42 цитаты Карена Мари Монинга — подборка на все случаи

Подборка из 42 цитаты Карена Мари Монинга: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я не стану лгать тебе больше, чем ты сам мне лжёшь.

   Я не стану лгать тебе больше, чем ты сам мне лжёшь.

   — Мак · книга
2. «

   Неважно, кем еще он является, он принадлежит ей. То, что между ними — вне осуждения. Любовь не знает правых и виноватых. Любовь есть. Просто есть.

   Неважно, кем еще он является, он принадлежит ей. То, что между ними — вне осуждения. Любовь не знает правых и виноватых. Любовь есть. Просто есть.

   — МакКайла Лейн · книга
3. «

   Роки имел репутацию совратителя и дамского угодника, однако к его чести нужно сказать, что он никогда не нарушал своего собственного правила: не спал с чужими женами. Никогда. Человек, который не уважал ни чужую жизнь, ни закон, трепетно относился к таинству брака.

   Роки имел репутацию совратителя и дамского угодника, однако к его чести нужно сказать, что он никогда не нарушал своего собственного правила: не спал с чужими женами. Никогда. Человек, который не уважал ни чужую жизнь, ни закон, трепетно относился к таинству брака.

   — Тайна рукописи · книга
4. «

   Не дай гневу взять верх над тобой. Он как бензин. Ты можешь сжечь его, как топливо, а можешь использовать для того, что спалить все, что тебе дорого, и тогда ты окажешься на выжженном поле битвы, где все вокруг будут мертвы, даже ты – только твое тело будет продолжать дышать.

   Не дай гневу взять верх над тобой. Он как бензин. Ты можешь сжечь его, как топливо, а можешь использовать для того, что спалить все, что тебе дорого, и тогда ты окажешься на выжженном поле битвы, где все вокруг будут мертвы, даже ты – только твое тело будет продолжать дышать.

   — Риодан · книга
5. «

   То, во что ты решаешь верить, делает тебя тем, кто ты есть.

   То, во что ты решаешь верить, делает тебя тем, кто ты есть.

   — Тайна рукописи · книга
6. «

   Никто из нас не выглядит хорошо в трудные времена. Но именно эти времена показывают, кто мы такие на самом деле. Мы становимся сильнее – или трусливо прячемся. Мы выходим победителями, мы закаляемся во время невзгод или рассыпаемся отработанным шлаком.

   Никто из нас не выглядит хорошо в трудные времена. Но именно эти времена показывают, кто мы такие на самом деле. Мы становимся сильнее – или трусливо прячемся. Мы выходим победителями, мы закаляемся во время невзгод или рассыпаемся отработанным шлаком.

   — МакКайла Лейн · книга
7. «

   Я, во всяком случае, не бегу от своих ошибок. Я засыпаю и просыпаюсь с ними. Они глядят на меня из зеркала, когда я смотрюсь в него. И я говорю себе: «Чувиха, ты переживёшь это».

   Я, во всяком случае, не бегу от своих ошибок. Я засыпаю и просыпаюсь с ними. Они глядят на меня из зеркала, когда я смотрюсь в него. И я говорю себе: «Чувиха, ты переживёшь это».

   — Дени · книга
8. «

   Мы часто видим себя глазами других людей: это часть человеческой натуры – искать отражение своих действий в сознании окружающих. Может, поэтому вампиры кажутся нам монстрами – у них нет отражения. Родители, я имею в виду хороших родителей, видят свое отражение в существовании и успехах своих детей. Друзья, которых мы выбираем, становятся чудесным зеркалом, и мы растем, чтобы соответствовать отражению.

   Мы часто видим себя глазами других людей: это часть человеческой натуры – искать отражение своих действий в сознании окружающих. Может, поэтому вампиры кажутся нам монстрами – у них нет отражения. Родители, я имею в виду хороших родителей, видят свое отражение в существовании и успехах своих детей. Друзья, которых мы выбираем, становятся чудесным зеркалом, и мы растем, чтобы соответствовать отражению.

   — МакКайла Лейн · книга
9. «

   — Ты невозможна, — презрение отразилось на его красивом лице. — Она была совсем на тебя не похожа. Она была открыта. Ее сердце не было скрыто за семью печатями. — И что же ей это принесло? Смерть.

   — Ты невозможна, — презрение отразилось на его красивом лице. — Она была совсем на тебя не похожа. Она была открыта. Ее сердце не было скрыто за семью печатями. — И что же ей это принесло? Смерть.

   — МакКайла Лейн · книга
10. «

    Непредсказуемый, как оголодавший лев, он мог напугать кого угодно, однако он никогда не вгрызался мне в глотку, а всего лишь облизывал меня, и если иногда его язык был слегка грубоватым, то это стоило того, чтобы шагать рядом с королем джунглей.

    Непредсказуемый, как оголодавший лев, он мог напугать кого угодно, однако он никогда не вгрызался мне в глотку, а всего лишь облизывал меня, и если иногда его язык был слегка грубоватым, то это стоило того, чтобы шагать рядом с королем джунглей.

