165 известных цитат Карлоса Руиса Сафона

Ниже 165 цитат Карлоса Руиса Сафона — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Сумасшедший — тот, кто считает себя умнее всех остальных.

   Сумасшедший — тот, кто считает себя умнее всех остальных.

   — Узник неба · книга
2. «

   Париж – единственный город на свете, где муки голода до сих пор возводят в ранг искусства.

   Париж – единственный город на свете, где муки голода до сих пор возводят в ранг искусства.

   — Тень ветра · книга
3. «

   На перилах веранды сидела чайка — возможно, тоже мать, переживавшая трудный момент, — и смотрела на женщину со смирением во взоре. — Несправедливо, — обратилась Симона к чайке. — Когда дети рождаются, никто не предупреждает, что потом они начинают делать то, что когда-то давно делал ты сам.

   На перилах веранды сидела чайка — возможно, тоже мать, переживавшая трудный момент, — и смотрела на женщину со смирением во взоре. — Несправедливо, — обратилась Симона к чайке. — Когда дети рождаются, никто не предупреждает, что потом они начинают делать то, что когда-то давно делал ты сам.

   — Симона · книга
4. «

   ...его мысли все еще были заняты усладами, что сулил закон притяжения полов.

   ...его мысли все еще были заняты усладами, что сулил закон притяжения полов.

   — Тень ветра · книга
5. «

   Люди любят усложнять себе жизнь, будто она и без того недостаточно сложна.

   Люди любят усложнять себе жизнь, будто она и без того недостаточно сложна.

   — Тень ветра · книга
6. «

   Эту жизнь стоит прожить ради трёх-четырёх вещей, а всё остальное — удобрения.

   Эту жизнь стоит прожить ради трёх-четырёх вещей, а всё остальное — удобрения.

   — Фермин Ромеро де Торрес · книга
7. «

   Как правило, чем талантливее человек, тем сильнее он сомневается в своей одарённости и наоборот.

   Как правило, чем талантливее человек, тем сильнее он сомневается в своей одарённости и наоборот.

   — Давид Мартин · книга
8. «

   Зависть – это религия серости. Она бодрит посредственные личности, прислушивается к снедающим их страстям и в итоге разлагает душу. Зависть нашептывает оправдания собственному убожеству и алчности, приравнивая их чуть ли не к добродетелям. Зависть внушает уверенность, будто небесные врата открыты лишь для неудачников, кто не оставил по себе достойного следа, ибо растратил жизнь на неприглядные попытки унизить других, отвергнуть и по возможности уничтожить более одаренных соплеменников по той единственной причине, что они таковы, как есть. Ведь на ярком фоне особенно заметны духовная нищета, скудоумие и малодушие посредственных. Блажен тот, кого облаивают идиоты, ибо те не властны над своей душой.

   Зависть – это религия серости. Она бодрит посредственные личности, прислушивается к снедающим их страстям и в итоге разлагает душу. Зависть нашептывает оправдания собственному убожеству и алчности, приравнивая их чуть ли не к добродетелям. Зависть внушает уверенность, будто небесные врата открыты лишь для неудачников, кто не оставил по себе достойного следа, ибо растратил жизнь на неприглядные попытки унизить других, отвергнуть и по возможности уничтожить более одаренных соплеменников по той единственной причине, что они таковы, как есть. Ведь на ярком фоне особенно заметны духовная нищета, скудоумие и малодушие посредственных. Блажен тот, кого облаивают идиоты, ибо те не властны над своей душой.

   — Игра ангела · книга
9. «

   Некоторые вещи видны только в сумерках.

   Некоторые вещи видны только в сумерках.

   — Тень ветра · книга
10. «

    Фронтовые товарищи отца — живые трупы — вернулись с войны калеками, физическими и духовными, наверное, только для того, чтобы познать горькую истину: те, кто послал их умирать во имя Бога и отечества, теперь плевали им в лицо.

