Подборка: 390 цитат Германа Гессе

Подборка из 390 цитат Германа Гессе: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Он был не из тех учителей, которым гении мешают.

   Он был не из тех учителей, которым гении мешают.

   — Игра в бисер · книга
2. «

   Женщина, любовь и сладострастие в ответе за всё в мире, за всю свистопляску страстей и вожделений, супружеской неверности, смерти, убийства, войны.

   Женщина, любовь и сладострастие в ответе за всё в мире, за всю свистопляску страстей и вожделений, супружеской неверности, смерти, убийства, войны.

   — Индийское жизнеописание · книга
3. «

   Нет реальности, кроме той, которую мы носим в себе. Большинство людей потому и живут такой нереальной жизнью, что они принимают за реальность внешние картины, а собственному внутреннему миру не дают и слова сказать. При этом можно быть счастливым. Но если ты знаешь другое, у тебя уже нет выбора, ты уже не можешь идти путем большинства.

   Нет реальности, кроме той, которую мы носим в себе. Большинство людей потому и живут такой нереальной жизнью, что они принимают за реальность внешние картины, а собственному внутреннему миру не дают и слова сказать. При этом можно быть счастливым. Но если ты знаешь другое, у тебя уже нет выбора, ты уже не можешь идти путем большинства.

   — Демиан · книга
4. «

   Искусство есть ничто иное, как созерцание мира в состоянии милостивого просветления. Показывать бога за каждой вещью — вот что такое искусство.

   Искусство есть ничто иное, как созерцание мира в состоянии милостивого просветления. Показывать бога за каждой вещью — вот что такое искусство.
5. «

   Все повторяется, все, что не было выстрадано до конца и искуплено.

   Все повторяется, все, что не было выстрадано до конца и искуплено.

   — Сиддхартха · книга
6. «

   Я покажу тебе свой маленький театр, научу танцевать и быть немножко веселей и глупей, а ты покажешь мне свои мысли и кое-что из своих знаний.

   Я покажу тебе свой маленький театр, научу танцевать и быть немножко веселей и глупей, а ты покажешь мне свои мысли и кое-что из своих знаний.

   — Гермина · книга
7. «

   Потому что я такая же, как ты. Потому что я так же одинока, как ты, и точно так же, как ты, неспособна любить и принимать всерьез жизнь, людей и себя самой.

   Потому что я такая же, как ты. Потому что я так же одинока, как ты, и точно так же, как ты, неспособна любить и принимать всерьез жизнь, людей и себя самой.

   — Степной волк · книга
8. «

   Судьба безжалостна, жизнь капризна и жестока, природа равнодушна, добро и разум ей неведомы. Но добро и разум есть в нас, в людях, которыми играет случай, и мы можем стать сильнее природы и судьбы, пусть даже на мгновенье. И мы можем приблизиться друг к другу, когда случается беда, и заглянуть друг другу в глаза, мы можем любить друг друга и жить друг другу в утешение.

   Судьба безжалостна, жизнь капризна и жестока, природа равнодушна, добро и разум ей неведомы. Но добро и разум есть в нас, в людях, которыми играет случай, и мы можем стать сильнее природы и судьбы, пусть даже на мгновенье. И мы можем приблизиться друг к другу, когда случается беда, и заглянуть друг другу в глаза, мы можем любить друг друга и жить друг другу в утешение.

   — Гертруда · книга
9. «

   Мы, люди интеллигентные, все сплошь мечтаем о языке без слов, способном выразить невыразимое, высказать то, чего нельзя высказать.

   Мы, люди интеллигентные, все сплошь мечтаем о языке без слов, способном выразить невыразимое, высказать то, чего нельзя высказать.

   — Гарри Галлер · книга
10. «

    В Иозефусе дремал некий дар, который с годами, когда его волосы побелели, достиг расцвета. Это был дар слушать.

    В Иозефусе дремал некий дар, который с годами, когда его волосы побелели, достиг расцвета. Это был дар слушать.

    — Исповедник · книга
11. «

    Поразительно: с ужасом и стыдом глядя на на жестокую игру мировой истории, на вечно вертящееся колесо мировой алчности и страданий, увидев и поняв бренность сущего и жестокость человека и в то же время его глубокую тоску по чистоте и гармонии, этот, как ни один, может быть другой, умный и способный страдать народ нашел для всей красоты и всего трагизма мира эти великолепные притчи — о старении и гибели всего сущего, о могучем Шиве, растаптывающем в пляске пришедший в упадок мир, и улыбчивом Вишну, который лежит в дремоте и из своих золотых божественных снов сотворяет, играя, мир заново.

