Ирвин Ялом: 527 цитат на каждый день

Ниже 527 цитат Ирвина Ялома — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Тогда я считал тебя видением, воплощением моего земного идеала. Прошу, заметь: у меня ужасное зрение!

   Тогда я считал тебя видением, воплощением моего земного идеала. Прошу, заметь: у меня ужасное зрение!

   — Когда Ницше плакал · книга
2. «

   Ответственность означает авторство. Осознавать ответственность – значит осознавать творение самим собой своего Я, своей судьбы, своих жизненных неприятностей, своих чувств, а также своих страданий, если они имеют место

   Ответственность означает авторство. Осознавать ответственность – значит осознавать творение самим собой своего Я, своей судьбы, своих жизненных неприятностей, своих чувств, а также своих страданий, если они имеют место
3. «

   …остерегайтесь принимать решения за пациента. Это всегда плохая идея. И эта иллюстрация показывает, что у нас не просто нет хрустального шара для предсказаний – мы ещё и работаем с ненадёжными данными.

   …остерегайтесь принимать решения за пациента. Это всегда плохая идея. И эта иллюстрация показывает, что у нас не просто нет хрустального шара для предсказаний – мы ещё и работаем с ненадёжными данными.

   — Дар психотерапии · книга
4. «

   Мой подход заключается в том, что жизнь (в том числе и человеческая) зарождается по воле случая, наше бытие – конечно, и, как бы нам это ни хотелось, нам не на кого рассчитывать в мире, кроме самих себя. Никто, кроме нас самих, не поддержит, не оценит наше поведение, не предложит ясную жизненную схему. Судьба наша не предопределена, и каждому из нас приходится решать самостоятельно, как проживать свою жизнь возможно более полно, счастливо и осмысленно.

   Мой подход заключается в том, что жизнь (в том числе и человеческая) зарождается по воле случая, наше бытие – конечно, и, как бы нам это ни хотелось, нам не на кого рассчитывать в мире, кроме самих себя. Никто, кроме нас самих, не поддержит, не оценит наше поведение, не предложит ясную жизненную схему. Судьба наша не предопределена, и каждому из нас приходится решать самостоятельно, как проживать свою жизнь возможно более полно, счастливо и осмысленно.

   — Вглядываясь в солнце. Жизнь без страха смерти · книга
5. «

   Раскапывание могил прошлого служит лишь благовидным предлогом для того, чтобы снять с себя ответственность за собственные поступки.

   Раскапывание могил прошлого служит лишь благовидным предлогом для того, чтобы снять с себя ответственность за собственные поступки.

   — Лжец на кушетке · книга
6. «

   Разве вы не видите, Йозеф, что проблема вовсе не в том, что вы ощущаете дискомфорт? Да какое значение имеют напряжение и давление в груди? Разве кто-нибудь когда-нибудь обещал вам, что все будет хорошо? Вы плохо спите? И что с того? Вам кто-нибудь говорил, что вы будете хорошо спать? Нет, проблема не в дискомфорте. Проблема в том, что не те вещи вызывают у вас дискомфорт.

   Разве вы не видите, Йозеф, что проблема вовсе не в том, что вы ощущаете дискомфорт? Да какое значение имеют напряжение и давление в груди? Разве кто-нибудь когда-нибудь обещал вам, что все будет хорошо? Вы плохо спите? И что с того? Вам кто-нибудь говорил, что вы будете хорошо спать? Нет, проблема не в дискомфорте. Проблема в том, что не те вещи вызывают у вас дискомфорт.

   — Когда Ницше плакал · книга
7. «

   … любовная зависимость обкрадывает реальную жизнь, перечёркивает новый опыт – как положительный, так и отрицательный.

   … любовная зависимость обкрадывает реальную жизнь, перечёркивает новый опыт – как положительный, так и отрицательный.

   — Палач любви · книга
8. «

   Если пациент отягощён тревожностью и просит или умоляет об облегчении, как правило, я нахожу полезной такую реплику: «Скажите мне, что бы вы хотели от меня услышать? Что именно мог бы я сказать такого, что позволило бы вам почувствовать себя лучше?» Я, конечно, обращаюсь не к рациональной части пациента – я обращаюсь к его внутреннему ребёнку или прошу ничего не сдерживаемых свободных ассоциаций. В ответ на такой вопрос одна пациентка сказала мне: «Я хочу, чтобы вы сказали мне, что я самая красивая, самая идеальная малышка в мире». Тогда я сказал ей именно то, о чём она просила, а потом мы вместе исследовали успокаивающий эффект моих слов, равно как и другие возникающие чувства: её смущение и стыд за свои ребяческие желания и сильнейшее раздражение из-за того, что ей пришлось объяснять мне, что нужно сказать. Это упражнение по самоуспокоению создаёт определённый парадокс: пациент отбрасывается в состояние ума юного и зависимого человека, прося терапевта произнести для него волшебные слова утешения, но в то же самое время он вынужден занять взрослую позицию, придумывая те самые слова, которые его успокоят.

