15 фраз Глена Кука, которые запоминаются

Подборка из 15 цитат Глена Кука: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мечты умирают, сынок. Те немыслимые, дикие сказки, которые заставляют жить, — невозможные, неисполнимые. Мои светлые чаяния мертвы. Всё, что я вижу, — это гнилозубая ухмылка убийцы.

   Мечты умирают, сынок. Те немыслимые, дикие сказки, которые заставляют жить, — невозможные, неисполнимые. Мои светлые чаяния мертвы. Всё, что я вижу, — это гнилозубая ухмылка убийцы.

   — Боманц · книга
2. «

   — Раз уж ты поднял этот вопрос, Морли, давай-ка посчитаем. Кто умрет раньше? Я, питаясь, чем хочу, или ты, путаясь с чужими женами? — Ты смешиваешь яблоки с апельсинами, приятель. — Не смешиваю и говорю вполне серьезно. Секунд пятнадцать он молчал, а затем проговорил: — Зато я умру счастливым. — Я тоже, Морли. Но без ореховой скорлупы, застрявшей между зубами.

   — Раз уж ты поднял этот вопрос, Морли, давай-ка посчитаем. Кто умрет раньше? Я, питаясь, чем хочу, или ты, путаясь с чужими женами? — Ты смешиваешь яблоки с апельсинами, приятель. — Не смешиваю и говорю вполне серьезно. Секунд пятнадцать он молчал, а затем проговорил: — Зато я умру счастливым. — Я тоже, Морли. Но без ореховой скорлупы, застрявшей между зубами.

   — Морти · книга
3. «

   От наёмников не требуется каких-то высоконравственных решений. В сущности, наёмник вообще отодвигает мораль в сторону или в лучшем случае перестраивает мир вокруг себя так, чтобы тот соответствовал его образу жизни. Хорошо ли он несёт службу, верен ли присяге, как относится к товарищам — вот что по-настоящему важно. За пределами непосредственного окружения не существует ничего человеческого. Поэтому всё, что наёмник делает или чему является свидетелем, теряет своё значение — до тех пор, пока не ставит под угрозу существование нашего братства.

   От наёмников не требуется каких-то высоконравственных решений. В сущности, наёмник вообще отодвигает мораль в сторону или в лучшем случае перестраивает мир вокруг себя так, чтобы тот соответствовал его образу жизни. Хорошо ли он несёт службу, верен ли присяге, как относится к товарищам — вот что по-настоящему важно. За пределами непосредственного окружения не существует ничего человеческого. Поэтому всё, что наёмник делает или чему является свидетелем, теряет своё значение — до тех пор, пока не ставит под угрозу существование нашего братства.

   — Костоправ · книга
4. «

   Ненавижу, когда враги становятся людьми. Не положено им этого.

   Ненавижу, когда враги становятся людьми. Не положено им этого.

   — Костоправ · книга
5. «

   Непонимание — страшнее тысяч кинжалов. Убийца с ножом перережет человеку глотку, а дурак — погубит целый город.

   Непонимание — страшнее тысяч кинжалов. Убийца с ножом перережет человеку глотку, а дурак — погубит целый город.

   — Башня страха · книга
6. «

   Не существует самопровозглашённых злодеев, зато самопровозглашённых святых — целые полки и дивизии. А где зло и где добро, в конце концов определяют историки одержавших победу.

   Не существует самопровозглашённых злодеев, зато самопровозглашённых святых — целые полки и дивизии. А где зло и где добро, в конце концов определяют историки одержавших победу.

   — Чёрный Отряд · книга
7. «

   Я думаю, каждый из нас когда-нибудь находит человека, с которым он может быть совершенно честен, чье доброе мнение заменяет мнение всего мира. И это доброе мнение становится важнее всех подлых, скользких замыслов, алчности, похоти, самовозвеличения — всего, что мы творим втихаря, тем временем убеждая мир в том, что мы — всего лишь простые, душевные люди. Так вот, я был ее объектом честности, а она — моим. Одно лишь мы скрывали друг от друга — и только из-за боязни: а вдруг оно, будучи раскрытым, изменит все остальное и, быть может, вдребезги разобьет откровенность во всем остальном...

