Игорь Губерман: 503 цитаты на каждый день

Ниже 503 цитаты Игоря Губермана — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   В любом вертепе, где злодей Злоумышляет зло злодейства, Есть непременно иудей Или финансы иудейства.

   В любом вертепе, где злодей Злоумышляет зло злодейства, Есть непременно иудей Или финансы иудейства.
2. «

   В кромешных ситуациях любых, запутанных, тревожных и горячих, спокойная уверенность слепых кошмарнее растерянности зрячих.

   В кромешных ситуациях любых, запутанных, тревожных и горячих, спокойная уверенность слепых кошмарнее растерянности зрячих.
3. «

   Когда и где бы мы ни пили, тянусь я с тостом каждый раз, чтобы живыми нас любили, как на поминках любят нас.

   Когда и где бы мы ни пили, тянусь я с тостом каждый раз, чтобы живыми нас любили, как на поминках любят нас.
4. «

   За осенью — осень. Тоска и тревога. Ветра над опавшими листьями. Вся русская жизнь — ожиданье от Бога какой-то неясной амнистии.

   За осенью — осень. Тоска и тревога. Ветра над опавшими листьями. Вся русская жизнь — ожиданье от Бога какой-то неясной амнистии.
5. «

   Высокое, разумное, могучее Для пьянства я имею основание: При каждом подвернувшемся мне случае Я праздную моё существование.

   Высокое, разумное, могучее Для пьянства я имею основание: При каждом подвернувшемся мне случае Я праздную моё существование.
6. «

   Не будет ни ада, ни рая, ни рюмки какой-никакой, а только без срока и края глухой и кромешный покой.

   Не будет ни ада, ни рая, ни рюмки какой-никакой, а только без срока и края глухой и кромешный покой.
7. «

   На исходе двадцатого века, Когда жизнь непостижна уму, Как же надо любить человека, Чтобы взять и приехать к нему.

   На исходе двадцатого века, Когда жизнь непостижна уму, Как же надо любить человека, Чтобы взять и приехать к нему.
8. «

   В лесу раздавался топор дровосека, мужик топором отганял гомосека!

   В лесу раздавался топор дровосека, мужик топором отганял гомосека!
9. «

   По ветвям! К бананам! Где успех! И престиж! Еще один прыжок! Сотни обезьян стремятся вверх, И ужасен вид их голых жоп.

   По ветвям! К бананам! Где успех! И престиж! Еще один прыжок! Сотни обезьян стремятся вверх, И ужасен вид их голых жоп.
10. «

    Тяжки для живого организма трели жизнерадостного свиста, нету лучшей школы пессимизма, чем подолгу видеть оптимиста.

    Тяжки для живого организма трели жизнерадостного свиста, нету лучшей школы пессимизма, чем подолгу видеть оптимиста.
11. «

    Живу привольно и кудряво, поскольку резво и упрямо хожу налево и направо везде, где умный ходит прямо.

    Живу привольно и кудряво, поскольку резво и упрямо хожу налево и направо везде, где умный ходит прямо.
12. «

    Погрязши в тупых ежедневных делах и в них находя развлечение, заблудшие души в блудливых телах теряют свое назначение.

    Погрязши в тупых ежедневных делах и в них находя развлечение, заблудшие души в блудливых телах теряют свое назначение.
13. «

    Как бы счастье вокруг ни плясало, приглашая на вальс и канкан, а бесплатно в судьбе только сало, заряжаемое в капкан.

    Как бы счастье вокруг ни плясало, приглашая на вальс и канкан, а бесплатно в судьбе только сало, заряжаемое в капкан.
14. «

    А вдруг устроена в природе совсем иная череда, и не отсюда мы уходим, а возвращаемся туда?

    А вдруг устроена в природе совсем иная череда, и не отсюда мы уходим, а возвращаемся туда?

    — Третий иерусалимский дневник · книга
15. «

    Свобода — это право выбирать, с душою лишь советуясь о плате, что нам любить, за что нам умирать, на что свою свечу нещадно тратить.

    Свобода — это право выбирать, с душою лишь советуясь о плате, что нам любить, за что нам умирать, на что свою свечу нещадно тратить.
16. «

    По книгам я скитался не напрасно, они удостоверили меня в печали, что создание прекрасного и нравственность — нисколько не родня.

    По книгам я скитался не напрасно, они удостоверили меня в печали, что создание прекрасного и нравственность — нисколько не родня.
17. «

    Не могу эту жизнь продолжать, а порвать с ней — мучительно сложно; тяжелее всего уезжать нам оттуда, где жить невозможно.

    Не могу эту жизнь продолжать, а порвать с ней — мучительно сложно; тяжелее всего уезжать нам оттуда, где жить невозможно.
18. «

    Застольные люблю я разговоры, Которыми от рабства мы богаты: О веке нашем — все мы прокуроры, О блядстве нашем — все мы адвокаты.

    Застольные люблю я разговоры, Которыми от рабства мы богаты: О веке нашем — все мы прокуроры, О блядстве нашем — все мы адвокаты.
19. «

    Свободно я орудую ключом К пустому головы моей сосуду: Едва решу не думать ни о чём, Как тут же лезут мысли отовсюду.

    Свободно я орудую ключом К пустому головы моей сосуду: Едва решу не думать ни о чём, Как тут же лезут мысли отовсюду.
20. «

    В соблазнах очень щедро зло: богатство, власть, салют из пушек, а если очень повезло, еще натравит потаскушек.

    В соблазнах очень щедро зло: богатство, власть, салют из пушек, а если очень повезло, еще натравит потаскушек.