Корнелия Функе — 67 цитат с глубоким смыслом

Корнелия Функе — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 67 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Он один из моих лучших злодеев. С какой стати мне его убивать? В реальности так и бывает: жестокие убийцы уходят от правосудия и живут счастливо до конца своих дней, а хорошие, даже самые лучшие люди умирают. Такова жизнь. Почему в книгах должно быть по-другому?

   Он один из моих лучших злодеев. С какой стати мне его убивать? В реальности так и бывает: жестокие убийцы уходят от правосудия и живут счастливо до конца своих дней, а хорошие, даже самые лучшие люди умирают. Такова жизнь. Почему в книгах должно быть по-другому?

   — Фенолио · книга
2. «

   Почему взрослые думают, что дети лучше переносят тайны, чем правду? Разве они не знают про мрачные истории, которые плетешь себе сам, чтобы объяснить тайну?

   Почему взрослые думают, что дети лучше переносят тайны, чем правду? Разве они не знают про мрачные истории, которые плетешь себе сам, чтобы объяснить тайну?

   — Мэгги · книга
3. «

   Я люблю гулять по ночам. Это мне больше по вкусу, мир становится другим. Пустынный, тихий и таинственный.

   Я люблю гулять по ночам. Это мне больше по вкусу, мир становится другим. Пустынный, тихий и таинственный.

   — Сажерук · книга
4. «

   Секреты... Ничто так не разъедает любовь.

   Секреты... Ничто так не разъедает любовь.

   — Чернильная смерть · книга
5. «

   — Знаешь, что странно? — сказала Мегги. — Даже если бы я могла сию минуту отправиться обратно, я бы этого не сделала. Нелепость, правда? Как будто я всегда именно здесь и хотела оказаться, именно здесь. Почему? Ведь здесь ужасно! — Ужасно, но и прерасно, — сказал Фарид.

   — Знаешь, что странно? — сказала Мегги. — Даже если бы я могла сию минуту отправиться обратно, я бы этого не сделала. Нелепость, правда? Как будто я всегда именно здесь и хотела оказаться, именно здесь. Почему? Ведь здесь ужасно! — Ужасно, но и прерасно, — сказал Фарид.

   — Мегги · книга
6. «

   Иногда радует, что наша память не так хорошо хранит воспоминания, как книги. Без них мы бы вообще ничего не помнили. Забыли бы Троянскую войну, Колумба, Марко Поло, Шекспира, всех сумасшедших королей и богов.

   Иногда радует, что наша память не так хорошо хранит воспоминания, как книги. Без них мы бы вообще ничего не помнили. Забыли бы Троянскую войну, Колумба, Марко Поло, Шекспира, всех сумасшедших королей и богов.

   — Элинор · книга
7. «

   Время тянулось очень медленно, как бывает всякий раз, когда, затаив дыхание, чего-то ждёшь.

   Время тянулось очень медленно, как бывает всякий раз, когда, затаив дыхание, чего-то ждёшь.

   — Чернильное сердце · книга
8. «

   Книги подобны липучке. Ничто не сохраняет наши воспоминания лучше книжных страниц.

   Книги подобны липучке. Ничто не сохраняет наши воспоминания лучше книжных страниц.

   — Чернильное сердце · книга
9. «

   Сердце слабо и переменчиво, ему подавай одну любовь, и нет ничего вреднее, чем идти у него на поводу. Повиноваться нужно разуму. Он утешает глупости сердца, смеется над любовью, называет её капризом природы, увядающим быстро, как цветок.

   Сердце слабо и переменчиво, ему подавай одну любовь, и нет ничего вреднее, чем идти у него на поводу. Повиноваться нужно разуму. Он утешает глупости сердца, смеется над любовью, называет её капризом природы, увядающим быстро, как цветок.

