144 цитаты Льюиса Кэрролла: от иронии до философии

Ниже 144 цитаты Льюиса Кэрролла — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — Ему снится сон! — сказал Траляля. — И как, по-твоему, кто ему снится? — Не знаю, — ответила Алиса. — Этого никто сказать не может. — Ему снишься ты! — закричал Траляля и радостно захлопал в ладоши. Если б он не видел тебя во сне, где бы, интересно, ты была? — Там, где я и есть, конечно, — сказала Алиса. — А вот и ошибаешься! — возразил с презрением Траляля. — Тебя бы тогда вообще нигде не было! Ты просто снишься ему во сне.

   — Ему снится сон! — сказал Траляля. — И как, по-твоему, кто ему снится? — Не знаю, — ответила Алиса. — Этого никто сказать не может. — Ему снишься ты! — закричал Траляля и радостно захлопал в ладоши. Если б он не видел тебя во сне, где бы, интересно, ты была? — Там, где я и есть, конечно, — сказала Алиса. — А вот и ошибаешься! — возразил с презрением Траляля. — Тебя бы тогда вообще нигде не было! Ты просто снишься ему во сне.

   — Алиса · книга
2. «

   Как Алиса попала на Шахматную доску, стала Белой Пешкой и на одиннадцатом ходу превратилась в Королеву.

   Как Алиса попала на Шахматную доску, стала Белой Пешкой и на одиннадцатом ходу превратилась в Королеву.

   — Алиса в Зазеркалье · книга
3. «

   Ни в коем случае не представляй себе, что ты можешь быть или представляться другим иным, чем как тебе представляется, ты являешься или можешь являться по их представлению, дабы в ином случае не стать или не представиться другим таким, каким ты ни в коем случае не желал бы ни являться, ни представляться.

   Ни в коем случае не представляй себе, что ты можешь быть или представляться другим иным, чем как тебе представляется, ты являешься или можешь являться по их представлению, дабы в ином случае не стать или не представиться другим таким, каким ты ни в коем случае не желал бы ни являться, ни представляться.

   — Герцогиня · книга
4. «

   Кому нужна голова без плечей?

   Кому нужна голова без плечей?

   — Алиса · книга
5. «

   Когда человек навеселе, вместо одного предмета он видит два. Когда же он крайне трезв, он воспринимает два явления как одно.

   Когда человек навеселе, вместо одного предмета он видит два. Когда же он крайне трезв, он воспринимает два явления как одно.

   — Сильвия и Бруно · книга
6. «

   Палач говорил, что нельзя отрубить голову, если, кроме головы, ничего больше нет; он такого никогда не делал и делать не собирается; стар он для этого, вот что!

   Палач говорил, что нельзя отрубить голову, если, кроме головы, ничего больше нет; он такого никогда не делал и делать не собирается; стар он для этого, вот что!

   — Алиса в стране чудес · книга
7. «

   Если не знаешь, что сказать, говори по-французски!

   Если не знаешь, что сказать, говори по-французски!

   — Чёрная Королева · книга
8. «

   Уж я-то деточку свою Лелею, словно розу! И я его — баю-баю, Как Сидорову козу!

   Уж я-то деточку свою Лелею, словно розу! И я его — баю-баю, Как Сидорову козу!

   — Герцогиня · книга
9. «

   И он с пафосом стал излагать материал (При всеобщем тоскливом внимании) — Забывая, что вдруг брать людей на испуг Неприлично в приличной компании.

   И он с пафосом стал излагать материал (При всеобщем тоскливом внимании) — Забывая, что вдруг брать людей на испуг Неприлично в приличной компании.

   — Охота на Снарка · книга
10. «

    Гусеница придерживается взгляда Локка на неизменность личности, которая прежде всего выражается в устойчивости памяти. Личность осознает себя как таковую, поскольку помнит собственное прошлое и способна оживлять в памяти своей личный опыт.

    Гусеница придерживается взгляда Локка на неизменность личности, которая прежде всего выражается в устойчивости памяти. Личность осознает себя как таковую, поскольку помнит собственное прошлое и способна оживлять в памяти своей личный опыт.

    — П. Хит · книга
11. «

    — С чего начинать, Ваше Величество? — спросил он. — Начни с начала, — важно ответил Король, — продолжай, пока не дойдешь до конца. Как дойдешь — кончай!

    — С чего начинать, Ваше Величество? — спросил он. — Начни с начала, — важно ответил Король, — продолжай, пока не дойдешь до конца. Как дойдешь — кончай!

    — Алиса в стране чудес · книга
12. «

    Королевы в сделки не вступают.

    Королевы в сделки не вступают.

    — Алиса в Зазеркалье · книга
13. «

    Всё страньше и страньше! Всё чудесатее и чудесатее! Всё любопытственнее и любопытственнее! Всё страннее и страннее! Всё чудесится и чудесится!

    Всё страньше и страньше! Всё чудесатее и чудесатее! Всё любопытственнее и любопытственнее! Всё страннее и страннее! Всё чудесится и чудесится!

