33 цитаты Глена Кука про любовь, время и выбор

Подборка из 33 цитаты Глена Кука: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Религия — гость, который, однажды утром постучавшись в твою дверь, не уйдёт уже никогда. Она обладает сверхъестественной силой и толкает людей на совершенно нерациональные поступки.

   Религия — гость, который, однажды утром постучавшись в твою дверь, не уйдёт уже никогда. Она обладает сверхъестественной силой и толкает людей на совершенно нерациональные поступки.

   — Костоправ · книга
2. «

   Не существует самопровозглашённых злодеев, зато самопровозглашённых святых — целые полки и дивизии. А где зло и где добро, в конце концов определяют историки одержавших победу.

   Не существует самопровозглашённых злодеев, зато самопровозглашённых святых — целые полки и дивизии. А где зло и где добро, в конце концов определяют историки одержавших победу.

   — Чёрный Отряд · книга
3. «

   Я не говорил, что буду сидеть сложа руки. Только объяснил, что наши возможности более чем скромны. Ты же не потребуешь от мужика с перочинным ножом в руках вырубить лес и отсроить город. Для серьезного дела нужны серьёзные инструменты.

   Я не говорил, что буду сидеть сложа руки. Только объяснил, что наши возможности более чем скромны. Ты же не потребуешь от мужика с перочинным ножом в руках вырубить лес и отсроить город. Для серьезного дела нужны серьёзные инструменты.

   — Костоправ · книга
4. «

   Утро — это прекрасно. Единственный его недостаток — оно всегда приходит не вовремя.

   Утро — это прекрасно. Единственный его недостаток — оно всегда приходит не вовремя.

   — Сладкозвучный серебряный блюз · книга
5. «

   Мечты умирают, сынок. Те немыслимые, дикие сказки, которые заставляют жить, — невозможные, неисполнимые. Мои светлые чаяния мертвы. Всё, что я вижу, — это гнилозубая ухмылка убийцы.

   Мечты умирают, сынок. Те немыслимые, дикие сказки, которые заставляют жить, — невозможные, неисполнимые. Мои светлые чаяния мертвы. Всё, что я вижу, — это гнилозубая ухмылка убийцы.

   — Боманц · книга
6. «

   Сааляешь однажды дурака, и тебе этого нипочём не забудут.

   Сааляешь однажды дурака, и тебе этого нипочём не забудут.

   — Костоправ · книга
7. «

   Обо мне говорят, что я всегда виду будущее только в мрачном свете. Но ведь в этом случае человека ожидает меньшее разочарование.

   Обо мне говорят, что я всегда виду будущее только в мрачном свете. Но ведь в этом случае человека ожидает меньшее разочарование.

   — Костоправ · книга
8. «

   Маленькому человеку ненависть необходима как пища и воздух, ему нужно обвинять кого-то в своих собственных ошибках.

   Маленькому человеку ненависть необходима как пища и воздух, ему нужно обвинять кого-то в своих собственных ошибках.

   — Костоправ · книга
9. «

   Отчаянье — вот причина. Оно толкает на безумные поступки. Все отчаялись и спятили.

   Отчаянье — вот причина. Оно толкает на безумные поступки. Все отчаялись и спятили.

   — Аса · книга
10. «

    Не следует приглашать тигра в дом, чтобы он выгнал волка.

    Не следует приглашать тигра в дом, чтобы он выгнал волка.

    — Копченый · книга
11. «

    Всегда держи ухо востро — и будет тебе счастье.

    Всегда держи ухо востро — и будет тебе счастье.

    — Эльмо · книга
12. «

    Ненавижу, когда враги становятся людьми. Не положено им этого.

    Ненавижу, когда враги становятся людьми. Не положено им этого.

    — Костоправ · книга
13. «

    Отряд покидают только ногами вперед.

    Отряд покидают только ногами вперед.

    — Костоправ · книга
14. «

    Среди богов наверняка есть парень, который занимается лишь тем, что чинит мне неприятности.

    Среди богов наверняка есть парень, который занимается лишь тем, что чинит мне неприятности.

