Подборка: 341 цитата Ивана Сергеевича Тургенева

Иван Сергеевич Тургенев — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 341 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Привет тебе, скромный уголок германской земли, с твоим незатейливым довольством, с повсеместными следами прилежных рук, терпеливой, хотя неспешной работы… Привет тебе и мир!

   Привет тебе, скромный уголок германской земли, с твоим незатейливым довольством, с повсеместными следами прилежных рук, терпеливой, хотя неспешной работы… Привет тебе и мир!

   — Ася · книга
2. «

   Природа неотразима; ей спешить нечего, и рано или поздно она возьмет свое. Бессознательно и неуклонно покорная законам, она не знает искусства, как не знает свободы, как не знает добра; от века движущаяся, от века преходящая, она не терпит ничего бессмертного, ничего неизменного. Человек ее дитя; но человеческое — искусственное — ей враждебно, именно потому, что оно силится быть неизменным и бессмертным.

   Природа неотразима; ей спешить нечего, и рано или поздно она возьмет свое. Бессознательно и неуклонно покорная законам, она не знает искусства, как не знает свободы, как не знает добра; от века движущаяся, от века преходящая, она не терпит ничего бессмертного, ничего неизменного. Человек ее дитя; но человеческое — искусственное — ей враждебно, именно потому, что оно силится быть неизменным и бессмертным.

   — Довольно · книга
3. «

   Мне стало грустно; сквозь невеселую, хотя свежую улыбку увядающей природы, казалось, прокрадывался унылый страх недалекой зимы.

   Мне стало грустно; сквозь невеселую, хотя свежую улыбку увядающей природы, казалось, прокрадывался унылый страх недалекой зимы.

   — Записки охотника · книга
4. «

   Порох она настоящий. До сих пор ей никто не нравился, но беда, если она кого полюбит!

   Порох она настоящий. До сих пор ей никто не нравился, но беда, если она кого полюбит!

   — Ася · книга
5. «

   Все люди живут — сознательно или бессознательно — и силу своего принципа, своего идеала, т. е. в силу того, что они почитают правдой, красотою, добром. Многие получают свой идеал уже совершенно готовым, в определенных, исторически сложившихся формах; они живут, соображая жизнь свою с этим идеалом, иногда отступая от него под влиянием страстен или случайностей, — но они не рассуждают о нем, не сомневаются в нем; другие, напротив, подвергают его анализу собственной мысли. Как бы то ни было, мы, кажется, не слишком ошибемся, если скажем, что для всех людей этот идеал, эта основа и цель их существования находится либо вне их, либо в них самих: другими словами, для каждого из нас либо собственное я становится на первом месте, либо нечто другое, признанное им за высшее. Нам могут возразить, что действительность не допускает таких резких разграничении, что в одном и том же живом существе оба воззрения могут чередоваться, даже сливаться до некоторой степени; но мы и не думали утверждать невозможное! Мы хотели только указать на два различных отношения человека к своему идеалу.

   Все люди живут — сознательно или бессознательно — и силу своего принципа, своего идеала, т. е. в силу того, что они почитают правдой, красотою, добром. Многие получают свой идеал уже совершенно готовым, в определенных, исторически сложившихся формах; они живут, соображая жизнь свою с этим идеалом, иногда отступая от него под влиянием страстен или случайностей, — но они не рассуждают о нем, не сомневаются в нем; другие, напротив, подвергают его анализу собственной мысли. Как бы то ни было, мы, кажется, не слишком ошибемся, если скажем, что для всех людей этот идеал, эта основа и цель их существования находится либо вне их, либо в них самих: другими словами, для каждого из нас либо собственное я становится на первом месте, либо нечто другое, признанное им за высшее. Нам могут возразить, что действительность не допускает таких резких разграничении, что в одном и том же живом существе оба воззрения могут чередоваться, даже сливаться до некоторой степени; но мы и не думали утверждать невозможное! Мы хотели только указать на два различных отношения человека к своему идеалу.

   — Гамлет и Дон-Кихот · книга
6. «

   Делу творчества так же нужно спокойное, но постоянное напряжение к одной цели – как и полная беспечность, которую некоторые – не совсем справедливо – называют бессознательностью.

   Делу творчества так же нужно спокойное, но постоянное напряжение к одной цели – как и полная беспечность, которую некоторые – не совсем справедливо – называют бессознательностью.
7. «

   Что ж, коли он заслуживает презрения!

   Что ж, коли он заслуживает презрения!

   — Евгений Базаров · книга
8. «

   Слабые люди, говоря с самими собою, охотно употребляют энергические выражения. — Еt puis… cela ne tire pas a consequence!

