Марианна Соломко: 72 цитаты на каждый день

Марианна Соломко — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 72 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Любима я была — как будто, Любила я — как будто бы...

   Любима я была — как будто, Любила я — как будто бы...
2. «

   Ушло веселье из садов. Под снегом сломанные сливы И гроздья сморщенных шаров - Когда-то праздников шумливых.

   Ушло веселье из садов. Под снегом сломанные сливы И гроздья сморщенных шаров - Когда-то праздников шумливых.
3. «

   Хлеб одиночества горек и сух, Чёрствою коркой царапает слух. Сплющены губы — как складки равнин - Две, разделенные горем одним.

   Хлеб одиночества горек и сух, Чёрствою коркой царапает слух. Сплющены губы — как складки равнин - Две, разделенные горем одним.
4. «

   Жизни повод — в натяженье, В наводнении событий, Оголённый на мгновенье Заискрится в тёмном быте, Вспыхнет радостью усталой И обуглится оборван. Всё на свете запоздало, Что волной покрылось сорной.

   Жизни повод — в натяженье, В наводнении событий, Оголённый на мгновенье Заискрится в тёмном быте, Вспыхнет радостью усталой И обуглится оборван. Всё на свете запоздало, Что волной покрылось сорной.
5. «

   Истины путь обгоняя, сквозь рифы и мели К суше спокойной стремится мятущийся парус познанья.

   Истины путь обгоняя, сквозь рифы и мели К суше спокойной стремится мятущийся парус познанья.
6. «

   Написала я сто стихов. И спросила себя: «Зачем?» Может есть у меня сто грехов Или сто интересных тем?

   Написала я сто стихов. И спросила себя: «Зачем?» Может есть у меня сто грехов Или сто интересных тем?
7. «

   Сойка танцует польку На ветках черешни, - Ягод наела столько, Что ветки не держат.

   Сойка танцует польку На ветках черешни, - Ягод наела столько, Что ветки не держат.
8. «

   Каждое дерево — храм, Где распускается вера весны. Колоколам и хорам - Слава — лесным!

   Каждое дерево — храм, Где распускается вера весны. Колоколам и хорам - Слава — лесным!
9. «

   После смерти оставлю стихи, Превозмогшие жизни барьер, Отлучённые от руки, Глубоки, тяжелы и сухи... Уходящее русло реки Обнажило гранитный карьер.

   После смерти оставлю стихи, Превозмогшие жизни барьер, Отлучённые от руки, Глубоки, тяжелы и сухи... Уходящее русло реки Обнажило гранитный карьер.
10. «

    Не пахнут улицы хлебами, И булок аромат простыл, И над блокадными губами Висят голодные кресты. А губы стонут: «Хлеба крошку!» - Все девятьсот ночей и дней. И дети, нет, не понарошку Еду рисуют на стене.

    Не пахнут улицы хлебами, И булок аромат простыл, И над блокадными губами Висят голодные кресты. А губы стонут: «Хлеба крошку!» - Все девятьсот ночей и дней. И дети, нет, не понарошку Еду рисуют на стене.
11. «

    Мышка, мышка, хитрая игрушка На веранде солнечной моей, Что коту шепнула ты на ушко? С каждым днём становишься смелей. То кусочек тыквы тащишь с пола, То морковку за бок грызанёшь, Нравится коту твоя крамола - Наблюдает, как довольный морж. Знать меж вами есть лукавый сговор, Хоть глаза и глазки так ясны: Я для вас — простой румяный повар, Что кормить вас будет до весны.

    Мышка, мышка, хитрая игрушка На веранде солнечной моей, Что коту шепнула ты на ушко? С каждым днём становишься смелей. То кусочек тыквы тащишь с пола, То морковку за бок грызанёшь, Нравится коту твоя крамола - Наблюдает, как довольный морж. Знать меж вами есть лукавый сговор, Хоть глаза и глазки так ясны: Я для вас — простой румяный повар, Что кормить вас будет до весны.
12. «

    Человек выводит тело На прогулку Разухабисто и смело - То за булкой, То на рынок, то в метро... Нужды душат. Забывает про нутро, Губит душу.

    Человек выводит тело На прогулку Разухабисто и смело - То за булкой, То на рынок, то в метро... Нужды душат. Забывает про нутро, Губит душу.
13. «

    Расставанье стоит за спиной Каждой встречи — растущей тоской.

    Расставанье стоит за спиной Каждой встречи — растущей тоской.
14. «

    Постыло выстелилась сныть, Пусты лохмотья паутины, Мы приближались к середине И не могли повременить.

    Постыло выстелилась сныть, Пусты лохмотья паутины, Мы приближались к середине И не могли повременить.
15. «

    Светлица дня пришла в упадок, Захлопнул створки мотылёк, В саду зажглись рубины яблок, И вспыхнул месяц-фитилёк.

    Светлица дня пришла в упадок, Захлопнул створки мотылёк, В саду зажглись рубины яблок, И вспыхнул месяц-фитилёк.
16. «

    Хрупка, непрочна и нежна Людская память, Ужель на то она дана, Чтоб в вечность кануть?

    Хрупка, непрочна и нежна Людская память, Ужель на то она дана, Чтоб в вечность кануть?
17. «

    Жизнь коротка, как телеграмма, Теряешь знаки препинанья И спотыкаешься о камни - Душой — во время собиранья.

    Жизнь коротка, как телеграмма, Теряешь знаки препинанья И спотыкаешься о камни - Душой — во время собиранья.
18. «

    Через ненастья свет и мглу Катится капля по стеклу Мимо дождливой грусти клумб, Капля — сама себе Колумб. И — ни следа на льду стекла... Капля, куда же ты стекла?

    Через ненастья свет и мглу Катится капля по стеклу Мимо дождливой грусти клумб, Капля — сама себе Колумб. И — ни следа на льду стекла... Капля, куда же ты стекла?
19. «

    Стоят тяжёлые сады В последних яблоках и грушах, Опали праздничные рюши - Листва на зеркале воды. Немного яблочных румян - И ощутить в безгласной ветке Рукопожатье ноября, И говорить вдвоём о ветре, О неприкаянности душ, О невозможности избытка. И слышать — где-то связка груш Тревожно бьётся о калитку.

    Стоят тяжёлые сады В последних яблоках и грушах, Опали праздничные рюши - Листва на зеркале воды. Немного яблочных румян - И ощутить в безгласной ветке Рукопожатье ноября, И говорить вдвоём о ветре, О неприкаянности душ, О невозможности избытка. И слышать — где-то связка груш Тревожно бьётся о калитку.
20. «

    Не страшно сень привечать, А страшно с осенью прощаться.

    Не страшно сень привечать, А страшно с осенью прощаться.