17 цитат Луиса Си Кея, проверенных временем

Подборка из 17 цитат Луиса Си Кея: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Люди так хотят подсмотреть за чужой жизнью и этим подвергают риску жизнь собственную, потому что они ни на секунду не хотят оставаться наедине с собой, считая, будто это очень трудно.

   Люди так хотят подсмотреть за чужой жизнью и этим подвергают риску жизнь собственную, потому что они ни на секунду не хотят оставаться наедине с собой, считая, будто это очень трудно.
2. «

   Типа всех интересует чужая жизнь, хотя им насрать, в принципе.

   Типа всех интересует чужая жизнь, хотя им насрать, в принципе.
3. «

   Я считаю, что жизнь не так уж и важна. <...> Жизнь неплоха. Она мне нравится. Но она не нужна. Обошёлся бы и без неё. Насколько она мне нравится? Я ни разу не покончил с собой. Ровно настолько она мне нравится.

   Я считаю, что жизнь не так уж и важна. <...> Жизнь неплоха. Она мне нравится. Но она не нужна. Обошёлся бы и без неё. Насколько она мне нравится? Я ни разу не покончил с собой. Ровно настолько она мне нравится.
4. «

   Америка одержима проблемами белых людей. Это когда твоя жизнь прекрасна, но ты намеренно ее портишь, чтобы было о чем погрустить.

   Америка одержима проблемами белых людей. Это когда твоя жизнь прекрасна, но ты намеренно ее портишь, чтобы было о чем погрустить.
5. «

   Мне нравится Нью-Йорк. Это один из тех городов, где ты можешь услышать: «Эй, это мое. Не ссы на это!»

   Мне нравится Нью-Йорк. Это один из тех городов, где ты можешь услышать: «Эй, это мое. Не ссы на это!»
6. «

   В 12 лет я понял, что девочки — это лучшее, что есть в мире. И я приглашал их на свидания. Я подходил и звал на свидания. Я не боялся. <...> Тогда было не принято приглашать на свидание. Была система! Дочки сказали мне, что в средней школе всё по-прежнему. Вот как устроено: мальчик просит своего друга спросить у её подруги, чтобы ты спросила у девочки, что та ответила бы, если бы он пригласил её. Откуда дети владеют этим... этикетом эпохи Елизаветы? 12-летний мальчик: «Будь добр, выясни у подруги любезной... Ежели я попрошу её компании, каков был бы её ответ?»

   В 12 лет я понял, что девочки — это лучшее, что есть в мире. И я приглашал их на свидания. Я подходил и звал на свидания. Я не боялся. <...> Тогда было не принято приглашать на свидание. Была система! Дочки сказали мне, что в средней школе всё по-прежнему. Вот как устроено: мальчик просит своего друга спросить у её подруги, чтобы ты спросила у девочки, что та ответила бы, если бы он пригласил её. Откуда дети владеют этим... этикетом эпохи Елизаветы? 12-летний мальчик: «Будь добр, выясни у подруги любезной... Ежели я попрошу её компании, каков был бы её ответ?»
7. «

   Оставь чувака в покое, и он сам разберется, что к чему.

   Оставь чувака в покое, и он сам разберется, что к чему.
8. «

   Я люблю своих детей, вопросов нет, но моя жизнь — просто отстой. Всё именно так, если ты — родитель! Удовольствий в жизни больше нет! Тебя никто больше не трахнет, эта веселуха закончилась для тебя! Вы не можете спать, вы не спите, вы не можете есть. Вы больше не едите завтраки как люди, вы едите быстро, стоя возле раковины на кухне, какие-нибудь макароны с сыром, которые не понравились дочери. И она вам сразу же: «Жри быстрее!» «Да я тут просто пытаюсь...» Ты больше не веселишься. Друзья-холостяки спрашивают: «Ну чё, видел новый фильм?» «Нет, блядь, я не видел новый фильм!» Ты даже не можешь насладиться тем, что ты отец, ведь чем там гордиться? Мы все отстойные родители! Все совершают огромные ошибки. А потом говорят: «Ой! Вот это я лажанулся! Ничего не поделаешь».

   Я люблю своих детей, вопросов нет, но моя жизнь — просто отстой. Всё именно так, если ты — родитель! Удовольствий в жизни больше нет! Тебя никто больше не трахнет, эта веселуха закончилась для тебя! Вы не можете спать, вы не спите, вы не можете есть. Вы больше не едите завтраки как люди, вы едите быстро, стоя возле раковины на кухне, какие-нибудь макароны с сыром, которые не понравились дочери. И она вам сразу же: «Жри быстрее!» «Да я тут просто пытаюсь...» Ты больше не веселишься. Друзья-холостяки спрашивают: «Ну чё, видел новый фильм?» «Нет, блядь, я не видел новый фильм!» Ты даже не можешь насладиться тем, что ты отец, ведь чем там гордиться? Мы все отстойные родители! Все совершают огромные ошибки. А потом говорят: «Ой! Вот это я лажанулся! Ничего не поделаешь».
9. «

   Признаться в том, насколько всё плохо, и посмеяться над этим — прекрасный опыт. Это лекарство.

   Признаться в том, насколько всё плохо, и посмеяться над этим — прекрасный опыт. Это лекарство.
10. «

    Жизнь любого живого существа обычно заканчивается, когда его съедают. Любого — но не человека. Мы единственные, кто может себе позволить умереть в постели от старости.

