Топ-35 цитат Лэйни Тейлора

Подборка из 35 цитат Лэйни Тейлора: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   До чего же люди любят смотреть, как рушится чужая мечта. Какое наслаждение видеть мечтателя хромающим и искалеченным, угасающим в осколках своих разбитых надежд.

   До чего же люди любят смотреть, как рушится чужая мечта. Какое наслаждение видеть мечтателя хромающим и искалеченным, угасающим в осколках своих разбитых надежд.

   — Нова · книга
2. «

   – Я не боюсь тебя. – Я боюсь себя.

   – Я не боюсь тебя. – Я боюсь себя.

   — Лазло Стрэндж · книга
3. «

   Я не сон. Я – кошмар.

   Я не сон. Я – кошмар.

   — Сарай · книга
4. «

   Вот в чем проклятие грез: после них ты просыпаешься в блеклой реальности, без крыльев на плечах и без богини в объятиях.

   Вот в чем проклятие грез: после них ты просыпаешься в блеклой реальности, без крыльев на плечах и без богини в объятиях.

   — Мечтатель Стрэндж · книга
5. «

   Она почувствовала себя воздухом, который вдохнули во тьму, лишь чтобы выдохнуть как песню. Она мертва, но она – музыка. Она спасена и легкомысленна.

   Она почувствовала себя воздухом, который вдохнули во тьму, лишь чтобы выдохнуть как песню. Она мертва, но она – музыка. Она спасена и легкомысленна.

   — Муза ночных кошмаров · книга
6. «

   Морщинки должны появляться от прищуренных взглядов на горизонт, а не от чтения при тусклом свете.

   Морщинки должны появляться от прищуренных взглядов на горизонт, а не от чтения при тусклом свете.

   — мастер Гирроккин · книга
7. «

   Думаешь, хорошие люди не могут ненавидеть? Думаешь, хорошие люди не убивают? Хорошие люди делают то же, что и плохие. Просто они называют это правосудием.

   Думаешь, хорошие люди не могут ненавидеть? Думаешь, хорошие люди не убивают? Хорошие люди делают то же, что и плохие. Просто они называют это правосудием.

   — Сарай · книга
8. «

   Воля Миньи была клинком, выкованным криками двух десятков умирающих младенцев – выкованным криками и закаленным кровью, как раскаленный меч, который с шипением окунули в воду.

   Воля Миньи была клинком, выкованным криками двух десятков умирающих младенцев – выкованным криками и закаленным кровью, как раскаленный меч, который с шипением окунули в воду.

   — Муза ночных кошмаров · книга
9. «

   Есть гости, для которых честь, что их пригласили, а есть те, которые верят, что это они оказывают честь, предоставив согласие.

   Есть гости, для которых честь, что их пригласили, а есть те, которые верят, что это они оказывают честь, предоставив согласие.

   — Каликста Дагаз · книга
10. «

    У человека должен быть камень вместо души, чтоб ненавидеть немецких овчарок.

    У человека должен быть камень вместо души, чтоб ненавидеть немецких овчарок.

    — Сусанна · книга
11. «

    Мечты не сбываются так просто. Они лишь мишень, которую ты рисуешь вокруг своих желаний. Но в цель нужно попасть самой.

    Мечты не сбываются так просто. Они лишь мишень, которую ты рисуешь вокруг своих желаний. Но в цель нужно попасть самой.

    — Сухейла · книга
12. «

    «Отмщение» нужно произносить сквозь стиснутые зубы, брызгая слюной, когда струны души настолько опутаны жаждой мести, что уже не могут ее отпустить, даже при желании. Если ее жаждут – действительно жаждут, – то говорят это слово так, словно оно бьющееся сердце, сжатое в кулаке, и по руке течет кровь, капая с локтя, но отпустить его невозможно.

    «Отмщение» нужно произносить сквозь стиснутые зубы, брызгая слюной, когда струны души настолько опутаны жаждой мести, что уже не могут ее отпустить, даже при желании. Если ее жаждут – действительно жаждут, – то говорят это слово так, словно оно бьющееся сердце, сжатое в кулаке, и по руке течет кровь, капая с локтя, но отпустить его невозможно.

    — Мечтатель Стрэндж · книга
13. «

    Однажды жила-была тишина, которая мечтала стать песней, а затем я встретил тебя, и теперь все вокруг – музыка.

    Однажды жила-была тишина, которая мечтала стать песней, а затем я встретил тебя, и теперь все вокруг – музыка.

    — Муза ночных кошмаров · книга
14. «

    Яд — для трусов. Враги должны истекать кровью.

    Яд — для трусов. Враги должны истекать кровью.

    — Иаил · книга
15. «

    Никогда не отказывайся от своей доброты, дитя. Оставайся сама собой, столкнувшись лицом к лицу со злом — это проявление силы.

    Никогда не отказывайся от своей доброты, дитя. Оставайся сама собой, столкнувшись лицом к лицу со злом — это проявление силы.

    — Дочь дыма и костей · книга
16. «

    Для монстров нормально не считать себя таковыми.

    Для монстров нормально не считать себя таковыми.

    — Айзиль · книга
17. «

    Когда Минья побеждала в войне — а Минья всегда побеждала в войне, — то переворачивала игральную доску, чтобы все фигурки разлетались в разные стороны, и проигравшему приходилось ползать на четвереньках, собирая их. Для неё было важно, чтобы проигравшие поняли своё положение; иногда эту мысль приходилось доносить до соперника.

    Когда Минья побеждала в войне — а Минья всегда побеждала в войне, — то переворачивала игральную доску, чтобы все фигурки разлетались в разные стороны, и проигравшему приходилось ползать на четвереньках, собирая их. Для неё было важно, чтобы проигравшие поняли своё положение; иногда эту мысль приходилось доносить до соперника.

    — Муза ночных кошмаров · книга
18. «

    Минью можно было охарактеризовать по-разному: извращенная, капризная, самая упрямая из них. Она как дикое животное – то тихое, то рычащее, всегда немытое и с поразительной нехваткой сопереживания, присущей убийцам и маленьким детям. Все попытки воспитать ее встречали твердую непокорность. У нее был иммунитет к восхвалениям, доводам и стыду, что означало, что ее нельзя обольстить или убедить, а еще она была хитрой, из-за чего ее оказалось трудно обмануть. Минья была неуправляема, безукоризненно эгоистична, обидчива и коварна. Но какой она уж точно никогда не была, так это услужливой.

    Минью можно было охарактеризовать по-разному: извращенная, капризная, самая упрямая из них. Она как дикое животное – то тихое, то рычащее, всегда немытое и с поразительной нехваткой сопереживания, присущей убийцам и маленьким детям. Все попытки воспитать ее встречали твердую непокорность. У нее был иммунитет к восхвалениям, доводам и стыду, что означало, что ее нельзя обольстить или убедить, а еще она была хитрой, из-за чего ее оказалось трудно обмануть. Минья была неуправляема, безукоризненно эгоистична, обидчива и коварна. Но какой она уж точно никогда не была, так это услужливой.

    — Мечтатель Стрэндж · книга
19. «

    Божественность, в силу своего великого могущества, должна быть как красивой, так и ужасной.

    Божественность, в силу своего великого могущества, должна быть как красивой, так и ужасной.

    — Эрил-Фейн · книга
20. «

    Какой смысл в старости, если не можешь смущать молодых?

    Какой смысл в старости, если не можешь смущать молодых?

    — мастер Гирроккин · книга