Иммануил Кант — 92 цитаты с глубоким смыслом

Подборка из 92 цитаты Иммануила Канта: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Первая и важнейшая задача философии – раз и навсегда устранить всякое вредное влияние ее, уничтожив источник заблуждений.

   Первая и важнейшая задача философии – раз и навсегда устранить всякое вредное влияние ее, уничтожив источник заблуждений.

   — Критика чистого разума · книга
2. «

   Значительная, а может быть наибольшая часть деятельности нашего разума состоит в расчленении понятий, которые у нас уже имеются о предметах.

   Значительная, а может быть наибольшая часть деятельности нашего разума состоит в расчленении понятий, которые у нас уже имеются о предметах.

   — Критика чистого разума · книга
3. «

   Ученые женщины пользуются своими книгами так же, как и часами, которые носят напоказ другим, хотя бы они стояли постоянно или шли неверно.

   Ученые женщины пользуются своими книгами так же, как и часами, которые носят напоказ другим, хотя бы они стояли постоянно или шли неверно.
4. «

   Высшей среди обязанностей является глубокое уважение права других людей. Наш долг состоит в том, чтобы глубоко уважать право других и как святыню ценить его. Во всем мире нет ничего более святого, чем право других людей. Оно неприкосновенно и нерушимо. Проклятие тому, кто ущемляет право других и топчет его ногами. Право человека должно обеспечивать ему безопасность, оно сильнее всякого оружия и надежнее всех стен.

   Высшей среди обязанностей является глубокое уважение права других людей. Наш долг состоит в том, чтобы глубоко уважать право других и как святыню ценить его. Во всем мире нет ничего более святого, чем право других людей. Оно неприкосновенно и нерушимо. Проклятие тому, кто ущемляет право других и топчет его ногами. Право человека должно обеспечивать ему безопасность, оно сильнее всякого оружия и надежнее всех стен.
5. «

   Наказания, назначаемые в припадке гнева, не достигают цели. Дети смотрят на них в этом случае как на последствия, а на самих себя — как на жертвы раздражения того, кто наказывает.

   Наказания, назначаемые в припадке гнева, не достигают цели. Дети смотрят на них в этом случае как на последствия, а на самих себя — как на жертвы раздражения того, кто наказывает.
6. «

   Леность и трусость — вот причины того, что столь большая часть людей, которых природа уже давно освободила от чужого руководства, всё же охотно остаются на всю жизнь несовершеннолетними; по этим же причинам так легко другие присваивают себе право быть их опекунами.

   Леность и трусость — вот причины того, что столь большая часть людей, которых природа уже давно освободила от чужого руководства, всё же охотно остаются на всю жизнь несовершеннолетними; по этим же причинам так легко другие присваивают себе право быть их опекунами.

   — Что такое просвещение? · книга
7. «

   Нужно было много упорства и даже немало самоотвержения, чтобы приманке немедленного благосклонного приема предпочесть расчет на хотя и позднее, но прочное одобрение.

   Нужно было много упорства и даже немало самоотвержения, чтобы приманке немедленного благосклонного приема предпочесть расчет на хотя и позднее, но прочное одобрение.

   — Пролегомены ко всякой будущей метафизике · книга
8. «

   Мыслить — значит беседовать с самим собой.

   Мыслить — значит беседовать с самим собой.
9. «

   Составлять план — часто это претенциозное, тщеславное умственное занятие, посредством которого принимают важный вид творческого гения, требуя того, чего сами не могут исполнить, порицая то, что не умеют исправить, и предлагая то, что сами не знают, где найти.

   Составлять план — часто это претенциозное, тщеславное умственное занятие, посредством которого принимают важный вид творческого гения, требуя того, чего сами не могут исполнить, порицая то, что не умеют исправить, и предлагая то, что сами не знают, где найти.

   — Пролегомены ко всякой будущей метафизике · книга
10. «

    Чтобы определить, прекрасно ли нечто или нет, мы соотносим представление не с объектом посредством рассудка ради познания, а с субъектом и его чувством удовольствия или неудовольствия посредством воображения.