    Фронтовые товарищи отца — живые трупы — вернулись с войны калеками, физическими и духовными, наверное, только для того, чтобы познать горькую истину: те, кто послал их умирать во имя Бога и отечества, теперь плевали им в лицо.

    — Давид Мартин · книга
11. «

    Порой мы принимаем людей вокруг нас за лотерейные билеты, которые служат лишь для того, чтобы осуществить наши абсурдные мечты.

    Порой мы принимаем людей вокруг нас за лотерейные билеты, которые служат лишь для того, чтобы осуществить наши абсурдные мечты.

    — Исаак Монфор · книга
12. «

    Никогда не знаешь, из какой неприятности может вытащить лимонная карамель.

    Никогда не знаешь, из какой неприятности может вытащить лимонная карамель.

    — Тень ветра · книга
13. «

    Вино превращает умного человека в дурака, а глупого — в мудреца.

    Вино превращает умного человека в дурака, а глупого — в мудреца.

    — Исаак Монфор · книга
14. «

    Не сомневаюсь, ты меня встретишь, и я узнаю тебя в толпе. Я узнала бы тебя и через тысячу лет. Я давно это поняла.

    Не сомневаюсь, ты меня встретишь, и я узнаю тебя в толпе. Я узнала бы тебя и через тысячу лет. Я давно это поняла.

    — Сентябрьские огни · книга
15. «

    Мудрый человек знает, как опасно будить вулкан, революции и беременных женщин.

    Мудрый человек знает, как опасно будить вулкан, революции и беременных женщин.

    — Лабиринт призраков · книга
16. «

    Брак и семья будут тем, что мы сами из них сделаем. А без этого они превращаются в хлев, полный лицемерия. Хлам и пустое словоблудие, ничего более. Но если есть истинная любовь, не та, о какой кричат на всех углах, а любовь, которую надо уметь доказывать и проявлять…

    Брак и семья будут тем, что мы сами из них сделаем. А без этого они превращаются в хлев, полный лицемерия. Хлам и пустое словоблудие, ничего более. Но если есть истинная любовь, не та, о какой кричат на всех углах, а любовь, которую надо уметь доказывать и проявлять…

    — Фермин Ромеро де Торрес · книга
17. «

    Сердце женщины — как лабиринт изысканных ощущений, бросающий вызов примитивному разуму прохвоста-мужчины. Если вы действительно желаете обладать женщиной, вы должны думать как она, и в первую очередь стараться покорить её душу. Ну а все остальное, эта мягкая сладкая оболочка, лишающая нас рассудка и добродетели, приложится само собой.

    Сердце женщины — как лабиринт изысканных ощущений, бросающий вызов примитивному разуму прохвоста-мужчины. Если вы действительно желаете обладать женщиной, вы должны думать как она, и в первую очередь стараться покорить её душу. Ну а все остальное, эта мягкая сладкая оболочка, лишающая нас рассудка и добродетели, приложится само собой.

    — Фермин Ромеро де Торрес · книга
18. «

    Всякая тайна стоит ровно столько, сколько тот, от кого мы ее скрываем.

    Всякая тайна стоит ровно столько, сколько тот, от кого мы ее скрываем.

    — Даниель Семпере · книга
19. «

    Макс как-то раз прочитал в одной из отцовских книг, что некоторые детские впечатления сохраняются в альбоме подсознания как фотографии или яркие картины, которые не тускнеют от времени. Сколько бы ни прошло лет, человек возвращается к ним, перебирая в памяти как драгоценности, и помнит о них до конца дней.

    Макс как-то раз прочитал в одной из отцовских книг, что некоторые детские впечатления сохраняются в альбоме подсознания как фотографии или яркие картины, которые не тускнеют от времени. Сколько бы ни прошло лет, человек возвращается к ним, перебирая в памяти как драгоценности, и помнит о них до конца дней.

    — Макс · книга
20. «

    Пресса, этот хищный стервятник, процветающий за счет человеческих несчастий и позора...

    Пресса, этот хищный стервятник, процветающий за счет человеческих несчастий и позора...

    — Тень ветра · книга