрик. Ты останешься здесь. Мне нужен кто-то, кто позаботится о ТАРДИС. — Можно оставить Ниссу. — Если Тиган будет вновь одержима, понадобится знание биоэлектроники, чтобы помочь ей. Адрик почти затопал ногой в расстройстве. — Тиган всегда одержима! Ей просто хочется внимания. Доктор глубоко вздохнул, затем мягко прошептал мальчику. — Мне нужен здесь кто-то, кому я доверяю. Полностью. Если что-то пойдет не так, ты способен убедить лейтенанта Паладопуса начать наши поиски лучше, чем Нисса. Согласен?

    — О, нет… — начал Адрик, но Доктор прервал его. — Да, Адрик. Ты останешься здесь. Мне нужен кто-то, кто позаботится о ТАРДИС. — Можно оставить Ниссу. — Если Тиган будет вновь одержима, понадобится знание биоэлектроники, чтобы помочь ей. Адрик почти затопал ногой в расстройстве. — Тиган всегда одержима! Ей просто хочется внимания. Доктор глубоко вздохнул, затем мягко прошептал мальчику. — Мне нужен здесь кто-то, кому я доверяю. Полностью. Если что-то пойдет не так, ты способен убедить лейтенанта Паладопуса начать наши поиски лучше, чем Нисса. Согласен?

    — Доктор · книга
17. «

    — Привет, Эми, — улыбнулся Повелитель времени. — Где ты пропадала? — Ты пропустила разговор Доктора с бараном, — засмеялся Рори. — Правда? Ух ты! Держу пари, баран поддерживал беседу также хорошо, как и Доктор. Парень пожал плечами: «Думаю, они, определенно, были на одном уровне. Как физически, так и интеллектуально».

    — Привет, Эми, — улыбнулся Повелитель времени. — Где ты пропадала? — Ты пропустила разговор Доктора с бараном, — засмеялся Рори. — Правда? Ух ты! Держу пари, баран поддерживал беседу также хорошо, как и Доктор. Парень пожал плечами: «Думаю, они, определенно, были на одном уровне. Как физически, так и интеллектуально».

    — Доктор · книга
18. «

    — Было время, когда Галлифрей занимался исследованиями. Вспомните Миньос. Вспомните Смертельную Зону. Подумайте о первых годах Галлифрея, когда исследователи рисковали во временной воронке. У них была страсть к приключениям. Их гены все еще в нас. — Кажется, только в тебе, — ответил Ванселл. Доктор застыл.

    — Было время, когда Галлифрей занимался исследованиями. Вспомните Миньос. Вспомните Смертельную Зону. Подумайте о первых годах Галлифрея, когда исследователи рисковали во временной воронке. У них была страсть к приключениям. Их гены все еще в нас. — Кажется, только в тебе, — ответил Ванселл. Доктор застыл.

    — Доктор · книга
19. «

    — Вы сошли с ума. Из-за того, что нашла Милленния, вы собираетесь нарушить все законы Галлифрея, покинуть планету и чем все это закончится? Смертью, скорее всего. Глаза Доктора вспыхнули от ярости. — Никто не просит, чтобы ты присоединялся к нам, Ванселл. — Он повернулся к остальным. — Да, я предлагаю нарушить закон. Да, я предлагаю нечто опасное. Но если мы останемся здесь, если мы не докажем тем соням, что называют себя Повелителями Времени, что существует Вселенная, которую стоит исследовать — не только смотреть, наблюдать, делать записи, но и принимать участие — тогда ради чего жить здесь. — А если нас поймают? — поинтересовался Магнус. — Если нас поймают, мы признаем свою вину. Но в любом случае, даже если нас поймают, это встряхнет их немного, внесет сумятицу в их удобный мирок.

    — Вы сошли с ума. Из-за того, что нашла Милленния, вы собираетесь нарушить все законы Галлифрея, покинуть планету и чем все это закончится? Смертью, скорее всего. Глаза Доктора вспыхнули от ярости. — Никто не просит, чтобы ты присоединялся к нам, Ванселл. — Он повернулся к остальным. — Да, я предлагаю нарушить закон. Да, я предлагаю нечто опасное. Но если мы останемся здесь, если мы не докажем тем соням, что называют себя Повелителями Времени, что существует Вселенная, которую стоит исследовать — не только смотреть, наблюдать, делать записи, но и принимать участие — тогда ради чего жить здесь. — А если нас поймают? — поинтересовался Магнус. — Если нас поймают, мы признаем свою вину. Но в любом случае, даже если нас поймают, это встряхнет их немного, внесет сумятицу в их удобный мирок.

    — Разделённая верность · книга
20. «

    — И если я выиграю? Мы сможем вернуться домой? — Домой? — засмеялся Игрушечник. — Пройдет много времени, прежде чем Вы сможете увидеть что-то, что сможете назвать домом, Доктор. Вы — мои гости. На долгое время. На очень долгое время. Но если сумеете победить капитанов, то, по крайней мере, останетесь в живых. Доктор внезапно почувствовал озноб. Он не ожидал этого. Он думал, что Игрушечник — непочтительный, коварный и слегка шаловливый. Испорченный. Но теперь он видел правду. Игрушечник был воплощением чистого зла, принявшего форму. Правда была в том, что он столкнулся с противником, столь же древним, как сама Вселенная, и возможно, что даже старше. И у него просто не было ни знаний, ни опыта, чтобы бороться с ним. Игрушечник улыбнулся еще шире. — Правильно, Доктор. Борьба со мной бессмысленна, но Вы все еще продолжаете. Поскольку, как и все эфемерные существа, что населяют этот смешной космос, Вы хотите жить, хотите найти кусочек надежды там, где ничего не осталось. Что ж, играйте в мои игры, Доктор, и возможно, Вы останетесь вне моего магазина игрушек и будете первым человеком, который смог обыграть Небесного Игрушечника. И он исчез вместе с шаром. — В чем я искренне сомневаюсь, — послышались его последние слова.

    — И если я выиграю? Мы сможем вернуться домой? — Домой? — засмеялся Игрушечник. — Пройдет много времени, прежде чем Вы сможете увидеть что-то, что сможете назвать домом, Доктор. Вы — мои гости. На долгое время. На очень долгое время. Но если сумеете победить капитанов, то, по крайней мере, останетесь в живых. Доктор внезапно почувствовал озноб. Он не ожидал этого. Он думал, что Игрушечник — непочтительный, коварный и слегка шаловливый. Испорченный. Но теперь он видел правду. Игрушечник был воплощением чистого зла, принявшего форму. Правда была в том, что он столкнулся с противником, столь же древним, как сама Вселенная, и возможно, что даже старше. И у него просто не было ни знаний, ни опыта, чтобы бороться с ним. Игрушечник улыбнулся еще шире. — Правильно, Доктор. Борьба со мной бессмысленна, но Вы все еще продолжаете. Поскольку, как и все эфемерные существа, что населяют этот смешной космос, Вы хотите жить, хотите найти кусочек надежды там, где ничего не осталось. Что ж, играйте в мои игры, Доктор, и возможно, Вы останетесь вне моего магазина игрушек и будете первым человеком, который смог обыграть Небесного Игрушечника. И он исчез вместе с шаром. — В чем я искренне сомневаюсь, — послышались его последние слова.

    — Доктор · книга