    — Алиса · книга
14. «

    Начни сначала и продолжай, пока не дойдешь до конца; тогда-то и остановись.

    Начни сначала и продолжай, пока не дойдешь до конца; тогда-то и остановись.
15. «

    — Кстати, — проговорила Белая Королева, опуская глаза и нервно ломая руки, — на прошлой неделе в пятницу была такая гроза! То есть я хотела сказать — в пятницы! Алиса удивилась. — У нас, — сказала она, — больше одной пятницы разом не бывает! — Какое убожество! — фыркнула Черная Королева. — Ну а у нас бывает шесть, семь пятниц на неделе!

    — Кстати, — проговорила Белая Королева, опуская глаза и нервно ломая руки, — на прошлой неделе в пятницу была такая гроза! То есть я хотела сказать — в пятницы! Алиса удивилась. — У нас, — сказала она, — больше одной пятницы разом не бывает! — Какое убожество! — фыркнула Черная Королева. — Ну а у нас бывает шесть, семь пятниц на неделе!

    — Белая Королева · книга
16. «

    Мы все, любовь моя, лишь состарившиеся дети, которые суетятся перед тем, как обрести покой.

    Мы все, любовь моя, лишь состарившиеся дети, которые суетятся перед тем, как обрести покой.
17. «

    — Зачем же вы звали его Спрутиком, — спросила Алиса. — если на самом деле он был Черепахой? — Мы его звали Спрутиком, потому что он всегда ходил с прутиком!, — ответил сердито Как бы. — Ты не очень-то догадлива!

    — Зачем же вы звали его Спрутиком, — спросила Алиса. — если на самом деле он был Черепахой? — Мы его звали Спрутиком, потому что он всегда ходил с прутиком!, — ответил сердито Как бы. — Ты не очень-то догадлива!

    — Алиса в стране чудес · книга
18. «

    На одной станции мы впервые попробовали местный суп, щи (произносится как shtshee), который оказался вполне съедобным, хотя и содержал некий кислый ингредиент, возможно, необходимый для русского вкуса.

    На одной станции мы впервые попробовали местный суп, щи (произносится как shtshee), который оказался вполне съедобным, хотя и содержал некий кислый ингредиент, возможно, необходимый для русского вкуса.
19. «

    — Ты... кто... такая? — спросила Синяя Гусеница. <...> — Сейчас, право, не знаю, сударыня, — отвечала Алиса робко. — Я знаю, кем я была сегодня утром, когда проснулась, но с тех пор я уже несколько раз менялась. — Что это ты выдумываешь? — строго спросила Гусеница. — Да ты в своем уме? — Не знаю, — отвечала Алиса. — Должно быть, в чужом.

    — Ты... кто... такая? — спросила Синяя Гусеница. <...> — Сейчас, право, не знаю, сударыня, — отвечала Алиса робко. — Я знаю, кем я была сегодня утром, когда проснулась, но с тех пор я уже несколько раз менялась. — Что это ты выдумываешь? — строго спросила Гусеница. — Да ты в своем уме? — Не знаю, — отвечала Алиса. — Должно быть, в чужом.

    — Синяя Гусеница · книга
20. «

    — Так ты, значит, тоже Алиса. Я очень люблю Алис. Хочешь посмотреть на что-то очень странное? Мы вошли вслед за ним в дом, окна которого, как и у нас, выходили в сад. Комната, в которой мы очутились, была заставлена мебелью; в углу стояло высокое зеркало. — Сначала скажи мне, — проговорил он, подавая мне апельсин, — в какой руке ты его держишь. — В правой, — ответила я. — А теперь, — сказал он, — подойди к зеркалу и скажи мне, в какой руке держит апельсин девочка в зеркале. Я с удивлением ответила: — В левой. — Совершенно верно, — сказал он. — Как ты это объяснишь? Я никак не могла этого объяснить, но видя, что он ждет объяснения, решилась: — Если б я стояла по ту сторону зеркала, я бы, должно быть, держала апельсин в правой руке? Я помню, что он засмеялся. — Молодец, Алиса, — сказал он. — Лучше мне никто не отвечал.

    — Так ты, значит, тоже Алиса. Я очень люблю Алис. Хочешь посмотреть на что-то очень странное? Мы вошли вслед за ним в дом, окна которого, как и у нас, выходили в сад. Комната, в которой мы очутились, была заставлена мебелью; в углу стояло высокое зеркало. — Сначала скажи мне, — проговорил он, подавая мне апельсин, — в какой руке ты его держишь. — В правой, — ответила я. — А теперь, — сказал он, — подойди к зеркалу и скажи мне, в какой руке держит апельсин девочка в зеркале. Я с удивлением ответила: — В левой. — Совершенно верно, — сказал он. — Как ты это объяснишь? Я никак не могла этого объяснить, но видя, что он ждет объяснения, решилась: — Если б я стояла по ту сторону зеркала, я бы, должно быть, держала апельсин в правой руке? Я помню, что он засмеялся. — Молодец, Алиса, — сказал он. — Лучше мне никто не отвечал.

    — Чарлз Лютвидж Джонсон · книга