    — Мак · книга
11. «

    Солгать не трудно. Хуже то, что мы цепляемся за эту ложь. Просим дать нам иллюзию, чтобы не смотреть правде в глаза, не чувствовать себя одинокими.

    Солгать не трудно. Хуже то, что мы цепляемся за эту ложь. Просим дать нам иллюзию, чтобы не смотреть правде в глаза, не чувствовать себя одинокими.

    — Любовная горячка · книга
12. «

    Я вглядываюсь в его доверчивые глаза. Я вижу его там. Его вчера. Его сегодня. Завтра, которого никогда не будет. Я вижу его боль, и она рвет меня на куски. Я вижу его абсолютную любовь, и она стыдит меня.

    Я вглядываюсь в его доверчивые глаза. Я вижу его там. Его вчера. Его сегодня. Завтра, которого никогда не будет. Я вижу его боль, и она рвет меня на куски. Я вижу его абсолютную любовь, и она стыдит меня.

    — Берронс · книга
13. «

    Ты взлетишь для меня, мой сокол? Я вознесу тебя высоко, выше, чем ты когда-либо была. Я научу тебя достигать высот, о которых ты могла лишь мечтать.

    Ты взлетишь для меня, мой сокол? Я вознесу тебя высоко, выше, чем ты когда-либо была. Я научу тебя достигать высот, о которых ты могла лишь мечтать.

    — За горным туманом · книга
14. «

    Я была не готова к смерти. Никто не готов к ней. Вы теряете того, кого любите больше, чем себя, и проходите короткий курс смертности. Каждую ночь вы лежите без сна, размышляя о том, действительно ли существуют ад и рай, ищете любые способы вцепиться в веру, поскольку просто не можете смириться с тем, что ваши близкие находятся так далеко, что не слышат шепота вашей молитвы... А самое плохое в потере любимого человека — помимо агонии от невозможности снова его увидеть — в том, что вы так и не сказали. Несказанные слова преследуют вас, они издеваются, напоминая о том, что ты считал, будто у тебя впереди целая вечность. А ее нет ни у кого.

    Я была не готова к смерти. Никто не готов к ней. Вы теряете того, кого любите больше, чем себя, и проходите короткий курс смертности. Каждую ночь вы лежите без сна, размышляя о том, действительно ли существуют ад и рай, ищете любые способы вцепиться в веру, поскольку просто не можете смириться с тем, что ваши близкие находятся так далеко, что не слышат шепота вашей молитвы... А самое плохое в потере любимого человека — помимо агонии от невозможности снова его увидеть — в том, что вы так и не сказали. Несказанные слова преследуют вас, они издеваются, напоминая о том, что ты считал, будто у тебя впереди целая вечность. А ее нет ни у кого.

    — МакКайла Лейн · книга
15. «

    Надо было обращать больше внимания на то, кто я по сути, а не как я выгляжу.

    Надо было обращать больше внимания на то, кто я по сути, а не как я выгляжу.

    — Мак · книга
16. «

    Я всегда следовала политике страуса: если поглубже спрятать голову в песок, я не увижу того, что уставилось на меня, и оно меня тоже не увидит.

    Я всегда следовала политике страуса: если поглубже спрятать голову в песок, я не увижу того, что уставилось на меня, и оно меня тоже не увидит.

    — Тайна рукописи · книга
17. «

    Я хочу, чтобы он взял то, что мне не хватает смелости предложить ему.

    Я хочу, чтобы он взял то, что мне не хватает смелости предложить ему.

    — Мак · книга
18. «

    И вот в этом, моя дорогая Фиа, заключается главная ошибка всей женской половины человечества: они влюбляются в того, кем может быть мужчина. А мы слишком редко видим в себе то, что видите вы, и слишком редко соответствуем вашему вымышленному идеалу. Перестань придумывать себе черты того, кем я мог бы быть, и внимательно, пристально, оценивающе взгляни на того, кем я являюсь.

    И вот в этом, моя дорогая Фиа, заключается главная ошибка всей женской половины человечества: они влюбляются в того, кем может быть мужчина. А мы слишком редко видим в себе то, что видите вы, и слишком редко соответствуем вашему вымышленному идеалу. Перестань придумывать себе черты того, кем я мог бы быть, и внимательно, пристально, оценивающе взгляни на того, кем я являюсь.

    — Иерихон Берронс · книга
19. «

    Когда он снова меня целует, последняя частичка, которая могла оставаться мною, умирает.

    Когда он снова меня целует, последняя частичка, которая могла оставаться мною, умирает.

    — Мак · книга
20. «

    Было легче бороться с тобой, чем признать, что во мне есть неисследованные местечки, алчущие вещей, недопустимых в том мире, который я знала, и, что хуже всего, это ты вытряхнул меня из моего мира девочки Барби, и сейчас я здесь, я бдительна по самое не могу, а ты, ублюдок, меня бросил...

    Было легче бороться с тобой, чем признать, что во мне есть неисследованные местечки, алчущие вещей, недопустимых в том мире, который я знала, и, что хуже всего, это ты вытряхнул меня из моего мира девочки Барби, и сейчас я здесь, я бдительна по самое не могу, а ты, ублюдок, меня бросил...

    — Мак · книга