35 цитат Игоря Семеновича Кона о смысле жизни

Ниже 35 цитат Игоря Семеновича Кона — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Дружба на время — рабство навечно.

   Дружба на время — рабство навечно.

   — Дружба · книга
2. «

   Кант, считавший идеальную дружбу «коньком сочинителей романов», признает, что «человек — существо, предназначенное для общества (хотя и необщительное). и в развитом общественном состоянии он чувствует сильную потребность делиться с другими (даже без особой цели)».

   Кант, считавший идеальную дружбу «коньком сочинителей романов», признает, что «человек — существо, предназначенное для общества (хотя и необщительное). и в развитом общественном состоянии он чувствует сильную потребность делиться с другими (даже без особой цели)».

   — Дружба · книга
3. «

   Женская слабость — одна из наших старых иллюзий, так же как женская верность. Мужское изобретение: чтобы мужчина чувствовал себя сильным, женщина должна быть слабой. Если посмотреть на продолжительность жизни и на то, как переносятся бытовые стрессы, включая кризисы, то у нас в этом отношении очень выразительная статистика: слабым полом будут мужчины. На самом деле давно уже социологи не интересуются, кто глава семьи, а спрашивают, как принимаются решения. И тогда оказывается, что в одних случаях принимает муж, в других — жена, в третьих — дети, в четвертых — все вместе.

   Женская слабость — одна из наших старых иллюзий, так же как женская верность. Мужское изобретение: чтобы мужчина чувствовал себя сильным, женщина должна быть слабой. Если посмотреть на продолжительность жизни и на то, как переносятся бытовые стрессы, включая кризисы, то у нас в этом отношении очень выразительная статистика: слабым полом будут мужчины. На самом деле давно уже социологи не интересуются, кто глава семьи, а спрашивают, как принимаются решения. И тогда оказывается, что в одних случаях принимает муж, в других — жена, в третьих — дети, в четвертых — все вместе.
4. «

   Безудержная откровенность, не признающая никакой психологической дистанции, столь ценимая в начале дружбы, позже начинает мешать. В момент ссоры эти признания используются для того, чтобы глубже уязвить друг друга.

   Безудержная откровенность, не признающая никакой психологической дистанции, столь ценимая в начале дружбы, позже начинает мешать. В момент ссоры эти признания используются для того, чтобы глубже уязвить друг друга.

   — Дружба · книга
5. «

   Друзей вообще нет, и каждый, в частности уверяет, что он хороший друг.

   Друзей вообще нет, и каждый, в частности уверяет, что он хороший друг.

   — Аристотель · книга
6. «

   Одни нуждаются в удовольствиях и деньгах, другие — во влиянии; эти желают разговаривать, те — поверять свои заботы; в результате бывают друзья ради удовольствий, ради денег, ради интриг, ради ума и друзья в несчастье.

   Одни нуждаются в удовольствиях и деньгах, другие — во влиянии; эти желают разговаривать, те — поверять свои заботы; в результате бывают друзья ради удовольствий, ради денег, ради интриг, ради ума и друзья в несчастье.

   — Гельвеций · книга
7. «

   Добывайте друга, люди, недостаточно родных. Верьте: если слит душою с нами чуждый, то его Мириады близких кровью не заменят одного.

   Добывайте друга, люди, недостаточно родных. Верьте: если слит душою с нами чуждый, то его Мириады близких кровью не заменят одного.

   — Еврипид · книга
8. «

   Принцип «использовал — выбросил», который, по мнению Тоффлера, лежит сегодня в основе межличностных отношений, плоть от плоти капиталистической системы, в которой рабочая сила является товаром. Человека рассматривают и используют как вещь. В мире, где жизнь основана на таком принципе, неутилитарные межличностные отношения действительно могут существовать как отдельные хрупкие островки, а то и просто как миражи.

   Принцип «использовал — выбросил», который, по мнению Тоффлера, лежит сегодня в основе межличностных отношений, плоть от плоти капиталистической системы, в которой рабочая сила является товаром. Человека рассматривают и используют как вещь. В мире, где жизнь основана на таком принципе, неутилитарные межличностные отношения действительно могут существовать как отдельные хрупкие островки, а то и просто как миражи.

   — Дружба · книга
9. «

   Горячие сердца, не умудренные опытом головы, подогретые веселой пирушкой и, может быть, в ту минуту действительно в нее верят и по неосмотрительности своей сполна изливают друг другу душу, не сдерживая себя ничем. Поверяй сверстникам, если хочешь, свои любовные похождения, но пусть все твои серьезные мысли остаются в секрете.

   Горячие сердца, не умудренные опытом головы, подогретые веселой пирушкой и, может быть, в ту минуту действительно в нее верят и по неосмотрительности своей сполна изливают друг другу душу, не сдерживая себя ничем. Поверяй сверстникам, если хочешь, свои любовные похождения, но пусть все твои серьезные мысли остаются в секрете.

   — лорд Честерфилд · книга
10. «

    Скажи мне, царь, иль я достоин не был с тобой делить, как друг, твою печаль?

    Скажи мне, царь, иль я достоин не был с тобой делить, как друг, твою печаль?

    — Еврипид · книга
11. «

    Этимологический анализ понятий «друг» и «дружба» в разных языках показывают их тесную связь со словами, обозначающими родство, товарищество (особенно воинское) и любовь. Обращение «друзья и братья» , сегодня имеющее метафорический смысл, некогда звучало буквально.

