357 фраз Ирвина Уэлша для статуса

Ирвин Уэлш — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 357 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Затем в комнату швырнули Дона, изломанного и избитого. Дон сел рядом со мной на скамейке, спрятав ладонями лицо. Сначала я заметил кровь на его руках, но потом увидел, что она течёт из его носа и довольно сильно распухшего рта. Он, очевидно, поскользнулся на чём-то и свалился с лестницы. Такое часто случается в полицейском участке в Стоуки с чёрными парнями.

   Затем в комнату швырнули Дона, изломанного и избитого. Дон сел рядом со мной на скамейке, спрятав ладонями лицо. Сначала я заметил кровь на его руках, но потом увидел, что она течёт из его носа и довольно сильно распухшего рта. Он, очевидно, поскользнулся на чём-то и свалился с лестницы. Такое часто случается в полицейском участке в Стоуки с чёрными парнями.

   — Эйсид Хаус (Кислотный дом) · книга
2. «

   Ну, я вот что тебе скажу, я тебе помогу, давай хотя бы в кухне вместе уберемся. Тебе сразу же станет легче, я знаю, потому что когда все дерьмово, и сил нет вообще никаких, и ты видишь гору немытой посуды в раковине, это худшее, что может случиться, это совсем беда. Кажется, что вся жизнь вообще не задалась.

   Ну, я вот что тебе скажу, я тебе помогу, давай хотя бы в кухне вместе уберемся. Тебе сразу же станет легче, я знаю, потому что когда все дерьмово, и сил нет вообще никаких, и ты видишь гору немытой посуды в раковине, это худшее, что может случиться, это совсем беда. Кажется, что вся жизнь вообще не задалась.

   — Мерфи · книга
3. «

   Прошлое все равно тебя настигнет.

   Прошлое все равно тебя настигнет.

   — Дерьмо · книга
4. «

   Ба! Один Дохлый малыш, да ещё малыш Рентс, которому тоже хуевато!

   Ба! Один Дохлый малыш, да ещё малыш Рентс, которому тоже хуевато!

   — Мать-Настоятельница · книга
5. «

   Я был настроен против всего и против всех. Я не хотел видеть людей вокруг себя. Такая неприязнь не была следствием какой-то сильной изнуряющей тревоги; а была просто зрелым признанием моей собственной психологической ранимости и отсутствия качеств, необходимых для поддержания с кем-то дружеских отношений.

   Я был настроен против всего и против всех. Я не хотел видеть людей вокруг себя. Такая неприязнь не была следствием какой-то сильной изнуряющей тревоги; а была просто зрелым признанием моей собственной психологической ранимости и отсутствия качеств, необходимых для поддержания с кем-то дружеских отношений.

   — Эйсид Хаус (Кислотный дом) · книга
6. «

   Слез нет. Плакать бессмысленно, как пытаться излить цистерну горя через капельницу.

   Слез нет. Плакать бессмысленно, как пытаться излить цистерну горя через капельницу.

   — Клей · книга
7. «

   Единственное лекарство, в котором мы нуждаемся, это залить обиду.

   Единственное лекарство, в котором мы нуждаемся, это залить обиду.

   — Брюс «Роббо» Робертсон · книга
8. «

   Мои родные, среди которых я вырос, это не семья, а генетическая катастрофа.

   Мои родные, среди которых я вырос, это не семья, а генетическая катастрофа.

   — Кошмары аиста марабу · книга
9. «

   <...> я не знаю, что же такое любовь, понимаешь, типа, быть влюблённым. <...> Любовь — это когда ты хочешь дырку каждый вечер и при этом с одной девчонкой.

   <...> я не знаю, что же такое любовь, понимаешь, типа, быть влюблённым. <...> Любовь — это когда ты хочешь дырку каждый вечер и при этом с одной девчонкой.

   — Ллойд (Lloyd) · книга
10. «

    Агрессия всегда адресуется тем, кто не в силах на неё ответить.