    — Гаррет · книга
15. «

    Наёмнику нет надобности понимать, что происходит. Достаточно с него золота, которым платят за службу. Именно это выдалбливали мне в голову с того момента, как я записался в Отряд. Нет правых и неправых, нет добрых и злых, а есть только наши и не наши. Воинская честь — понятие для внутреннего потребления, она существует только во взаимоотношениях между братьями.

    Наёмнику нет надобности понимать, что происходит. Достаточно с него золота, которым платят за службу. Именно это выдалбливали мне в голову с того момента, как я записался в Отряд. Нет правых и неправых, нет добрых и злых, а есть только наши и не наши. Воинская честь — понятие для внутреннего потребления, она существует только во взаимоотношениях между братьями.

    — Костоправ · книга
16. «

    Когда хочешь, чтобы ночь длилась вечно, заря наступает на глазах. Когда хочешь, чтобы часы тянулись, они летят.

    Когда хочешь, чтобы ночь длилась вечно, заря наступает на глазах. Когда хочешь, чтобы часы тянулись, они летят.

    — Белая роза · книга
17. «

    Собственное прошлое – это дух, который не желает изгоняться. Единственный экзорцизм для него – смерть.

    Собственное прошлое – это дух, который не желает изгоняться. Единственный экзорцизм для него – смерть.

    — Белая роза · книга
18. «

    От наёмников не требуется каких-то высоконравственных решений. В сущности, наёмник вообще отодвигает мораль в сторону или в лучшем случае перестраивает мир вокруг себя так, чтобы тот соответствовал его образу жизни. Хорошо ли он несёт службу, верен ли присяге, как относится к товарищам — вот что по-настоящему важно. За пределами непосредственного окружения не существует ничего человеческого. Поэтому всё, что наёмник делает или чему является свидетелем, теряет своё значение — до тех пор, пока не ставит под угрозу существование нашего братства.

    От наёмников не требуется каких-то высоконравственных решений. В сущности, наёмник вообще отодвигает мораль в сторону или в лучшем случае перестраивает мир вокруг себя так, чтобы тот соответствовал его образу жизни. Хорошо ли он несёт службу, верен ли присяге, как относится к товарищам — вот что по-настоящему важно. За пределами непосредственного окружения не существует ничего человеческого. Поэтому всё, что наёмник делает или чему является свидетелем, теряет своё значение — до тех пор, пока не ставит под угрозу существование нашего братства.

    — Костоправ · книга
19. «

    Непонимание — страшнее тысяч кинжалов. Убийца с ножом перережет человеку глотку, а дурак — погубит целый город.

    Непонимание — страшнее тысяч кинжалов. Убийца с ножом перережет человеку глотку, а дурак — погубит целый город.

    — Башня страха · книга
20. «

    — Скажи, Костоправ, есть ли боги? Я никогда не верила в богов. — Не знаю, Госпожа. Я ещё не встречал осмысленной религии. Они обычно непоследовательны. Боги, судя по описаниям их поклонников, большей частью психопаты с манией величияи паранойей. Не знаю, как они живут со своей одержимостью. Возможно, впрочем, что люди просто неспособны правильно интерпретировать действия существа, безмерно их превосходящего. Может быть, каждая вера — то уродливый и грязный осколок истины. Может быть, и есть силы, лепящие наш мир. Но я никогда не мог понять, зачем богам в столь громадном мире волноваться из-за человеческих судеб или молитв.

    — Скажи, Костоправ, есть ли боги? Я никогда не верила в богов. — Не знаю, Госпожа. Я ещё не встречал осмысленной религии. Они обычно непоследовательны. Боги, судя по описаниям их поклонников, большей частью психопаты с манией величияи паранойей. Не знаю, как они живут со своей одержимостью. Возможно, впрочем, что люди просто неспособны правильно интерпретировать действия существа, безмерно их превосходящего. Может быть, каждая вера — то уродливый и грязный осколок истины. Может быть, и есть силы, лепящие наш мир. Но я никогда не мог понять, зачем богам в столь громадном мире волноваться из-за человеческих судеб или молитв.

    — Костоправ · книга