    Жизнь любого живого существа обычно заканчивается, когда его съедают. Любого — но не человека. Мы единственные, кто может себе позволить умереть в постели от старости.
11. «

    Женщина, которая соглашается пойти на свидание, точно сумасшедшая, хотя род человеческий напрямую зависит от этого её решения. Я до сих пор удивляюсь, как женщины ходят на свидания с мужчинами, хотя для женщины, пожалуй, нет более страшной угрозы, чем мужик.

    Женщина, которая соглашается пойти на свидание, точно сумасшедшая, хотя род человеческий напрямую зависит от этого её решения. Я до сих пор удивляюсь, как женщины ходят на свидания с мужчинами, хотя для женщины, пожалуй, нет более страшной угрозы, чем мужик.
12. «

    Больше всего на свете ненавижу надевать носки. Даже если одна моя бабушка убьет другую мою бабушку, худшим моментом этого дня всё равно будет тот, когда я надевал носки.

    Больше всего на свете ненавижу надевать носки. Даже если одна моя бабушка убьет другую мою бабушку, худшим моментом этого дня всё равно будет тот, когда я надевал носки.
13. «

    Брак — важное дело. <...> Но у всех свою говно. Это и значит быть с кем-то. Разумеется, станет дерьмово. Это часть процесса. Это всё равно что пойти на ужастик и на первой минуте ты: «Думаю, с ними всё будет хорошо!» Нет, они все погибнут. А вы возненавидите того, кого сейчас любите. Так всё и устроено: любовь + время — расстояние = ненависть.

    Брак — важное дело. <...> Но у всех свою говно. Это и значит быть с кем-то. Разумеется, станет дерьмово. Это часть процесса. Это всё равно что пойти на ужастик и на первой минуте ты: «Думаю, с ними всё будет хорошо!» Нет, они все погибнут. А вы возненавидите того, кого сейчас любите. Так всё и устроено: любовь + время — расстояние = ненависть.
14. «

    И всякий раз, когда я вижу солдата в самолёте, я думаю: я должен отдать ему своё место (место в бизнес-классе). Это было бы правильно, это очень легко сделать, и для него это очень много значило. Я могу подойти к нему и сказать: «Сынок, иди и займи моё место». Ведь почему я в первом классе, благодаря тому, что я профессиональный говнюк. <...> Вот как я получил это место, а этот человек отдаёт свою жизнь ради страны, ну как он сам думает. И он... но этого достаточно, этого достаточно, факт того, что он сам так думает, я серьёзно, да бля ему все в жизни говорят, что так нужно делать, и он это делает, это страшно, но он это делает. И он сидит на этом месте, и мне стоит с ним поменяться.

    И всякий раз, когда я вижу солдата в самолёте, я думаю: я должен отдать ему своё место (место в бизнес-классе). Это было бы правильно, это очень легко сделать, и для него это очень много значило. Я могу подойти к нему и сказать: «Сынок, иди и займи моё место». Ведь почему я в первом классе, благодаря тому, что я профессиональный говнюк. <...> Вот как я получил это место, а этот человек отдаёт свою жизнь ради страны, ну как он сам думает. И он... но этого достаточно, этого достаточно, факт того, что он сам так думает, я серьёзно, да бля ему все в жизни говорят, что так нужно делать, и он это делает, это страшно, но он это делает. И он сидит на этом месте, и мне стоит с ним поменяться.
15. «

    Шоу-бизнес — очень жестокая профессия. Она не прощается с тобой по-хорошему, и нет никого, кто бы подталкивал тебя вперед, — есть только ты сам. Но если ты пережил это время, оно всегда будет с тобой.

    Шоу-бизнес — очень жестокая профессия. Она не прощается с тобой по-хорошему, и нет никого, кто бы подталкивал тебя вперед, — есть только ты сам. Но если ты пережил это время, оно всегда будет с тобой.
16. «

    Я видел мужика, у которого была табличка «Посигналь, если любишь Америку». И тут я понял, что он смотрит на меня, так как я не сигналил, и он будто такой: «Бл*ть, бибикни на*уй!». Пинал мне бампер. И тут я решил, что не буду сигналить. Почему? Да пошёл он на*уй, вот почему. Он не в праве изобретать такие правила для всего перекрестка, просто потому что у него есть фломастер и нет работы. А что если я подойду к нему в майке, на которой было бы написано «Лизни мои яйца, если любишь Иисуса»? «Давай, мужик, ну же! Ты что, еврей? Лижи их!»

    Я видел мужика, у которого была табличка «Посигналь, если любишь Америку». И тут я понял, что он смотрит на меня, так как я не сигналил, и он будто такой: «Бл*ть, бибикни на*уй!». Пинал мне бампер. И тут я решил, что не буду сигналить. Почему? Да пошёл он на*уй, вот почему. Он не в праве изобретать такие правила для всего перекрестка, просто потому что у него есть фломастер и нет работы. А что если я подойду к нему в майке, на которой было бы написано «Лизни мои яйца, если любишь Иисуса»? «Давай, мужик, ну же! Ты что, еврей? Лижи их!»
17. «

    Есть у нас такой изъян, что мы все на это согласны. Женщина может попросить любого мужика на планете: «Простите, не пощупаете мои сиськи?»... и сто процентов мужиков ответят: «Да, конечно!»

    Есть у нас такой изъян, что мы все на это согласны. Женщина может попросить любого мужика на планете: «Простите, не пощупаете мои сиськи?»... и сто процентов мужиков ответят: «Да, конечно!»