   Если пациент отягощён тревожностью и просит или умоляет об облегчении, как правило, я нахожу полезной такую реплику: «Скажите мне, что бы вы хотели от меня услышать? Что именно мог бы я сказать такого, что позволило бы вам почувствовать себя лучше?» Я, конечно, обращаюсь не к рациональной части пациента – я обращаюсь к его внутреннему ребёнку или прошу ничего не сдерживаемых свободных ассоциаций. В ответ на такой вопрос одна пациентка сказала мне: «Я хочу, чтобы вы сказали мне, что я самая красивая, самая идеальная малышка в мире». Тогда я сказал ей именно то, о чём она просила, а потом мы вместе исследовали успокаивающий эффект моих слов, равно как и другие возникающие чувства: её смущение и стыд за свои ребяческие желания и сильнейшее раздражение из-за того, что ей пришлось объяснять мне, что нужно сказать. Это упражнение по самоуспокоению создаёт определённый парадокс: пациент отбрасывается в состояние ума юного и зависимого человека, прося терапевта произнести для него волшебные слова утешения, но в то же самое время он вынужден занять взрослую позицию, придумывая те самые слова, которые его успокоят.

   — Дар психотерапии · книга
9. «

   Знаете, не осталось в живых никого из тех, кто был взрослым, когда я был ребёнком. Так что как ребёнок я мёртв. Когда-нибудь, лет через сорок, не останется в живых никого, кто вообще когда-либо знал меня. Вот тогда я умру по-настоящему — когда не буду существовать больше ни в чьей памяти. Я много думал о том, что какой-нибудь очень старый человек является последним из живущих, кто помнит другого человека или целый круг людей. Когда этот человек умирает, весь этот круг тоже исчезает из живой памяти. Я спрашивал себя, кто будет тот последний человек, чья смерть сделает меня окончательно мёртвым?

   Знаете, не осталось в живых никого из тех, кто был взрослым, когда я был ребёнком. Так что как ребёнок я мёртв. Когда-нибудь, лет через сорок, не останется в живых никого, кто вообще когда-либо знал меня. Вот тогда я умру по-настоящему — когда не буду существовать больше ни в чьей памяти. Я много думал о том, что какой-нибудь очень старый человек является последним из живущих, кто помнит другого человека или целый круг людей. Когда этот человек умирает, весь этот круг тоже исчезает из живой памяти. Я спрашивал себя, кто будет тот последний человек, чья смерть сделает меня окончательно мёртвым?

   — Палач любви · книга
10. «

    Мне всегда казалось, что то, как человек встречает смерть, в огромной степени зависит от модели, заложенной родителями. Последний дар, который родитель может дать своим детям, – это на собственном примере научить их, как встретить собственную смерть, сохраняя самообладание.

    Мне всегда казалось, что то, как человек встречает смерть, в огромной степени зависит от модели, заложенной родителями. Последний дар, который родитель может дать своим детям, – это на собственном примере научить их, как встретить собственную смерть, сохраняя самообладание.

    — Палач любви · книга
11. «

    Вы не можете швырнуть правду в лицо пациенту: единственная настоящая правда – та, которую мы сами для себя открываем.

    Вы не можете швырнуть правду в лицо пациенту: единственная настоящая правда – та, которую мы сами для себя открываем.

    — доктор Вернер · книга
12. «

    Живи, пока живется! Смерть становиться не такой страшной, когда человек довел свою жизнь до логического завершения. Если человек живет не вовремя, он не сможет вовремя и умереть.

    Живи, пока живется! Смерть становиться не такой страшной, когда человек довел свою жизнь до логического завершения. Если человек живет не вовремя, он не сможет вовремя и умереть.

    — Когда Ницше плакал · книга
13. «

    В тех редких случаях, когда меня охватывало одиночество, и я позволял себе публичные излияния о своих страданиях, часом позже я содрогался от отвращения к себе, я становился чужим самому себе, словно я лишался собственного общества. Я также не позволял никому откровенничать со мной — я не испытывал ни малейшего желания навлекать на себя долговое обязательство взаимных откровений.

    В тех редких случаях, когда меня охватывало одиночество, и я позволял себе публичные излияния о своих страданиях, часом позже я содрогался от отвращения к себе, я становился чужим самому себе, словно я лишался собственного общества. Я также не позволял никому откровенничать со мной — я не испытывал ни малейшего желания навлекать на себя долговое обязательство взаимных откровений.

    — Фридрих Ницше · книга
14. «

    Умирать трудно. Я всегда думал, что последняя награда мертвеца – это тот факт, что ему больше не надо умирать.

    Умирать трудно. Я всегда думал, что последняя награда мертвеца – это тот факт, что ему больше не надо умирать.

    — Фридрих Ницше · книга
15. «

    Старение – это когда сдаёшь одну чёртову позицию за другой.

    Старение – это когда сдаёшь одну чёртову позицию за другой.

    — Как я стал собой. Воспоминания · книга
16. «

    Копайте глубже, добирайтесь до самых глу­бинных, древнейших уровней сознания, примитивных чувств, архаичных фантазий; возвращайтесь к первичным слоям па­мяти; тогда, и только тогда, вы сможете полностью искоре­нить невроз и обеспечить эффективное психоаналитическое воздействие.