    Этимологический анализ понятий «друг» и «дружба» в разных языках показывают их тесную связь со словами, обозначающими родство, товарищество (особенно воинское) и любовь. Обращение «друзья и братья» , сегодня имеющее метафорический смысл, некогда звучало буквально.

    — Дружба · книга
12. «

    Жизнь никогда не совпадает со своими художественными прообразами. Стиль дружеского общения, как и всей жизни, в наши дни совсем иной, чем в начале XIX в.

    Жизнь никогда не совпадает со своими художественными прообразами. Стиль дружеского общения, как и всей жизни, в наши дни совсем иной, чем в начале XIX в.

    — Дружба · книга
13. «

    С разделением общества на классы родственные и территориальные узы ослабевают. Социальные и экономические связи людей уже не замыкаются рамками племени и нередко принимают личностный характер, выступают как отношения между индивидами, независимо от их кровнородственной или территориально-общинной принадлежности.

    С разделением общества на классы родственные и территориальные узы ослабевают. Социальные и экономические связи людей уже не замыкаются рамками племени и нередко принимают личностный характер, выступают как отношения между индивидами, независимо от их кровнородственной или территориально-общинной принадлежности.

    — Дружба · книга
14. «

    Всякая дружба желанна ради себя самой, а начало она берет из пользы.

    Всякая дружба желанна ради себя самой, а начало она берет из пользы.

    — Эпикур · книга
15. «

    Образ дружбы, существующий в этике, идеален и потому неизбежно отличается от реальных дружественных отношений, какие мы видим в жизни или в зеркале социологии, психологии и других наук. Однако он не просто плод воображения. Нравственный кодекс дружбы воплощает выработанные культурой представления о том, какими должны быть человеческие взаимоотношения. И степень реализации этого идеала во многом зависит от наших собственных усилия.

    Образ дружбы, существующий в этике, идеален и потому неизбежно отличается от реальных дружественных отношений, какие мы видим в жизни или в зеркале социологии, психологии и других наук. Однако он не просто плод воображения. Нравственный кодекс дружбы воплощает выработанные культурой представления о том, какими должны быть человеческие взаимоотношения. И степень реализации этого идеала во многом зависит от наших собственных усилия.

    — Дружба · книга
16. «

    Любовь, пламя безрассудное и летучее, непостоянное и переменчивое, это — лихорадочный жар, то затухающий, то вспыхивающий с новой силой и гнездящийся лишь в одном уголке нашей души. В дружбе же — теплота общая и всепроникающая, умеренная, сверх того ровная, теплота постоянная и устойчивая, сама приятность и ласка, в которой нет ничего резкого и ранящего.

    Любовь, пламя безрассудное и летучее, непостоянное и переменчивое, это — лихорадочный жар, то затухающий, то вспыхивающий с новой силой и гнездящийся лишь в одном уголке нашей души. В дружбе же — теплота общая и всепроникающая, умеренная, сверх того ровная, теплота постоянная и устойчивая, сама приятность и ласка, в которой нет ничего резкого и ранящего.

    — Мишель де Монтень · книга
17. «

    Немногим людям свойственно друзей счастливых чтить и не завидовать. Преданность и дружба так же призрачны, как отраженье в зеркале обманчивом.

    Немногим людям свойственно друзей счастливых чтить и не завидовать. Преданность и дружба так же призрачны, как отраженье в зеркале обманчивом.

    — Эсхил · книга
18. «

    Понятие романтической дружбы крайне неопределенно. Оно то обозначает дружбу эпохи романтизма, то соотносится со специфическими представлениями о дружбе, имевшими хождение в кругу немецких поэтов-романтиков, то ассоциируется с психологическим типом «романтической личности».

    Понятие романтической дружбы крайне неопределенно. Оно то обозначает дружбу эпохи романтизма, то соотносится со специфическими представлениями о дружбе, имевшими хождение в кругу немецких поэтов-романтиков, то ассоциируется с психологическим типом «романтической личности».

    — Дружба · книга
19. «

    Как бы ни складывались обстоятельства, дворянин всегда остается дворянином, а ремесленник — ремесленником. Его социальная роль для него так же органична и естественна, как собственное тело. Каждому сословию присуща своя собственная система добродетелей, и каждый индивид должен знать свое место.

    Как бы ни складывались обстоятельства, дворянин всегда остается дворянином, а ремесленник — ремесленником. Его социальная роль для него так же органична и естественна, как собственное тело. Каждому сословию присуща своя собственная система добродетелей, и каждый индивид должен знать свое место.

    — Дружба · книга
20. «

    С приближение к супериндустриализму отношения людей друг к другу приобретают все более временный, непостоянный характер. Люди, так же как вещи и места, проходят через нашу жизнь, не задерживаясь, во все убыстряющем темпе. Чаще всего мы вступаем с окружающими нас людьми в поверхностные, деловые отношения.

    С приближение к супериндустриализму отношения людей друг к другу приобретают все более временный, непостоянный характер. Люди, так же как вещи и места, проходят через нашу жизнь, не задерживаясь, во все убыстряющем темпе. Чаще всего мы вступаем с окружающими нас людьми в поверхностные, деловые отношения.

    — А. Тоффлер · книга