Что говорил Константин Симонов: 103 цитаты

Подборка из 103 цитаты Константина Симонова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Желтый лист над палаткой моей пролетел, Жаль всего, что ушло и уходит от нас. Жаль, что дождь и что осенью жизнь без прикрас, Жаль тех книг — я прочесть их когда-то хотел.

   Желтый лист над палаткой моей пролетел, Жаль всего, что ушло и уходит от нас. Жаль, что дождь и что осенью жизнь без прикрас, Жаль тех книг — я прочесть их когда-то хотел.
2. «

   Далеко ушли едва ли Мы от тех, что попирали Пяткой ледниковые холмы. Был уже тогда такой закон. Как у нас — все шито-крыто, Жулики и фавориты Ели из казенного корыта.

   Далеко ушли едва ли Мы от тех, что попирали Пяткой ледниковые холмы. Был уже тогда такой закон. Как у нас — все шито-крыто, Жулики и фавориты Ели из казенного корыта.
3. «

   Быть счастливым не моя специальность.

   Быть счастливым не моя специальность.

   — Лопатин · книга
4. «

   Стекло тысячеверстной толщины Разлука вставила в окно твоей квартиры, И я смотрю, как из другого мира, Мне голоса в ней больше не слышны.

   Стекло тысячеверстной толщины Разлука вставила в окно твоей квартиры, И я смотрю, как из другого мира, Мне голоса в ней больше не слышны.
5. «

   Плюшевые волки, Зайцы, погремушки. Детям дарят с ёлки Детские игрушки.

   Плюшевые волки, Зайцы, погремушки. Детям дарят с ёлки Детские игрушки.
6. «

   Если дорог тебе твой дом, Где ты русским выкормлен был, Под бревенчатым потолком, Где ты, в люльке качаясь, плыл; Если дороги в доме том Тебе стены, печь и углы, Дедом, прадедом и отцом В нем исхоженные полы;

   Если дорог тебе твой дом, Где ты русским выкормлен был, Под бревенчатым потолком, Где ты, в люльке качаясь, плыл; Если дороги в доме том Тебе стены, печь и углы, Дедом, прадедом и отцом В нем исхоженные полы;
7. «

   Кто в будущее двинулся, держись, Взад и вперед, Взад и вперед до пота. Порой подумаешь: Вся наша жизнь Сплошная ледокольная работа.

   Кто в будущее двинулся, держись, Взад и вперед, Взад и вперед до пота. Порой подумаешь: Вся наша жизнь Сплошная ледокольная работа.
8. «

   Наверно, в космосе есть тоже Непрекращаемость атак. Все остальное — непохоже, А это — так. Наверно, так...

   Наверно, в космосе есть тоже Непрекращаемость атак. Все остальное — непохоже, А это — так. Наверно, так...
9. «

   А. — Я был богатым, как раджа. Б. — А я был беден. ВМЕСТЕ. — Но на тот свет без багажа Мы оба едем.

   А. — Я был богатым, как раджа. Б. — А я был беден. ВМЕСТЕ. — Но на тот свет без багажа Мы оба едем.
10. «

    Забыли мы обо всем. Живем, как зимой медведи, Лапы сосем.

    Забыли мы обо всем. Живем, как зимой медведи, Лапы сосем.
11. «

    Касаясь трех великих океанов, Она лежит, раскинув города, Покрыта сеткою меридианов, Непобедима, широка, горда.

    Касаясь трех великих океанов, Она лежит, раскинув города, Покрыта сеткою меридианов, Непобедима, широка, горда.
12. «

    Я, верно, был упрямей всех, Не слушал клеветы И не считал по пальцам тех, Кто звал тебя на «ты».

    Я, верно, был упрямей всех, Не слушал клеветы И не считал по пальцам тех, Кто звал тебя на «ты».
13. «

    Мальчишка плачет, если он побит, Он маленький, он слез еще не прячет. Большой мужчина плачет от обид. Не дай вам бог увидеть, как он плачет.

    Мальчишка плачет, если он побит, Он маленький, он слез еще не прячет. Большой мужчина плачет от обид. Не дай вам бог увидеть, как он плачет.

    — Первая любовь · книга
14. «

    Но, боже мой, как долго ждать свиданья, Как трудно молчаливому тому, Кто через двадцать лет свои страданья Расскажет вслух себе же самому!

    Но, боже мой, как долго ждать свиданья, Как трудно молчаливому тому, Кто через двадцать лет свои страданья Расскажет вслух себе же самому!

    — Первая любовь · книга
15. «

    Юность стиха — как любви пора, Как усы у мальчика над губой; Вдруг огонь и земля, волна и гора - Все разом заговорят с тобой!

    Юность стиха — как любви пора, Как усы у мальчика над губой; Вдруг огонь и земля, волна и гора - Все разом заговорят с тобой!
16. «

    «Что ты затосковал?» — «Да так... Вот фотография прибита косо. Дождь на дворе, Забыл купить табак, Обшарил стол — нигде ни папиросы. Ни день, ни ночь - Какой-то средний час. И скучно, и не знаешь, что такое...» — «Ну что ж, тоскуй. На этот раз Ты пойман настоящею тоскою...»

    «Что ты затосковал?» — «Да так... Вот фотография прибита косо. Дождь на дворе, Забыл купить табак, Обшарил стол — нигде ни папиросы. Ни день, ни ночь - Какой-то средний час. И скучно, и не знаешь, что такое...» — «Ну что ж, тоскуй. На этот раз Ты пойман настоящею тоскою...»
17. «

    На третий год войны, все понятия о том, что такое горе, и чем можно помочь человеку в горе, и что он должен испытывать, когда у него горе, – всё это уже давно спуталось, нарушилось, полетело к чёрту…

    На третий год войны, все понятия о том, что такое горе, и чем можно помочь человеку в горе, и что он должен испытывать, когда у него горе, – всё это уже давно спуталось, нарушилось, полетело к чёрту…

    — Солдатами не рождаются · книга
18. «

    Нам на первых порах ни часов не хватало, ни слов. Но потом нам хватало и слов, и часов, и рассудка, Чтоб свои треволненья ввести понемногу в русло. Было дела по горло. Не виделись часто по суткам, С головой уходя я в свое, ты в свое ремесло.

    Нам на первых порах ни часов не хватало, ни слов. Но потом нам хватало и слов, и часов, и рассудка, Чтоб свои треволненья ввести понемногу в русло. Было дела по горло. Не виделись часто по суткам, С головой уходя я в свое, ты в свое ремесло.
19. «

    Опять в газетах пишут о войне, Опять ругают русских и Россию.

    Опять в газетах пишут о войне, Опять ругают русских и Россию.
20. «

    Разве мы бы прощались, если б встретиться снова хотели? Ну и с богом! И с богом!... И больше об этом ни слова!

    Разве мы бы прощались, если б встретиться снова хотели? Ну и с богом! И с богом!... И больше об этом ни слова!