   Я думаю, каждый из нас когда-нибудь находит человека, с которым он может быть совершенно честен, чье доброе мнение заменяет мнение всего мира. И это доброе мнение становится важнее всех подлых, скользких замыслов, алчности, похоти, самовозвеличения — всего, что мы творим втихаря, тем временем убеждая мир в том, что мы — всего лишь простые, душевные люди. Так вот, я был ее объектом честности, а она — моим. Одно лишь мы скрывали друг от друга — и только из-за боязни: а вдруг оно, будучи раскрытым, изменит все остальное и, быть может, вдребезги разобьет откровенность во всем остальном...

   — Костоправ · книга
8. «

   Отряд покидают только ногами вперед.

   Отряд покидают только ногами вперед.

   — Костоправ · книга
9. «

   — Скажи, Костоправ, есть ли боги? Я никогда не верила в богов. — Не знаю, Госпожа. Я ещё не встречал осмысленной религии. Они обычно непоследовательны. Боги, судя по описаниям их поклонников, большей частью психопаты с манией величияи паранойей. Не знаю, как они живут со своей одержимостью. Возможно, впрочем, что люди просто неспособны правильно интерпретировать действия существа, безмерно их превосходящего. Может быть, каждая вера — то уродливый и грязный осколок истины. Может быть, и есть силы, лепящие наш мир. Но я никогда не мог понять, зачем богам в столь громадном мире волноваться из-за человеческих судеб или молитв.

   — Скажи, Костоправ, есть ли боги? Я никогда не верила в богов. — Не знаю, Госпожа. Я ещё не встречал осмысленной религии. Они обычно непоследовательны. Боги, судя по описаниям их поклонников, большей частью психопаты с манией величияи паранойей. Не знаю, как они живут со своей одержимостью. Возможно, впрочем, что люди просто неспособны правильно интерпретировать действия существа, безмерно их превосходящего. Может быть, каждая вера — то уродливый и грязный осколок истины. Может быть, и есть силы, лепящие наш мир. Но я никогда не мог понять, зачем богам в столь громадном мире волноваться из-за человеческих судеб или молитв.

   — Костоправ · книга
10. «

    Среди богов наверняка есть парень, который занимается лишь тем, что чинит мне неприятности.

    Среди богов наверняка есть парень, который занимается лишь тем, что чинит мне неприятности.

    — Гаррет · книга
11. «

    Обо мне говорят, что я всегда виду будущее только в мрачном свете. Но ведь в этом случае человека ожидает меньшее разочарование.

    Обо мне говорят, что я всегда виду будущее только в мрачном свете. Но ведь в этом случае человека ожидает меньшее разочарование.

    — Костоправ · книга
12. «

    Маленькому человеку ненависть необходима как пища и воздух, ему нужно обвинять кого-то в своих собственных ошибках.

    Маленькому человеку ненависть необходима как пища и воздух, ему нужно обвинять кого-то в своих собственных ошибках.

    — Костоправ · книга
13. «

    Когда тебя всё бесит, понимаешь что ты стар.

    Когда тебя всё бесит, понимаешь что ты стар.

    — Боманц · книга
14. «

    Мне было в радость учиться у неё, а она получила такое же удовольствие, обучая меня. Должно быть, это наполняло её ощущением собственной нужности.

    Мне было в радость учиться у неё, а она получила такое же удовольствие, обучая меня. Должно быть, это наполняло её ощущением собственной нужности.

    — Костоправ · книга
15. «

    Книги должны быть написаны. Истина должна быть увековечена, даже если судьба распорядится так, что ни один человек не прочтёт написанного мной.

    Книги должны быть написаны. Истина должна быть увековечена, даже если судьба распорядится так, что ни один человек не прочтёт написанного мной.

    — Воды спят · книга