    Агрессия всегда адресуется тем, кто не в силах на неё ответить.

    — На игле · книга
11. «

    Люди меняются, когда ты наставляешь на них ствол.

    Люди меняются, когда ты наставляешь на них ствол.

    — Эйсид Хаус (Кислотный дом) · книга
12. «

    — Помнишь? — Помню. Ее лицо искажается. У нас есть своя, общая история, но она не хочет это признавать.

    — Помнишь? — Помню. Ее лицо искажается. У нас есть своя, общая история, но она не хочет это признавать.

    — Дерьмо · книга
13. «

    Тиски ужаса ощущаются почти физически; иногда они слабеют, но никогда не отпускают совсем.

    Тиски ужаса ощущаются почти физически; иногда они слабеют, но никогда не отпускают совсем.

    — Брюс «Роббо» Робертсон · книга
14. «

    Даже в утробе своей матери Картошка был не зародышем, а полным набором скрытых наркотических и личностных проблем.

    Даже в утробе своей матери Картошка был не зародышем, а полным набором скрытых наркотических и личностных проблем.

    — На игле · книга
15. «

    Любите меня, почему же вы меня не любите? Моя жизнь стала дерьмом из-за вас! Я не хотел издеваться над той девчонкой, не я виноват в бедности и абсолютной тупости моей семьи!

    Любите меня, почему же вы меня не любите? Моя жизнь стала дерьмом из-за вас! Я не хотел издеваться над той девчонкой, не я виноват в бедности и абсолютной тупости моей семьи!

    — Кошмары аиста марабу · книга
16. «

    Никому не позволяй украсть у себя детство, но если его у тебя все же украли, лучше сразу застрелись.

    Никому не позволяй украсть у себя детство, но если его у тебя все же украли, лучше сразу застрелись.

    — Преступление · книга
17. «

    И это полиция? Ну уж на хуй!

    И это полиция? Ну уж на хуй!

    — Брюс «Роббо» Робертсон · книга
18. «

    Как сказал однажды Дохлый, наверняка повторяя какого-то другого ублюдка: ничего не существует вне текущего момента.

    Как сказал однажды Дохлый, наверняка повторяя какого-то другого ублюдка: ничего не существует вне текущего момента.

    — Марк Рентс · книга
19. «

    Недоумевающий взгляд великого оскорбленного достоинства — так и хочется взять дубинку и въехать по зубам.

    Недоумевающий взгляд великого оскорбленного достоинства — так и хочется взять дубинку и въехать по зубам.

    — Брюс «Роббо» Робертсон · книга
20. «

    Несколько месяцев назад Никола заговорила с ним, когда они шли с вечеринки в Сайтхилле на вечеринку в Уэстер-Хейлз. Отделившись от остальных, они наболтались вдоволь. Никола оказалась очень общительной, а Картошка, закинутый «спидом», трещал без остановки. Ему казалось, что она ловит каждое его слово. Картошке хотелось идти и идти бесконечно, идти и разговаривать. Когда они спустились в подземный переход, он решил попробовать обнять Николу. И тогда у него в голове всплыли слова песни «Смитс», которую он всегда любил, под названием «Есть свет, что никогда не гаснет»:

    Несколько месяцев назад Никола заговорила с ним, когда они шли с вечеринки в Сайтхилле на вечеринку в Уэстер-Хейлз. Отделившись от остальных, они наболтались вдоволь. Никола оказалась очень общительной, а Картошка, закинутый «спидом», трещал без остановки. Ему казалось, что она ловит каждое его слово. Картошке хотелось идти и идти бесконечно, идти и разговаривать. Когда они спустились в подземный переход, он решил попробовать обнять Николу. И тогда у него в голове всплыли слова песни «Смитс», которую он всегда любил, под названием «Есть свет, что никогда не гаснет»:

    — Картошка · книга