    Поразительно: с ужасом и стыдом глядя на на жестокую игру мировой истории, на вечно вертящееся колесо мировой алчности и страданий, увидев и поняв бренность сущего и жестокость человека и в то же время его глубокую тоску по чистоте и гармонии, этот, как ни один, может быть другой, умный и способный страдать народ нашел для всей красоты и всего трагизма мира эти великолепные притчи — о старении и гибели всего сущего, о могучем Шиве, растаптывающем в пляске пришедший в упадок мир, и улыбчивом Вишну, который лежит в дремоте и из своих золотых божественных снов сотворяет, играя, мир заново.

    — Кнехт · книга
12. «

    Все мы творцы в той мере, в какой душа принимает участие в сотворении мира.

    Все мы творцы в той мере, в какой душа принимает участие в сотворении мира.
13. «

    Запрет, значит, не есть нечто вечное, он может меняться.

    Запрет, значит, не есть нечто вечное, он может меняться.

    — Демиан · книга
14. «

    И тут я разозлился, загрустил, увидел, что я совсем один и никто меня не понимает.

    И тут я разозлился, загрустил, увидел, что я совсем один и никто меня не понимает.

    — Гарри Галлер · книга
15. «

    Человеческая жизнь видится мне темной печальной ночью, которую нельзя было бы вынести, если бы то тут, то там не вспыхивали молнии, чей неожиданный свет так утешителен и чудесен, что эти секунды могут перечеркнуть и оправдать годы тьмы. Тьма, безутешный мрак — страшный круговорот повседневной жизни. Зачем человек утром встает, ест, пьет, потом опять ложится? Ребенок, дикарь, здоровый молодой человек, животное не страдают от этого круговорота безликих вещей и дел. Кто не страдает от дум, того радует подъем по утрам, еда и питье, он находит в этом удовлетворение и другого не желает. Однако кто утратил ощущение естественности всего этого, тот жадно и зорко ищет в течении дней мгновенья истинной жизни, вспышки которой дают счастье и заглушают чувство времени вместе со всеми раздумьями о смысле и цели жизни вообще.

    Человеческая жизнь видится мне темной печальной ночью, которую нельзя было бы вынести, если бы то тут, то там не вспыхивали молнии, чей неожиданный свет так утешителен и чудесен, что эти секунды могут перечеркнуть и оправдать годы тьмы. Тьма, безутешный мрак — страшный круговорот повседневной жизни. Зачем человек утром встает, ест, пьет, потом опять ложится? Ребенок, дикарь, здоровый молодой человек, животное не страдают от этого круговорота безликих вещей и дел. Кто не страдает от дум, того радует подъем по утрам, еда и питье, он находит в этом удовлетворение и другого не желает. Однако кто утратил ощущение естественности всего этого, тот жадно и зорко ищет в течении дней мгновенья истинной жизни, вспышки которой дают счастье и заглушают чувство времени вместе со всеми раздумьями о смысле и цели жизни вообще.

    — Гертруда · книга
16. «

    В сущности, это только вопрос любви к покою! Кто слишком любит покой, чтобы самому думать и самому быть себе судьёй, тот подчиняется без разбора любым запретам. Другие сами чувствуют какие-то приказы в себе, для них запретны вещи, которые каждый порядочный человек делает ежедневно, но зато позволительны другие вещи, которые вообще осуждаются. Каждый должен отвечать за себя самого.

    В сущности, это только вопрос любви к покою! Кто слишком любит покой, чтобы самому думать и самому быть себе судьёй, тот подчиняется без разбора любым запретам. Другие сами чувствуют какие-то приказы в себе, для них запретны вещи, которые каждый порядочный человек делает ежедневно, но зато позволительны другие вещи, которые вообще осуждаются. Каждый должен отвечать за себя самого.

    — Демиан · книга
17. «

    ... через жизнь и людей нельзя пройти так просто, тут — с ненавистью, там — с любовью, всё живет вперемешку, одно подле другого, почти неразделимо и моментами почти неразличимо.

    ... через жизнь и людей нельзя пройти так просто, тут — с ненавистью, там — с любовью, всё живет вперемешку, одно подле другого, почти неразделимо и моментами почти неразличимо.

    — Гертруда · книга
18. «

    Он вдохнул немного воздуха в мою духоту.

    Он вдохнул немного воздуха в мою духоту.

    — Игра в бисер · книга
19. «

    Но не каждый способен всю жизнь дышать и питаться абстракциями. Абстракции восхитительны, но дышать воздухом и есть хлеб тоже, по-моему, надо.

    Но не каждый способен всю жизнь дышать и питаться абстракциями. Абстракции восхитительны, но дышать воздухом и есть хлеб тоже, по-моему, надо.

    — Игра в бисер · книга
20. «

    <...> никто не хочет избежать следующей войны...

    <...> никто не хочет избежать следующей войны...

    — Степной волк · книга