Что говорил Гийом Мюссо: 152 цитаты

Ниже 152 цитаты Гийома Мюссо — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   В 20 лет мы в центре жизни. В 30 — ходим в пределах жизненного круга. В 50 — по ее периметру, избегая оглядываться назад и смотреть вперед. А потом мы исчезаем навсегда.

   В 20 лет мы в центре жизни. В 30 — ходим в пределах жизненного круга. В 50 — по ее периметру, избегая оглядываться назад и смотреть вперед. А потом мы исчезаем навсегда.

   — Ты будешь там? · книга
2. «

   У меня за спиной висела школьная карта Видаль-Лаблаша — она устарела еще в ту пору, когда я здесь учился, на которой был изображен мир 50-х годов и страны, которых больше нет: СССР, ГДР, Югославия, Чехословакия...

   У меня за спиной висела школьная карта Видаль-Лаблаша — она устарела еще в ту пору, когда я здесь учился, на которой был изображен мир 50-х годов и страны, которых больше нет: СССР, ГДР, Югославия, Чехословакия...

   — Тома Дегале · книга
3. «

   Что порой достаточно для смерти... Несколько секунд невнимательности, и — несчастный случай. Что порой достаточно для жизни... Несколько электрических импульсов, и сердце вновь начинает работать.

   Что порой достаточно для смерти... Несколько секунд невнимательности, и — несчастный случай. Что порой достаточно для жизни... Несколько электрических импульсов, и сердце вновь начинает работать.

   — Я возвращаюсь за тобой · книга
4. «

   В аэропорту я вижу, как она бежит ко мне. В моем теле — невероятный биологический взрыв, гормональный коктейль феромонов и адреналина. Это лучшее из того, что я пережил в жизни. Лучшее из того, что я когда-либо переживу. Лучше, чем концерт Моцарта, где я — в первом ряду.

   В аэропорту я вижу, как она бежит ко мне. В моем теле — невероятный биологический взрыв, гормональный коктейль феромонов и адреналина. Это лучшее из того, что я пережил в жизни. Лучшее из того, что я когда-либо переживу. Лучше, чем концерт Моцарта, где я — в первом ряду.

   — Я возвращаюсь за тобой · книга
5. «

   У тебя никогда не было товарищей, Тома. Твоими единственными друзьями были книги.

   У тебя никогда не было товарищей, Тома. Твоими единственными друзьями были книги.

   — Мать · книга
6. «

   – Но это же такая мелочь. Это пустяки, – пожала плечами Жюльет. – Да, мелочь, и в то же время это совсем немало. Пустяков не бывает, но мы не всегда правильно оцениваем последствия своих поступков.

   – Но это же такая мелочь. Это пустяки, – пожала плечами Жюльет. – Да, мелочь, и в то же время это совсем немало. Пустяков не бывает, но мы не всегда правильно оцениваем последствия своих поступков.

   — Старик · книга
7. «

   Многие считают, что самые прекрасные истории любви не могут длиться долго. Если это действительно так, то пламенные поцелуи — те, которые не состоялись.

   Многие считают, что самые прекрасные истории любви не могут длиться долго. Если это действительно так, то пламенные поцелуи — те, которые не состоялись.

   — Мартен. · книга
8. «

   У каждого человека три жизни: публичная, личная и тайная.

   У каждого человека три жизни: публичная, личная и тайная.

   — Габриэль Гарсиа Маркес · книга
9. «

   Смерть не обычный противник. В конце концов она всегда побеждает.

   Смерть не обычный противник. В конце концов она всегда побеждает.

   — Тома Дегале · книга
10. «

    Что проку в свободе мертвецу?

    Что проку в свободе мертвецу?

    — Клэр Жульяни · книга
11. «

    Да, я человек исчезающий, но зато я ничего не забываю.

    Да, я человек исчезающий, но зато я ничего не забываю.

    — Здесь и сейчас · книга
12. «

    ... Чтение — ее тайный сад, ее калитка в другую жизнь, ее неожиданно открывшаяся возможность убежать от обыденности, в которую ее засосала жизнь.

    ... Чтение — ее тайный сад, ее калитка в другую жизнь, ее неожиданно открывшаяся возможность убежать от обыденности, в которую ее засосала жизнь.

    — Потому что я тебя люблю · книга
13. «

    Тут я вспомнил притчу о скорпионе и лягушке: «Зачем ты ужалил меня? — спрашивает лягушка скорпиона, когда они вдвоем оказались на середине реки, — ведь ты умрешь вместе со мной». «Потому что я скорпион», — отвечает ей тот».

    Тут я вспомнил притчу о скорпионе и лягушке: «Зачем ты ужалил меня? — спрашивает лягушка скорпиона, когда они вдвоем оказались на середине реки, — ведь ты умрешь вместе со мной». «Потому что я скорпион», — отвечает ей тот».

    — Тома Дегале · книга
14. «

    У меня такое впечатление, что все изданные мной романы — булыжники, мостящие длинный путь, путь, ведущий к чему-то или к кому-то.

    У меня такое впечатление, что все изданные мной романы — булыжники, мостящие длинный путь, путь, ведущий к чему-то или к кому-то.

    — Фантина · книга
15. «

    ... он объяснил, что у него на родине словом «содад»* называют тоску о том, кого нет рядом. О том, кто умер или где-то далеко. Это слово нельзя перевести на другой язык. Оно выражает особое состояние души, которое трудно описать, легкую, неуловимую грусть, которая пронизывает всю твою жизнь.

    ... он объяснил, что у него на родине словом «содад»* называют тоску о том, кого нет рядом. О том, кто умер или где-то далеко. Это слово нельзя перевести на другой язык. Оно выражает особое состояние души, которое трудно описать, легкую, неуловимую грусть, которая пронизывает всю твою жизнь.

    — Сэм Гэллоуэй · книга
16. «

    В далекой юности только благодаря книгам понял, что никогда не останусь в одиночестве.

    В далекой юности только благодаря книгам понял, что никогда не останусь в одиночестве.

    — Тома Дегале · книга
17. «

    Но не правда ли, в человеке, которого мы любим, всегда найдется нечто неизведанное, сокрытое от всех? Возможно, эта тайна и поддерживает в нас любовь...

    Но не правда ли, в человеке, которого мы любим, всегда найдется нечто неизведанное, сокрытое от всех? Возможно, эта тайна и поддерживает в нас любовь...

    — Ты будешь там? · книга
18. «

    Тот, кто считает себя умным, — глупец, а кто признает, что находится слегка не в своем уме, — мудрец.

    Тот, кто считает себя умным, — глупец, а кто признает, что находится слегка не в своем уме, — мудрец.

    — Ты будешь там? · книга
19. «

    Сочинительство никогда не было для меня развлечением. В него уходишь с головой. Флобер называл это особым способом жить.

    Сочинительство никогда не было для меня развлечением. В него уходишь с головой. Флобер называл это особым способом жить.

    — Ромен Озорски · книга
20. «

    Для меня любовь была как кислород, единственное, что придавало жизни немного блеска, сияния и интенсивности. Для Авроры, какой бы волшебной ни была любовь, она в конечном итоге оказывалась только иллюзией и обманом.

    Для меня любовь была как кислород, единственное, что придавало жизни немного блеска, сияния и интенсивности. Для Авроры, какой бы волшебной ни была любовь, она в конечном итоге оказывалась только иллюзией и обманом.

    — Том Бойд · книга