   Слабые люди, говоря с самими собою, охотно употребляют энергические выражения. — Еt puis… cela ne tire pas a consequence!

   — Вешние воды · книга
9. «

   Нечего мешкать; мешкают одни дураки да умники.

   Нечего мешкать; мешкают одни дураки да умники.

   — Евгений Базаров · книга
10. «

    Сын — отрезанный ломоть. Он что сокол: захотел — прилетел, захотел — улетел; а мы с тобой, как опенки на дупле, сидим рядком и ни с места. Только я останусь для тебя навек неизменно, как и ты для меня.

    Сын — отрезанный ломоть. Он что сокол: захотел — прилетел, захотел — улетел; а мы с тобой, как опенки на дупле, сидим рядком и ни с места. Только я останусь для тебя навек неизменно, как и ты для меня.

    — Арина Власьевна Базарова · книга
11. «

    Когда я встречу человека, который не спасовал бы передо мной, тогда я изменю свое мнение о самом себе.

    Когда я встречу человека, который не спасовал бы передо мной, тогда я изменю свое мнение о самом себе.

    — Евгений Базаров · книга
12. «

    — Деревья в лесу, — повторила она. — Стало быть, по-вашему, нет разницы между глупым и умным человеком, между добрым и злым? — Нет, есть: как между больным и здороровом. Лёгкие у чахоточного не в том положеннии, как у нас с вами, хоть устроены одинаково, мы приблизительно знаем, отчего происходят телесные недуги; а нравственные болезни происходят от дурного воспитания, от всяких пустяков, которыми сызмала набивают людские головы, от безобразного состояния общества, одним словом. Исправьте общество, и болезней не будет.

    — Деревья в лесу, — повторила она. — Стало быть, по-вашему, нет разницы между глупым и умным человеком, между добрым и злым? — Нет, есть: как между больным и здороровом. Лёгкие у чахоточного не в том положеннии, как у нас с вами, хоть устроены одинаково, мы приблизительно знаем, отчего происходят телесные недуги; а нравственные болезни происходят от дурного воспитания, от всяких пустяков, которыми сызмала набивают людские головы, от безобразного состояния общества, одним словом. Исправьте общество, и болезней не будет.

    — Евгений Базаров · книга
13. «

    Брак, основанный на взаимной склонности и на рассудке, есть одно из величайших благ человеческой жизни.

    Брак, основанный на взаимной склонности и на рассудке, есть одно из величайших благ человеческой жизни.
14. «

    В тихом омуте...ты знаешь! Ты говоришь, она холодна. В этом-то самый вкус и есть. Ведь ты любишь мороженое?

    В тихом омуте...ты знаешь! Ты говоришь, она холодна. В этом-то самый вкус и есть. Ведь ты любишь мороженое?

    — Евгений Базаров · книга
15. «

    Мать моя была дама с характером... очень добродетельная дама. Только я не знавал женщины, которой бы добродетель доставила меньше удовольствия.

    Мать моя была дама с характером... очень добродетельная дама. Только я не знавал женщины, которой бы добродетель доставила меньше удовольствия.

    — Записки охотника · книга
16. «

    Слово «завтра» придумано для людей нерешительных и для детей; я, как ребёнок, успокаивал себя этим волшебным словом.

    Слово «завтра» придумано для людей нерешительных и для детей; я, как ребёнок, успокаивал себя этим волшебным словом.
17. «

    Так легкое испарение ничтожной травки переживает все радости и все горести человека — переживает самого человека.

    Так легкое испарение ничтожной травки переживает все радости и все горести человека — переживает самого человека.

    — Н. Н. · книга
18. «

    Сладко быть единственным источником, самовластной и безответной причиной величайших радостей и глубочайшего горя для другого...

    Сладко быть единственным источником, самовластной и безответной причиной величайших радостей и глубочайшего горя для другого...

    — Первая любовь · книга
19. «

    Есть три разряда эгоистов: эгоисты, которые сами живут и жить дают другим; эгоисты, которые сами живут и не дают жить другим; наконец, эгоисты, которые сами не живут и другим жить не дают. Женщины большей частью принадлежат к третьему разряду.

    Есть три разряда эгоистов: эгоисты, которые сами живут и жить дают другим; эгоисты, которые сами живут и не дают жить другим; наконец, эгоисты, которые сами не живут и другим жить не дают. Женщины большей частью принадлежат к третьему разряду.

    — Пигасов · книга
20. «

    В однообразно тихом и плавном течении жизни таятся великие прелести.

    В однообразно тихом и плавном течении жизни таятся великие прелести.

    — Вешние воды · книга