    Копайте глубже, добирайтесь до самых глу­бинных, древнейших уровней сознания, примитивных чувств, архаичных фантазий; возвращайтесь к первичным слоям па­мяти; тогда, и только тогда, вы сможете полностью искоре­нить невроз и обеспечить эффективное психоаналитическое воздействие.

    — Маршал · книга
17. «

    Нельзя разбить время; это самая большая наша проблема. А самый дерзкий вызов – жить, невзирая на эту проблему.

    Нельзя разбить время; это самая большая наша проблема. А самый дерзкий вызов – жить, невзирая на эту проблему.

    — Фридрих Ницше · книга
18. «

    Чтобы вырасти высоким и гордым, дерево нуждается в бурях.

    Чтобы вырасти высоким и гордым, дерево нуждается в бурях.

    — Фридрих Ницше · книга
19. «

    … мой разум заполонили мысли о полной безнадёжности попыток выяснить, как же работает психотерапия. Мы, терапевты, так страстно стремимся к точности, пытаемся научиться чётко выделять и чинить поломанные места в истории привязанности наших пациентов. Однако та реальность, в которой мы работаем, не вписывается в эту модель, и часто мы обнаруживаем, что вместе с пациентом наткнулись на неожиданное препятствие на пути к выздоровлению, и вынуждены импровизировать. Когда-то меня это смущало, но сейчас, в мои золотые годы, я позволяю себе просто тихонько присвистнуть от восхищения, глядя на всю сложность и непредсказуемость человеческого мышления и поведения.

    … мой разум заполонили мысли о полной безнадёжности попыток выяснить, как же работает психотерапия. Мы, терапевты, так страстно стремимся к точности, пытаемся научиться чётко выделять и чинить поломанные места в истории привязанности наших пациентов. Однако та реальность, в которой мы работаем, не вписывается в эту модель, и часто мы обнаруживаем, что вместе с пациентом наткнулись на неожиданное препятствие на пути к выздоровлению, и вынуждены импровизировать. Когда-то меня это смущало, но сейчас, в мои золотые годы, я позволяю себе просто тихонько присвистнуть от восхищения, глядя на всю сложность и непредсказуемость человеческого мышления и поведения.

    — Все мы творения на день · книга
20. «

    Когда я впервые начал работать терапевтом, то наивно верил, что прошлое фиксировано и познаваемо, что если я буду достаточно проницателен, то смогу обнаружить, каков был первый неверный поворот, та роковая тропа, которая завела жизнь куда-то не туда, и что я мог бы руководствоваться этим открытием, чтобы привести всё в порядок. (…) Но за многие годы я понял, что задача терапевта не в том, чтобы втягивать пациента в совместные археологические раскопки. Если кому-то из пациентов это и помогает, то не из-за поиска неверного шага (жизнь идёт насмарку не из-за неверного шага – она идёт вкривь и вкось из-за того, что неверным был весь путь). Нет, терапевт помогает пациенту не тем, что исследует прошлое, а своим любящим присутствием рядом с пациентом, своей заинтересованностью, надёжностью и верой в то, что их совместная деятельность в конце концов принесёт облегчение и исцеление. Драма возрастной регрессии и проигрывание сцены инцеста (или, в другом случае, любые терапевтические техники, интеллектуальные или направленные на достижение катарсиса) могут исцелять лишь потому, что дают возможность терапевту и пациенту вместе заниматься каким-то интересным делом, в то время как укрепляется и созревает реальная терапевтическая сила: их отношения. Поэтому я посвятил тому, чтобы присутствовать и быть верным.

    Когда я впервые начал работать терапевтом, то наивно верил, что прошлое фиксировано и познаваемо, что если я буду достаточно проницателен, то смогу обнаружить, каков был первый неверный поворот, та роковая тропа, которая завела жизнь куда-то не туда, и что я мог бы руководствоваться этим открытием, чтобы привести всё в порядок. (…) Но за многие годы я понял, что задача терапевта не в том, чтобы втягивать пациента в совместные археологические раскопки. Если кому-то из пациентов это и помогает, то не из-за поиска неверного шага (жизнь идёт насмарку не из-за неверного шага – она идёт вкривь и вкось из-за того, что неверным был весь путь). Нет, терапевт помогает пациенту не тем, что исследует прошлое, а своим любящим присутствием рядом с пациентом, своей заинтересованностью, надёжностью и верой в то, что их совместная деятельность в конце концов принесёт облегчение и исцеление. Драма возрастной регрессии и проигрывание сцены инцеста (или, в другом случае, любые терапевтические техники, интеллектуальные или направленные на достижение катарсиса) могут исцелять лишь потому, что дают возможность терапевту и пациенту вместе заниматься каким-то интересным делом, в то время как укрепляется и созревает реальная терапевтическая сила: их отношения. Поэтому я посвятил тому, чтобы присутствовать и быть верным.

    — Палач любви · книга