60 коротких цитат Гилберта Кита Честертона

Подборка из 60 цитат Гилберта Кита Честертона: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Своим успехом я обязан тому, что с уважением выслушивал самые замечательные советы, а потом делал полностью противоположное.

   Своим успехом я обязан тому, что с уважением выслушивал самые замечательные советы, а потом делал полностью противоположное.
2. «

   Воры уважают собственность. Просто они желают, чтобы она принадлежала им, дабы они могли еще больше уважать ее.

   Воры уважают собственность. Просто они желают, чтобы она принадлежала им, дабы они могли еще больше уважать ее.
3. «

   Обезьяна — полисмен в потенции.

   Обезьяна — полисмен в потенции.

   — Человек, который был Четвергом · книга
4. «

   Можно держаться на одном и том же уровне добра, но никому никогда не удавалось удержаться на одном уровне зла. Этот путь ведёт под гору.

   Можно держаться на одном и том же уровне добра, но никому никогда не удавалось удержаться на одном уровне зла. Этот путь ведёт под гору.

   — отец Браун · книга
5. «

   Зло столь гнусно, что поневоле сочтешь добро случайным; добро столь прекрасно, что поневоле сочтешь случайным зло.

   Зло столь гнусно, что поневоле сочтешь добро случайным; добро столь прекрасно, что поневоле сочтешь случайным зло.

   — Человек, который был Четвергом · книга
6. «

   Люди, как правило, не спешат соглашаться, пока не успокоятся в своей постели. Люди очень редко соглашаются полностью и до конца.

   Люди, как правило, не спешат соглашаться, пока не успокоятся в своей постели. Люди очень редко соглашаются полностью и до конца.

   — мистер Понд · книга
7. «

   Он знал, что теперь у него есть друг. Самым страшным за это время было для него одиночество, а на свете нет слов, способных выразить разницу между одиночеством и дружбой. Быть может, математики и правы, дважды два — четыре. Но два — не дважды один, а тысячу раз один. Вот почему, как это ни накладно, мир всегда будет возвращаться к единобрачию.

   Он знал, что теперь у него есть друг. Самым страшным за это время было для него одиночество, а на свете нет слов, способных выразить разницу между одиночеством и дружбой. Быть может, математики и правы, дважды два — четыре. Но два — не дважды один, а тысячу раз один. Вот почему, как это ни накладно, мир всегда будет возвращаться к единобрачию.

   — Человек, который был Четвергом · книга
8. «

   Читать хорошие книги полезно потому, что они не дают нам стать «истинно современными людьми». Становясь «современными», мы приковываем себя к последнему предрассудку; так, потратив последние деньги на модную шляпу, мы обрекаем себя на старомодность. Дорога столетий усеяна трупами «истинно современных людей».

   Читать хорошие книги полезно потому, что они не дают нам стать «истинно современными людьми». Становясь «современными», мы приковываем себя к последнему предрассудку; так, потратив последние деньги на модную шляпу, мы обрекаем себя на старомодность. Дорога столетий усеяна трупами «истинно современных людей».
9. «

   Убийца убивает человека, самоубийца — человечество.

   Убийца убивает человека, самоубийца — человечество.

   — Ортодоксия · книга
10. «

    ...многие считали мистера Понда скучным человеком. Он питал пристрастие к длинным речам — не от самонадеянности, а от старомодности литературных вкусов. ... Они [женщины] считали, что, когда мистер Понд перестает быть скучным, он становится непонятным.

    ...многие считали мистера Понда скучным человеком. Он питал пристрастие к длинным речам — не от самонадеянности, а от старомодности литературных вкусов. ... Они [женщины] считали, что, когда мистер Понд перестает быть скучным, он становится непонятным.

    — Парадоксы мистера Понда · книга
11. «

    ... Не нужно думать, что рыцарями рождаются. Рыцарство — удел бедняков. Знати благородные заветы нипочём, их дело — мода.

    ... Не нужно думать, что рыцарями рождаются. Рыцарство — удел бедняков. Знати благородные заветы нипочём, их дело — мода.

    — Происшествие в Боэн Биконе · книга
12. «

    Без образования нам угрожает ужасная, смертельная опасность — воспринимать образованных людей всерьез.

    Без образования нам угрожает ужасная, смертельная опасность — воспринимать образованных людей всерьез.
13. «

    Приключения могут быть безумными, герой их должен быть разумен.

    Приключения могут быть безумными, герой их должен быть разумен.

    — Человек, который был Четвергом · книга
14. «

    Хороший роман говорит правду о своем герое, плохой — о своем авторе.

    Хороший роман говорит правду о своем герое, плохой — о своем авторе.
15. «

    Растущая потребность в сильном человеке — неопровержимый признак слабости.

    Растущая потребность в сильном человеке — неопровержимый признак слабости.
16. «

    Если мы ничего не требуем, розы краснее для нас, чем для других, трава зеленее, солнце ярче. Блаженны, кто ничего не ждет, ибо они обретут города и горы; блаженны кроткие, ибо они наследуют землю. Пока мы не поймем, что вещей, окружающих нас, могло не быть, мы не поймем, что они есть. Пока мы не увидим тьмы, мы не оценим света. Когда же мы увидим ее, свет покажется нам ослепительным, неожиданным и прекрасным. Одна из бесчисленных и диких шуток истины — в том, что мы не узнаем ничего, пока не поймем своего невежества.

    Если мы ничего не требуем, розы краснее для нас, чем для других, трава зеленее, солнце ярче. Блаженны, кто ничего не ждет, ибо они обретут города и горы; блаженны кроткие, ибо они наследуют землю. Пока мы не поймем, что вещей, окружающих нас, могло не быть, мы не поймем, что они есть. Пока мы не увидим тьмы, мы не оценим света. Когда же мы увидим ее, свет покажется нам ослепительным, неожиданным и прекрасным. Одна из бесчисленных и диких шуток истины — в том, что мы не узнаем ничего, пока не поймем своего невежества.
17. «

    Образование — период, во время которого Вы обучаетесь кем-то, которого Вы не знаете, о чем-то, что Вы не хотите знать.

    Образование — период, во время которого Вы обучаетесь кем-то, которого Вы не знаете, о чем-то, что Вы не хотите знать.
18. «

    Политики не так уж много понимают, но они понимают в политике.

    Политики не так уж много понимают, но они понимают в политике.
19. «

    Мне кажется, у вульгарности — два непременных признака: для неё нет ничего трудного и ничего чуждого. Человек вульгарный, в полном смысле слова, изливается — мысли и чувства хлещут из него, он их не отбирает, не фильтрует. Он всё на свете знает, то есть, не знает ничего. Тот, кто знает всё, утратил священный трепет... он судит обо всём нескромно, свысока, он забыл, что всё на свете по-своему священно.

    Мне кажется, у вульгарности — два непременных признака: для неё нет ничего трудного и ничего чуждого. Человек вульгарный, в полном смысле слова, изливается — мысли и чувства хлещут из него, он их не отбирает, не фильтрует. Он всё на свете знает, то есть, не знает ничего. Тот, кто знает всё, утратил священный трепет... он судит обо всём нескромно, свысока, он забыл, что всё на свете по-своему священно.
20. «

    ... она впала в грех, свойственный людям зрелого возраста, — в грех рассудочного честолюбия. У самой у нее рассудка кот наплакал, но для рассудочности рассудок ведь не обязателен.

    ... она впала в грех, свойственный людям зрелого возраста, — в грех рассудочного честолюбия. У самой у нее рассудка кот наплакал, но для рассудочности рассудок ведь не обязателен.

    — Тайна отца Брауна · книга