33 фразы Луизы Уолтерса для статуса

Луиза Уолтерс — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 33 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Благоразумие никогда не бывает излишним.

   Благоразумие никогда не бывает излишним.

   — Дороти · книга
2. «

   Книги рассказывают немало историй, помимо тех, что напечатаны на их страницах.

   Книги рассказывают немало историй, помимо тех, что напечатаны на их страницах.

   — Филип · книга
3. «

   Нет никаких богов. Это я знаю. И смысла в этой жизни нет. Точнее, в существовании, которое мы называем жизнью. Вокруг – сплошь безумие и жестокость. Справедливость – просто слово. То, что нравится одному, у кого-то другого вызывает отвращение. Бесполезно уповать на сверхсущества или проклинать их. Никто не сидит где-то на небесах или в недрах ада, строя козни человечеству. Все происходящее происходит лишь потому, что может произойти. Бессмысленно говорить о том, что лежит за пределами жизни с ее дыханием, сном, едой, разговорами, любовью и ненавистью. И в утратах тоже нет никакого смысла. Они сопровождают нас с первых минут рождения или с начала жизни. Я не знаю, когда начинается жизнь. А кто-нибудь знает? Но сама по себе жизнь тяжела. И она всегда будет тяжела. Вот в это я верю.

   Нет никаких богов. Это я знаю. И смысла в этой жизни нет. Точнее, в существовании, которое мы называем жизнью. Вокруг – сплошь безумие и жестокость. Справедливость – просто слово. То, что нравится одному, у кого-то другого вызывает отвращение. Бесполезно уповать на сверхсущества или проклинать их. Никто не сидит где-то на небесах или в недрах ада, строя козни человечеству. Все происходящее происходит лишь потому, что может произойти. Бессмысленно говорить о том, что лежит за пределами жизни с ее дыханием, сном, едой, разговорами, любовью и ненавистью. И в утратах тоже нет никакого смысла. Они сопровождают нас с первых минут рождения или с начала жизни. Я не знаю, когда начинается жизнь. А кто-нибудь знает? Но сама по себе жизнь тяжела. И она всегда будет тяжела. Вот в это я верю.

   — Ян Петриковски · книга
4. «

   Она никогда не любила подарки. От тебя ждут, что ты будешь изображать волнение, улыбаться и благодарить.

   Она никогда не любила подарки. От тебя ждут, что ты будешь изображать волнение, улыбаться и благодарить.

   — Чемодан миссис Синклер · книга
5. «

   Я никогда не забуду твоих прикосновений. Думая, что я сплю, ты провела рукой по моей голове и шее. Это было прикосновение любви, реальное, а не придуманное. Никто и никогда не сможет коснуться меня с такой же нежностью. Я это знаю и понимаю, что́ я потерял.

   Я никогда не забуду твоих прикосновений. Думая, что я сплю, ты провела рукой по моей голове и шее. Это было прикосновение любви, реальное, а не придуманное. Никто и никогда не сможет коснуться меня с такой же нежностью. Я это знаю и понимаю, что́ я потерял.

   — Ян Петриковски · книга
6. «

   Тяжелые времена меняют наше восприятие, делая его жестче. Война есть война. А наша жизнь целиком состоит из больших и малых сражений.

   Тяжелые времена меняют наше восприятие, делая его жестче. Война есть война. А наша жизнь целиком состоит из больших и малых сражений.

   — Ян · книга
7. «

   Реальности нет дела до наших надежд.

   Реальности нет дела до наших надежд.

   — Ян · книга
8. «

   Вы не находите, что по сути своей мы все одиноки? Никто не может до конца понять разум другого. Мы все крутимся внутри самих себя, своих сердец и умов. Наверное, так и должно быть. Способность понять другого… может, она существует только на уровне прикосновений, когда кончики наших пальцев прикасаются к кончикам пальцев кого-то еще. Это уже прекрасный момент. Но более глубокое понимание вряд ли возможно.

   Вы не находите, что по сути своей мы все одиноки? Никто не может до конца понять разум другого. Мы все крутимся внутри самих себя, своих сердец и умов. Наверное, так и должно быть. Способность понять другого… может, она существует только на уровне прикосновений, когда кончики наших пальцев прикасаются к кончикам пальцев кого-то еще. Это уже прекрасный момент. Но более глубокое понимание вряд ли возможно.

   — Дороти · книга
9. «

   В такие времена, как сейчас, нельзя отказывать себе в развлечениях.

   В такие времена, как сейчас, нельзя отказывать себе в развлечениях.

   — Ян Петриковски · книга
10. «

    Язык — он коварный. В нём много подтекста и двусмысленностей.

    Язык — он коварный. В нём много подтекста и двусмысленностей.

    — Роберта · книга
11. «

    …Повседневные страхи сопровождают жизнь всех матерей.

    …Повседневные страхи сопровождают жизнь всех матерей.

    — Дороти · книга
12. «

    Каждому из нас нужен друг.

    Каждому из нас нужен друг.

    — Ян Петриковски · книга
13. «

    Говорят, печаль делает нас людьми. Надеюсь, вы поняли. Людьми с бьющимися в груди сердцами и душами, способными мечтать.

    Говорят, печаль делает нас людьми. Надеюсь, вы поняли. Людьми с бьющимися в груди сердцами и душами, способными мечтать.

    — Ян · книга
14. «

    Книги пахнут, поскрипывают корешками, говорят. Книга в ваших руках становится живым существом, которое дышит и что-то шепчет вам.

    Книги пахнут, поскрипывают корешками, говорят. Книга в ваших руках становится живым существом, которое дышит и что-то шепчет вам.

    — Роберта · книга
15. «

    В прощении скрыта свобода.

    В прощении скрыта свобода.

    — Чемодан миссис Синклер · книга
16. «

    …Уж лучше письма, чем полное неведение.

    …Уж лучше письма, чем полное неведение.

    — Ян Петриковски · книга
17. «

    Свои глубокие мысли и чувства иногда проще изложить на бумаге, чем высказать вслух.

    Свои глубокие мысли и чувства иногда проще изложить на бумаге, чем высказать вслух.

    — Ян · книга
18. «

    Ненависть подавляет страх.

    Ненависть подавляет страх.

    — Ян Петриковски · книга
19. «

    Это было их время. Их, и больше ничье. Дороти чувствовала: никто и никогда не сможет отнять у нее все, что она сейчас переживала.

    Это было их время. Их, и больше ничье. Дороти чувствовала: никто и никогда не сможет отнять у нее все, что она сейчас переживала.

    — Чемодан миссис Синклер · книга
20. «

    От него [новорожденного] исходил какой-то неземной запах. Так могут пахнуть только новорожденные младенцы. Сильный и даже резкий аромат, в котором угадывались запахи мускуса, мяты, дрожжей, апельсинов, глины.

    От него [новорожденного] исходил какой-то неземной запах. Так могут пахнуть только новорожденные младенцы. Сильный и даже резкий аромат, в котором угадывались запахи мускуса, мяты, дрожжей, апельсинов, глины.

    — Чемодан миссис Синклер · книга