    Чтобы определить, прекрасно ли нечто или нет, мы соотносим представление не с объектом посредством рассудка ради познания, а с субъектом и его чувством удовольствия или неудовольствия посредством воображения.
11. «

    Интуиция никогда не подводит того, кто ко всему готов.

    Интуиция никогда не подводит того, кто ко всему готов.
12. «

    Да будет благословенна природа за неуживчивость, за завистливо соперничающее тщеславие, за ненасытную жажду обладать и господствовать! Без них все превосходные природные задатки человечества оставались бы навсегда неразвитыми. Человек хочет согласия, но природа лучше знает, что для его рода хорошо; и она хочет раздора. Он желает жить беспечно и весело, а природа желает, чтобы он вышел из состояния нерадивости и бездеятелььного довольства и окунулся с головой в работу и испытал трудности, чтобы найти средства разумного избавления от этих трудностей. Таким образом, естественные побудительные причины, источники необщительности и всеобщего сопротивления, вызывающие столько бедствий, но и беспрестанно побуждающие человека к новому напряжению сил и, стало быть, к большему развитию природных задатков, прекрасно обнаруживают устройство, созданное мудрым творцом; и здесь вовсе ни при чем злой дух, который будто бы вмешивается в великолепное устроение, созданное творцом, или из зависти портит его.

    Да будет благословенна природа за неуживчивость, за завистливо соперничающее тщеславие, за ненасытную жажду обладать и господствовать! Без них все превосходные природные задатки человечества оставались бы навсегда неразвитыми. Человек хочет согласия, но природа лучше знает, что для его рода хорошо; и она хочет раздора. Он желает жить беспечно и весело, а природа желает, чтобы он вышел из состояния нерадивости и бездеятелььного довольства и окунулся с головой в работу и испытал трудности, чтобы найти средства разумного избавления от этих трудностей. Таким образом, естественные побудительные причины, источники необщительности и всеобщего сопротивления, вызывающие столько бедствий, но и беспрестанно побуждающие человека к новому напряжению сил и, стало быть, к большему развитию природных задатков, прекрасно обнаруживают устройство, созданное мудрым творцом; и здесь вовсе ни при чем злой дух, который будто бы вмешивается в великолепное устроение, созданное творцом, или из зависти портит его.

    — Идея всеобщей истории во всемирно-гражданском плане · книга
13. «

    Тот, кто становится пресмыкающимся червем, может ли затем жаловаться, что его раздавили?

    Тот, кто становится пресмыкающимся червем, может ли затем жаловаться, что его раздавили?
14. «

    Упрямство имеет только форму характера, но не его содержание.

    Упрямство имеет только форму характера, но не его содержание.
15. «

    Постоянно давать детям награды не годится. Через это они становятся себялюбивыми, и отсюда развивается продажный образ мыслей.

    Постоянно давать детям награды не годится. Через это они становятся себялюбивыми, и отсюда развивается продажный образ мыслей.
16. «

    Две вещи поражают моё воображение: звёздное небо над головой и нравственный закон внутри нас.

    Две вещи поражают моё воображение: звёздное небо над головой и нравственный закон внутри нас.
17. «

    Имей мужество использовать свой собственный разум.

    Имей мужество использовать свой собственный разум.
18. «

    Каждый гражданин должен обладать той же возможностью принуждения в отношении властвующего к точному и безусловному исполнению закона, что и властвующий в его отношении к гражданину.

    Каждый гражданин должен обладать той же возможностью принуждения в отношении властвующего к точному и безусловному исполнению закона, что и властвующий в его отношении к гражданину.
19. «

    Если рассмотреть хорошенько, то та апелляция [к здравому смыслу] есть не что иное, как ссылка на суждение толпы.

    Если рассмотреть хорошенько, то та апелляция [к здравому смыслу] есть не что иное, как ссылка на суждение толпы.

    — Пролегомены ко всякой будущей метафизике · книга
20. «

    Смерть догмы — это рождение реальности.

    Смерть догмы — это рождение реальности.