711 цитат Харуки Мураками, которые цепляют

Харуки Мураками — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 711 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Случайное слияние ваших жизней породило очень мощный союз. Куда мощнее, чем вы себе представляете. Вам удалось взаимно компенсировать то, чего каждому не хватало.

   Случайное слияние ваших жизней породило очень мощный союз. Куда мощнее, чем вы себе представляете. Вам удалось взаимно компенсировать то, чего каждому не хватало.

   — Усикава · книга
2. «

   Когда кого-то любишь, ищешь то, чего тебе не достаёт. Поэтому когда думаешь о любимом человеке, всегда тяжело. Так или иначе. Будто входишь в до боли родную комнату, в которой очень давно не был.

   Когда кого-то любишь, ищешь то, чего тебе не достаёт. Поэтому когда думаешь о любимом человеке, всегда тяжело. Так или иначе. Будто входишь в до боли родную комнату, в которой очень давно не был.

   — Осима · книга
3. «

   Нельзя всё время выигрывать — это никому не под силу. Скажем так, если жизнь — автострада, все время ехать в самом быстром ряду не получится. И всё-таки я категорически не желаю совершать одну и ту же ошибку дважды. На ошибках нужно учиться, извлекать из них уроки и применять полученный опыт на практике.

   Нельзя всё время выигрывать — это никому не под силу. Скажем так, если жизнь — автострада, все время ехать в самом быстром ряду не получится. И всё-таки я категорически не желаю совершать одну и ту же ошибку дважды. На ошибках нужно учиться, извлекать из них уроки и применять полученный опыт на практике.

   — О чём я говорю, когда говорю о беге · книга
4. «

   Почему они каждый вечер здесь собираются? Сидят, пьют, столько тратят? Как думаешь? Потому что каждому – одному больше, другому меньше – нужен выдуманный, ирреальный мирок. Они приходят, чтобы посмотреть на красивый, парящий в воздухе замок, найти в нем свой уголок.

   Почему они каждый вечер здесь собираются? Сидят, пьют, столько тратят? Как думаешь? Потому что каждому – одному больше, другому меньше – нужен выдуманный, ирреальный мирок. Они приходят, чтобы посмотреть на красивый, парящий в воздухе замок, найти в нем свой уголок.

   — К югу от границы, на запад от солнца · книга
5. «

   Небо люблю. Сколько угодно могу на него смотреть — не надоедает. А когда не хочу, то просто не смотрю.

   Небо люблю. Сколько угодно могу на него смотреть — не надоедает. А когда не хочу, то просто не смотрю.

   — Слушай песню ветра · книга
6. «

   B мою жизнь входят те, кто хочет, и кто хочет уходит, но есть общие правила для всех гостей: заходя — вытирайте ноги, уходя — закрывайте за собой дверь.

   B мою жизнь входят те, кто хочет, и кто хочет уходит, но есть общие правила для всех гостей: заходя — вытирайте ноги, уходя — закрывайте за собой дверь.

   — Страна Чудес без тормозов и Конец Света · книга
7. «

   «Пустая оболочка» — первое, что пришло мне в голову, как только я увидел Мюу. Она была похожа на совершенно пустую комнату, из которой разом ушли все, кто там был.

   «Пустая оболочка» — первое, что пришло мне в голову, как только я увидел Мюу. Она была похожа на совершенно пустую комнату, из которой разом ушли все, кто там был.

   — Мой любимый sputnik · книга
8. «

   Даже в самой жалкой ситуации можно чему-то научиться.

   Даже в самой жалкой ситуации можно чему-то научиться.

   — Слушай песню ветра · книга
9. «

   Красиво говорить — ничего не стоит.

   Красиво говорить — ничего не стоит.

   — Мой любимый sputnik · книга
10. «

    Запахло свежемолотыми зернами — аромат, отделяющий день от ночи.

    Запахло свежемолотыми зернами — аромат, отделяющий день от ночи.

    — Бесцветный Цкуру Тадзаки и годы его странствий · книга
11. «

    Есть на свете такая тоска — от неспособности плакать

    Есть на свете такая тоска — от неспособности плакать

    — Страна Чудес без тормозов и Конец Света · книга
12. «

    Душа человека — святыня, которую никто не имеет права втаптывать в грязь. Самая страшная мука на свете — бессилие, сжирающее тело после того как над душой надругались.

    Душа человека — святыня, которую никто не имеет права втаптывать в грязь. Самая страшная мука на свете — бессилие, сжирающее тело после того как над душой надругались.

    — Аомамэ · книга
13. «

    Удивительно, как легкая смена настроения влияет на оттенки человеческого голоса.

    Удивительно, как легкая смена настроения влияет на оттенки человеческого голоса.

