Подборка: 407 цитат Кассандры Клэра

Кассандра Клэр — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 407 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   – Патриот из тебя так себе, – заметила Тесса. – Разве не ты только что предавался воспоминаниям об уэльских горах? – Патриот?! – Уилл брезгливо поморщился. – Знаешь, что такое истинный патриотизм? В память о родине я наколол уэльского дракона прямо у себя на… – Сегодня ты просто в ударе, не так ли, Уильям?! – перебил Джем, хотя тот и не собирался заканчивать фразу.

   – Патриот из тебя так себе, – заметила Тесса. – Разве не ты только что предавался воспоминаниям об уэльских горах? – Патриот?! – Уилл брезгливо поморщился. – Знаешь, что такое истинный патриотизм? В память о родине я наколол уэльского дракона прямо у себя на… – Сегодня ты просто в ударе, не так ли, Уильям?! – перебил Джем, хотя тот и не собирался заканчивать фразу.

   — Тесса Грей · книга
2. «

   Это не плохая жизнь. Она не будет длиться вечно, как и ничто на этом свете. В конце концов, на рассвете они все станут, как Алфи, плакать на диване и сожалеть обо всем. Вот, почему Магнус держался в стороне от такого рода проблем. Продолжал двигаться. Продолжал танцевать.

   Это не плохая жизнь. Она не будет длиться вечно, как и ничто на этом свете. В конце концов, на рассвете они все станут, как Алфи, плакать на диване и сожалеть обо всем. Вот, почему Магнус держался в стороне от такого рода проблем. Продолжал двигаться. Продолжал танцевать.

   — Расцвет отеля Дюморт · книга
3. «

   — Он доводится кузеном кое-кому из друзей Лайтвудов. Себастьян хороший и милый. — Милый? Фи, как слабо! Он роскошен! — Магнус мечтательно уставился на Себастьяна. — Оставь его мне. Будет вешалкой для шляп и прочего.

   — Он доводится кузеном кое-кому из друзей Лайтвудов. Себастьян хороший и милый. — Милый? Фи, как слабо! Он роскошен! — Магнус мечтательно уставился на Себастьяна. — Оставь его мне. Будет вешалкой для шляп и прочего.

   — Клэри Фрэй · книга
4. «

   Он укорил себя за плохое знание шведского — мог бы добавить еще какую-нибудь остроту. В его словаре было несколько хлестких фраз на всех языках, но на шведском он знал только «Вы подаете еще что-нибудь, кроме соленой рыбы?» и «Если ты укутаешь меня в меха, я буду твоим маленьким пушистым медвежонком».

   Он укорил себя за плохое знание шведского — мог бы добавить еще какую-нибудь остроту. В его словаре было несколько хлестких фраз на всех языках, но на шведском он знал только «Вы подаете еще что-нибудь, кроме соленой рыбы?» и «Если ты укутаешь меня в меха, я буду твоим маленьким пушистым медвежонком».

   — Королева-беглянка · книга
5. «

   — И всё же наступит день, когда, оглянувшись назад, ты поймёшь, как я была права. — Нет, однажды наступит день, когда я, оглянувшись назад, врежусь в дерево из-за того, что не смотрел на дорогу. Думаю, при всём при том, тот день всё равно будет куда лучше этого.

   — И всё же наступит день, когда, оглянувшись назад, ты поймёшь, как я была права. — Нет, однажды наступит день, когда я, оглянувшись назад, врежусь в дерево из-за того, что не смотрел на дорогу. Думаю, при всём при том, тот день всё равно будет куда лучше этого.

   — Драко · книга
6. «

   — О, Боже, — сказала Тесса. — Вот такой эффект я произвожу на женщин, — сказал Уилл. — Вероятно, я должен был предупредить тебя, прежде чем ты согласилась выйти за меня замуж. — Я все еще могу передумать, — ответила Тесса сладким голоском. — Не смей, — начал он наполовину задыхаясь от смеха.

   — О, Боже, — сказала Тесса. — Вот такой эффект я произвожу на женщин, — сказал Уилл. — Вероятно, я должен был предупредить тебя, прежде чем ты согласилась выйти за меня замуж. — Я все еще могу передумать, — ответила Тесса сладким голоском. — Не смей, — начал он наполовину задыхаясь от смеха.

   — Механическая принцесса · книга
7. «

   Каждый раз, когда ты чуть не умираешь, я чуть не умираю сам.

   Каждый раз, когда ты чуть не умираешь, я чуть не умираю сам.

   — Джейс Эрондейл · книга
8. «

   Мы брат и сестра. Ты мой родич, моя кровь. Я, по идее, должен защищать тебя. — Джейс беззвучно и невесело рассмеялся. — Защищать от парней, подкатывающих к тебе с дурными намерениями, с какими я сам не прочь к тебе подкатить.

   Мы брат и сестра. Ты мой родич, моя кровь. Я, по идее, должен защищать тебя. — Джейс беззвучно и невесело рассмеялся. — Защищать от парней, подкатывающих к тебе с дурными намерениями, с какими я сам не прочь к тебе подкатить.

   — Джейс Вейланд · книга
9. «

   Ты бы сделала все, чтобы спасти его, независимо от того, чего тебе это будет стоить, независимо от того, что ты можешь задолжать Аду или Небесам, не правда ли?

   Ты бы сделала все, чтобы спасти его, независимо от того, чего тебе это будет стоить, независимо от того, что ты можешь задолжать Аду или Небесам, не правда ли?