   — Чернильная смерть · книга
10. «

    — Завтра! Завтра я тебе кое-что подарю. Это будет сюрприз. — Сюрприз? — Офелия всматривалась в мамино бледное лицо. – Да. – Это книга? – спросила Офелия. – Книга? – Мама тихонько засмеялась. – Не книга, нет. Гораздо лучше! Офелия не стала напоминать, что для неё ничего не может быть лучше книги. Мама не поймёт. Она не ищет в книгах убежища, не переносится в другой, волшебный мир. Она видит только этот мир, да и то не всегда, подумала Офелия. Мама накрепко привязана к земле, оттого она такая грустная. Книги могли бы ей многое рассказать о мире, о дальних странах, о зверях и растениях, о звёздах! Книжные страницы могут стать открытыми окнами и дверями, на бумажных крыльях можно улететь прочь. Может быть, мама просто разучилась летать. А может, никогда не умела.

    — Завтра! Завтра я тебе кое-что подарю. Это будет сюрприз. — Сюрприз? — Офелия всматривалась в мамино бледное лицо. – Да. – Это книга? – спросила Офелия. – Книга? – Мама тихонько засмеялась. – Не книга, нет. Гораздо лучше! Офелия не стала напоминать, что для неё ничего не может быть лучше книги. Мама не поймёт. Она не ищет в книгах убежища, не переносится в другой, волшебный мир. Она видит только этот мир, да и то не всегда, подумала Офелия. Мама накрепко привязана к земле, оттого она такая грустная. Книги могли бы ей многое рассказать о мире, о дальних странах, о зверях и растениях, о звёздах! Книжные страницы могут стать открытыми окнами и дверями, на бумажных крыльях можно улететь прочь. Может быть, мама просто разучилась летать. А может, никогда не умела.

    — Гильермо дель Торо · книга
11. «

    У библиотек всегда нет денег.

    У библиотек всегда нет денег.

    — Чернильное сердце · книга
12. «

    Такое часто бывает — нелегко что-нибудь найти, но ещё труднее не испугаться того, что найдено.

    Такое часто бывает — нелегко что-нибудь найти, но ещё труднее не испугаться того, что найдено.

    — Гильермо дель Торо · книга
13. «

    Встряхни меня! Ударь меня! Накажи меня! — говорит его взгляд. — Или возьми на руки. Мне страшно.

    Встряхни меня! Ударь меня! Накажи меня! — говорит его взгляд. — Или возьми на руки. Мне страшно.

    — Чернильная смерть · книга
14. «

    Все мы лжецы, когда нам есть от этого польза.

    Все мы лжецы, когда нам есть от этого польза.

    — Чернильное сердце · книга
15. «

    Наверное, любить детей люди учатся у своих родителей. Если это правда, неудивительно, что у дочери Змееглава это плохо получалось.

    Наверное, любить детей люди учатся у своих родителей. Если это правда, неудивительно, что у дочери Змееглава это плохо получалось.

    — Мортимер Фолчарт · книга
16. «

    Пусть остров Тайн хранит свои тайны.

    Пусть остров Тайн хранит свои тайны.

    — Ида · книга
17. «

    Каждая придуманная история может стать реальностью...

    Каждая придуманная история может стать реальностью...

    — Чернильное сердце · книга
18. «

    Когда боишься ада, а рай надо заслужить, время течет очень медленно…

    Когда боишься ада, а рай надо заслужить, время течет очень медленно…

    — Рыцарь – призрак · книга
19. «

    Много веков назад переплёты для особенно ценных книг делали из кожи неродившихся телят: Charta virginia non natal — красивое название для ужасной вещи. — И в этих книгах, — говорил Мо, — было много мудрых слов о любви и доброте.

    Много веков назад переплёты для особенно ценных книг делали из кожи неродившихся телят: Charta virginia non natal — красивое название для ужасной вещи. — И в этих книгах, — говорил Мо, — было много мудрых слов о любви и доброте.

    — Мортимер Фолчарт · книга
20. «

    Фея только улыбнулась, и Хентцау почувствовал, как у него сердце заходится от ненависти и страха.

    Фея только улыбнулась, и Хентцау почувствовал, как у него сердце заходится от ненависти и страха.

    — Бесшабашный · книга