108 цитат Мадлена Миллера о смысле жизни

Мадлен Миллер — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 108 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Рожденные наядами могут лить слезы целую вечность, и мне, кажется, нужна была вечность, чтобы выплеснуть все свое горе.

   Рожденные наядами могут лить слезы целую вечность, и мне, кажется, нужна была вечность, чтобы выплеснуть все свое горе.

   — Цирцея · книга
2. «

   Он плывет в Трою убивать людей, а не спасать их. Он – оружие, убийца. <...> Можно, конечно, ходить, опираясь на копье вместо палки, но оно от этого не перестанет быть копьем.

   Он плывет в Трою убивать людей, а не спасать их. Он – оружие, убийца. <...> Можно, конечно, ходить, опираясь на копье вместо палки, но оно от этого не перестанет быть копьем.

   — Одиссей · книга
3. «

   …Когда наши мертвые приходят за возмездием, им нет дела до свидетелей.

   …Когда наши мертвые приходят за возмездием, им нет дела до свидетелей.

   — Песнь Ахилла · книга
4. «

   Все это время я была словно ткачиха без пряжи, словно корабль без моря.

   Все это время я была словно ткачиха без пряжи, словно корабль без моря.

   — Цирцея · книга
5. «

   – Назови хотя бы одного героя, который был бы счастлив. Я задумался. Геракл сошел с ума и убил всю свою семью; Тесей потерял невесту и отца; детей Ясона и его новую жену убила жена старая; Беллерофонт поразил Химеру, но стал калекой, свалившись с Пегаса. – Вот и не назовешь. – Не назову. – Знаю. Тебе ни за что не дадут быть и великим, и счастливым.

   – Назови хотя бы одного героя, который был бы счастлив. Я задумался. Геракл сошел с ума и убил всю свою семью; Тесей потерял невесту и отца; детей Ясона и его новую жену убила жена старая; Беллерофонт поразил Химеру, но стал калекой, свалившись с Пегаса. – Вот и не назовешь. – Не назову. – Знаю. Тебе ни за что не дадут быть и великим, и счастливым.

   — Ахилл · книга
6. «

   Можно, конечно, ходить, опираясь на копье вместо палки, но оно от этого не перестанет быть копьем.

   Можно, конечно, ходить, опираясь на копье вместо палки, но оно от этого не перестанет быть копьем.

   — Одиссей · книга
7. «

   — Ты всегда такой подозрительный? — Что тут скажешь? – Он выставил вперед ладони. – Этот мир – скверное место. И нам приходится в нем жить.

   — Ты всегда такой подозрительный? — Что тут скажешь? – Он выставил вперед ладони. – Этот мир – скверное место. И нам приходится в нем жить.

   — Цирцея · книга
8. «

   – Ты предпочел ее. Мне. – Твоей гордости. Слово, которое я выбрал для этого, – ὕβρις. Наше слово для высокомерия, что задевает звезды, для злобы и безобразной, неистовой ярости, столь присущей богам.

   – Ты предпочел ее. Мне. – Твоей гордости. Слово, которое я выбрал для этого, – ὕβρις. Наше слово для высокомерия, что задевает звезды, для злобы и безобразной, неистовой ярости, столь присущей богам.

   — Ахилл · книга
9. «

   Как боги страшатся боли – не передать. Нет ничего другого, столь чуждого им, и потому ничто другое они не жаждут видеть столь болезненно.

   Как боги страшатся боли – не передать. Нет ничего другого, столь чуждого им, и потому ничто другое они не жаждут видеть столь болезненно.

   — Цирцея · книга
10. «

    Мы с ним были словно боги на заре мира, и наша радость была до того яркой, что мы ничего не видели, кроме нас самих.

    Мы с ним были словно боги на заре мира, и наша радость была до того яркой, что мы ничего не видели, кроме нас самих.

    — Патрокл · книга
11. «

    Она была хрупка, но коварна, ум ее – подобен шипозубой мурене.

    Она была хрупка, но коварна, ум ее – подобен шипозубой мурене.

    — Цирцея · книга
12. «

    Дедал ненамного пережил сына. Тело его стало серым и немощным, и вся его сила обратилась в дым. Я не имела на него никаких прав и знала это. Но в одинокой жизни бывают редкие минуты, когда другая душа спускается к твоей, подобно звездам, раз в год задевающим землю. Таким созвездием стал для меня Дедал.

    Дедал ненамного пережил сына. Тело его стало серым и немощным, и вся его сила обратилась в дым. Я не имела на него никаких прав и знала это. Но в одинокой жизни бывают редкие минуты, когда другая душа спускается к твоей, подобно звездам, раз в год задевающим землю. Таким созвездием стал для меня Дедал.

    — Цирцея · книга
13. «

    – Из-за чего же бились? – Посмотрим, вспомню ли все. – Он стал загибать пальцы. – Месть. Страсть. Спесь. Алчность. Власть. Что я забыл? Ах да, тщеславие и уязвленное самолюбие.

    – Из-за чего же бились? – Посмотрим, вспомню ли все. – Он стал загибать пальцы. – Месть. Страсть. Спесь. Алчность. Власть. Что я забыл? Ах да, тщеславие и уязвленное самолюбие.

    — Цирцея · книга
14. «

    Великие боги способны учуять страх, как акулы – кровь, а учуяв – сожрать тебя, как те самые акулы.

    Великие боги способны учуять страх, как акулы – кровь, а учуяв – сожрать тебя, как те самые акулы.

    — Цирцея · книга
15. «

    Дети не мешки с зерном, одного не заменишь на другого.

    Дети не мешки с зерном, одного не заменишь на другого.

    — Цирцея · книга
16. «

    Дам тебе совет. Когда вздумаешь снова перечить богам, найди повод посерьезнее. Очень не хотелось бы видеть, как сестру мою испепелят ни за что.

    Дам тебе совет. Когда вздумаешь снова перечить богам, найди повод посерьезнее. Очень не хотелось бы видеть, как сестру мою испепелят ни за что.

    — Цирцея · книга
17. «

    Ты колдунья. Ты обладаешь безграничной силой. И только перед самой собой в ответе.

    Ты колдунья. Ты обладаешь безграничной силой. И только перед самой собой в ответе.

    — Цирцея · книга
18. «

    Военачальники, конечно, присваивают лавры, правда, и золотом войско снабжают они. Вот только вечно зовут тебя в свой шатер и требуют доложить, чем ты занимаешься, вместо того чтоб дать тебе этим заняться.

    Военачальники, конечно, присваивают лавры, правда, и золотом войско снабжают они. Вот только вечно зовут тебя в свой шатер и требуют доложить, чем ты занимаешься, вместо того чтоб дать тебе этим заняться.

    — Одиссей · книга
19. «

    — Счастливый мальчик. Дедал сел, глотнул вина. — Счастливый пока. Слишком мал еще, не понимает, что он пленник. – Белые шрамы на его руках будто светились. – Клетка есть клетка, пусть и золотая.

    — Счастливый мальчик. Дедал сел, глотнул вина. — Счастливый пока. Слишком мал еще, не понимает, что он пленник. – Белые шрамы на его руках будто светились. – Клетка есть клетка, пусть и золотая.

    — Цирцея · книга
20. «

    …Из богов, как известно, выходят на редкость плохие родители…

    …Из богов, как известно, выходят на редкость плохие родители…

    — Песнь Ахилла · книга