    — Хроники Заводной Птицы · книга
14. «

    Мы встречаемся каждый день. Когда я читаю в библиотечном зале старые сны, она всегда сидит рядом. Потом мы вместе ужинаем, пьём что-нибудь горячее, и я провожаю её домой. По дороге о чём-нибудь разговариваем. Она рассказывает мне, как ей живётся с отцом и младшими сёстрами. Но каждый раз, когда мы прощаемся, я чувствую, что это ощущение Утраты во мне растёт, как бездонная яма. День за днём я что-то теряю в себе — и ничего не могу с этим поделать. Слишком глубок и мрачен такой колодец. Сколько его ни закапывай. Здесь, наверное, что-то с моей утерянной памятью, думаю я. Мои угасшие воспоминания о чём-то просят меня, но я не могу их восстановить. Разлад с собой бередит душу всё нестерпимее — кажется, от него уже никогда не спастись. Но этой проблемы мне сейчас всё равно не решить. Я слишком хрупок и неуверен в себе. Я вытряхиваю из головы все до единой мысли — и погружаю опустевшее сознание в сон.

    Мы встречаемся каждый день. Когда я читаю в библиотечном зале старые сны, она всегда сидит рядом. Потом мы вместе ужинаем, пьём что-нибудь горячее, и я провожаю её домой. По дороге о чём-нибудь разговариваем. Она рассказывает мне, как ей живётся с отцом и младшими сёстрами. Но каждый раз, когда мы прощаемся, я чувствую, что это ощущение Утраты во мне растёт, как бездонная яма. День за днём я что-то теряю в себе — и ничего не могу с этим поделать. Слишком глубок и мрачен такой колодец. Сколько его ни закапывай. Здесь, наверное, что-то с моей утерянной памятью, думаю я. Мои угасшие воспоминания о чём-то просят меня, но я не могу их восстановить. Разлад с собой бередит душу всё нестерпимее — кажется, от него уже никогда не спастись. Но этой проблемы мне сейчас всё равно не решить. Я слишком хрупок и неуверен в себе. Я вытряхиваю из головы все до единой мысли — и погружаю опустевшее сознание в сон.

    — Страна Чудес без тормозов и Конец Света · книга
15. «

    Любишь жаловаться на жизнь – не фиг детей заводить.

    Любишь жаловаться на жизнь – не фиг детей заводить.

    — Охота на овец · книга
16. «

    Дурацкий выдался день. Дурацкий день дурацкого месяца дурацкого года.

    Дурацкий выдался день. Дурацкий день дурацкого месяца дурацкого года.

    — Хроники Заводной Птицы · книга
17. «

    Вычеркнул из памяти отца и мать, но гены то никуда не денутся. И, если бы я задумал от них избавится, пришлось бы избавиться от самого себя.

    Вычеркнул из памяти отца и мать, но гены то никуда не денутся. И, если бы я задумал от них избавится, пришлось бы избавиться от самого себя.

    — Кафка Тамура · книга
18. «

    Я ведь писала тебе. Я куда более неполноценный человек, чем ты можешь предположить. Я больна куда сильнее, чем ты думаешь. И корни этой болезни очень глубоки. Поэтому если ты сможешь пойти дальше, иди один. Не жди меня. За меня не беспокойся. Делай то, что тебе захочется. Иначе я собью тебя с верного пути. Только этого я ни за что не хочу — не хочу портить тебе жизнь. Я уже говорила: ты время от времени навещай меня и никогда не забывай. Больше я ничего не желаю.

    Я ведь писала тебе. Я куда более неполноценный человек, чем ты можешь предположить. Я больна куда сильнее, чем ты думаешь. И корни этой болезни очень глубоки. Поэтому если ты сможешь пойти дальше, иди один. Не жди меня. За меня не беспокойся. Делай то, что тебе захочется. Иначе я собью тебя с верного пути. Только этого я ни за что не хочу — не хочу портить тебе жизнь. Я уже говорила: ты время от времени навещай меня и никогда не забывай. Больше я ничего не желаю.

    — Наоко · книга
19. «

    Когда все погибнет и исчезнет с лица земли, останется, пожалуй, лишь гробовая тишина да бесконечный мрак.

    Когда все погибнет и исчезнет с лица земли, останется, пожалуй, лишь гробовая тишина да бесконечный мрак.

    — Медленной шлюпкой в Китай · книга
20. «

    Единожды солгав всему миру, вынужден лгать всю оставшуюся жизнь. Да ещё и увязывать очередное враньё с предыдущим. И для психики, и для извилин такая жизнь — сущий ад. Не дай бог, ошибешься хоть раз — и сам потонешь, и всю команду своей лодки отправишь на дно.

    Единожды солгав всему миру, вынужден лгать всю оставшуюся жизнь. Да ещё и увязывать очередное враньё с предыдущим. И для психики, и для извилин такая жизнь — сущий ад. Не дай бог, ошибешься хоть раз — и сам потонешь, и всю команду своей лодки отправишь на дно.

    — Тэнго · книга