   — Город потерянных душ · книга
10. «

    Я люблю тебя и буду любить до самой смерти. И после, если есть жизнь после смерти.

    Я люблю тебя и буду любить до самой смерти. И после, если есть жизнь после смерти.

    — Джейс Вейланд · книга
11. «

    Для Себастьяна никогда не существовало даже тени шанса на искупление. Но снам это не мешает, разве не так? Во сне я до сих пор иногда вижу брата, который мог бы у меня быть в каком-нибудь другом мире. И у него зеленые глаза. И ты, наверное, видишь Малкольма, которого считала другом. Когда люди умирают, с ними умирают и наши сны о том, кем они могли бы быть… Даже если их кровь – на наших руках.

    Для Себастьяна никогда не существовало даже тени шанса на искупление. Но снам это не мешает, разве не так? Во сне я до сих пор иногда вижу брата, который мог бы у меня быть в каком-нибудь другом мире. И у него зеленые глаза. И ты, наверное, видишь Малкольма, которого считала другом. Когда люди умирают, с ними умирают и наши сны о том, кем они могли бы быть… Даже если их кровь – на наших руках.

    — Тёмные искусства · книга
12. «

    Как можно быть таким уверенным, что это любовь, если они только-только начали встречаться. «Разве ты не видишь? – ответил тогда Валентин. – В ней больше Ангельского, чем во всех остальных вместе взятых. В ней есть величие. Она сияет как сам Разиэль».

    Как можно быть таким уверенным, что это любовь, если они только-только начали встречаться. «Разве ты не видишь? – ответил тогда Валентин. – В ней больше Ангельского, чем во всех остальных вместе взятых. В ней есть величие. Она сияет как сам Разиэль».

    — Город небесного огня · книга
13. «

    У нежити есть душа, и каждая душа имеет ценность для вселенской материи.

    У нежити есть душа, и каждая душа имеет ценность для вселенской материи.

    — Клэри Фрэй · книга
14. «

    Джейс Лайтвуд, которого я знала, не смог бы находиться в одной комнате с Джонатаном Моргенштерном. Он убил бы его.

    Джейс Лайтвуд, которого я знала, не смог бы находиться в одной комнате с Джонатаном Моргенштерном. Он убил бы его.

    — Клэри · книга
15. «

    В жизни есть большее, чем многие люди когда-либо узнают, есть безграничная любовь, которую можно найти, и время, чтобы открыть ее.

    В жизни есть большее, чем многие люди когда-либо узнают, есть безграничная любовь, которую можно найти, и время, чтобы открыть ее.

    — Хроники Академии Сумеречных охотников · книга
16. «

    Врать самому себе — слабость.

    Врать самому себе — слабость.

    — Драко · книга
17. «

    Я знаю, что это смешно. Но когда ты была влюблена в Марка, в двенадцать лет, это был первый раз, когда я испытал ревность. Это бессмысленно, я знаю, но вещи, которых мы больше всего боимся... не можем заставить себя отмахнутся от них. Если ты и Марк когда-нибудь... Я не думаю, что смог бы пережить это.

    Я знаю, что это смешно. Но когда ты была влюблена в Марка, в двенадцать лет, это был первый раз, когда я испытал ревность. Это бессмысленно, я знаю, но вещи, которых мы больше всего боимся... не можем заставить себя отмахнутся от них. Если ты и Марк когда-нибудь... Я не думаю, что смог бы пережить это.

    — Джулиан Блэкторн · книга
18. «

    Вы, чертовы гриффиндорцы, живете на самой поверхности, вас убивает и доводит до нервного срыва любой булавочный укол, малейшее разочарование. Вы в жизни не пытались научиться просто проглатывать это — даже когда это душащий вас яд. И то, что я научился это делать, что я не закатываю истерик над каждым чертовым обрывком бумаги, — для вас это знак того, что меня ничего не волнует. Вы думаете, что можете толкать и толкать меня, толкать и толкать — и я не сломаюсь?..

    Вы, чертовы гриффиндорцы, живете на самой поверхности, вас убивает и доводит до нервного срыва любой булавочный укол, малейшее разочарование. Вы в жизни не пытались научиться просто проглатывать это — даже когда это душащий вас яд. И то, что я научился это делать, что я не закатываю истерик над каждым чертовым обрывком бумаги, — для вас это знак того, что меня ничего не волнует. Вы думаете, что можете толкать и толкать меня, толкать и толкать — и я не сломаюсь?..

    — Драко · книга
19. «

    — Отойдите, примитивные! — Джейс деликатно отстранил Клэри, извлек из кармана стило и подошел к двери. Саймон смотрел на молодого человека с отвращением — даже самые горячие вампирши не заставят его подружиться с таким типом! — Редкий кадр, — шепнул Саймон Клэри. — Как ты его терпишь? — Он спас мне жизнь.

    — Отойдите, примитивные! — Джейс деликатно отстранил Клэри, извлек из кармана стило и подошел к двери. Саймон смотрел на молодого человека с отвращением — даже самые горячие вампирши не заставят его подружиться с таким типом! — Редкий кадр, — шепнул Саймон Клэри. — Как ты его терпишь? — Он спас мне жизнь.

    — Саймон Льюис · книга
20. «

    Некоторыми секретами, подумала она, лучше поделиться; а о некоторых лучше промолчать, неся, как тяжкое бремя, чтобы они не могли причинить боль другим.

    Некоторыми секретами, подумала она, лучше поделиться; а о некоторых лучше промолчать, неся, как тяжкое бремя, чтобы они не могли причинить боль другим.

    — Тесса Грей · книга