653 лучших цитаты — Марина Цветаева

Подборка из 653 цитаты Марины Цветаевы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Всё нерассказанное — непрерывно. Так, непокаянное убийство, например, — длится. То же о любви.

   Всё нерассказанное — непрерывно. Так, непокаянное убийство, например, — длится. То же о любви.
2. «

   Есть много горечи в этом. Ухватившись за лоб, думаю: я никогда не узнаю его жизни, всей его жизни, я не узнаю его любимой игрушки в три года, его любимой книги в тринадцать лет, не узнаю как звали его собаку. А если узнаю — игрушку — книгу — собаку, другого не узнаю, всего не узнаю, ничего не узнаю. Потому что — не успею.

   Есть много горечи в этом. Ухватившись за лоб, думаю: я никогда не узнаю его жизни, всей его жизни, я не узнаю его любимой игрушки в три года, его любимой книги в тринадцать лет, не узнаю как звали его собаку. А если узнаю — игрушку — книгу — собаку, другого не узнаю, всего не узнаю, ничего не узнаю. Потому что — не успею.
3. «

   Если бы я была мужчиной, я непременно бы любила замужнюю женщину: безмужнюю женщину: ненужную женщину.

   Если бы я была мужчиной, я непременно бы любила замужнюю женщину: безмужнюю женщину: ненужную женщину.

   — Тетрадь первая · книга
4. «

   Идёшь, на меня не похожий, Глаза устремляя вниз. Я их опускала тоже! Прохожий, остановись!

   Идёшь, на меня не похожий, Глаза устремляя вниз. Я их опускала тоже! Прохожий, остановись!
5. «

   Мир без вести пропал. В нигде — Затопленные берега... — Пей, ласточка моя! На дне Растопленные жемчуга...

   Мир без вести пропал. В нигде — Затопленные берега... — Пей, ласточка моя! На дне Растопленные жемчуга...
6. «

   Не делаюсь Вами, не расстаюсь с собой.

   Не делаюсь Вами, не расстаюсь с собой.

   — Тетрадь первая · книга
7. «

   Когда я родилась все места были заняты. Может быть, так бывает всегда, но только для тех, кто об этом знает. Таким образом, мне оставалось только небо — то, где самолетам нечего делать, то, которого не достигает ни один самолет.

   Когда я родилась все места были заняты. Может быть, так бывает всегда, но только для тех, кто об этом знает. Таким образом, мне оставалось только небо — то, где самолетам нечего делать, то, которого не достигает ни один самолет.

   — Третья тетрадь · книга
8. «

   Последний гвоздь Вбит. Винт, ибо гроб свинцовый. — Последнейшая из просьб. — Прошу. — Никогда ни слова

   Последний гвоздь Вбит. Винт, ибо гроб свинцовый. — Последнейшая из просьб. — Прошу. — Никогда ни слова
9. «

   Люди ко мне влекутся: одним кажется, что я еще не умею любить, другим — что великолепно и что непременно их полюблю, третьим нравятся мои короткие волосы, четвертым, что я их для них отпущу, всем что-то мерещится, все чего-то требуют — непременно другого — забывая, что все-то началось с меня же, и не подойди я к ним близко, им бы и в голову ничего не пришло, глядя на мою молодость. А я хочу легкости, свободы, понимания, — никого не держать и чтобы никто не держал! Вся моя жизнь — роман с собственной душою, с городом, где живу, с деревом на краю дороги, — с воздухом. И я бесконечно счастлива.

   Люди ко мне влекутся: одним кажется, что я еще не умею любить, другим — что великолепно и что непременно их полюблю, третьим нравятся мои короткие волосы, четвертым, что я их для них отпущу, всем что-то мерещится, все чего-то требуют — непременно другого — забывая, что все-то началось с меня же, и не подойди я к ним близко, им бы и в голову ничего не пришло, глядя на мою молодость. А я хочу легкости, свободы, понимания, — никого не держать и чтобы никто не держал! Вся моя жизнь — роман с собственной душою, с городом, где живу, с деревом на краю дороги, — с воздухом. И я бесконечно счастлива.
10. «

    Ищут шестого чувства обыкновенно люди, не подозревающие о существовании собственных пяти.

    Ищут шестого чувства обыкновенно люди, не подозревающие о существовании собственных пяти.
11. «

    Любовность и материнство почти исключают друг друга. Настоящее материнство — мужественно.

    Любовность и материнство почти исключают друг друга. Настоящее материнство — мужественно.
12. «

    Есть две ревности. Одна (наступательный жест) — от себя, другая (удар в грудь) — в себя. Чем это низко — вонзить в себя нож?

    Есть две ревности. Одна (наступательный жест) — от себя, другая (удар в грудь) — в себя. Чем это низко — вонзить в себя нож?
13. «

    Я Вас люблю. — Как грозовая туча Над Вами — грех — За то, что Вы язвительны и жгучи И лучше всех...

    Я Вас люблю. — Как грозовая туча Над Вами — грех — За то, что Вы язвительны и жгучи И лучше всех...
14. «

    Совесть. Одни носят её ремнём вокруг пояса (нажрутся и распустят.) Другим она — петлёй на шее.

    Совесть. Одни носят её ремнём вокруг пояса (нажрутся и распустят.) Другим она — петлёй на шее.
15. «

    Душа — это пять чувств. Виртуозность одного из них — дарование, виртуозность всех пяти — гениальность.

    Душа — это пять чувств. Виртуозность одного из них — дарование, виртуозность всех пяти — гениальность.
16. «

    Как правая и левая рука, Твоя душа моей душе близка.

    Как правая и левая рука, Твоя душа моей душе близка.
17. «

    Любить только женщин (женщине) или только мужчин (мужчине), заведомо исключая обычное обратное — какая жуть! А только женщин (мужчине) или только мужчин (женщине), заведомо исключая необычное родное — какая скука!

    Любить только женщин (женщине) или только мужчин (мужчине), заведомо исключая обычное обратное — какая жуть! А только женщин (мужчине) или только мужчин (женщине), заведомо исключая необычное родное — какая скука!
18. «

    Я говорю всякие глупости. Вы смеётесь, я смеюсь, мы смеёмся. Ничего любовного: ночь принадлежит нам, а не мы ей. И по мере того, как я делаюсь счастливой — счастливой, потому что не влюблена, оттого, что могу говорить, что не надо целовать, просто исполненная ничем не омраченной благодарности, — я целую Вас.

    Я говорю всякие глупости. Вы смеётесь, я смеюсь, мы смеёмся. Ничего любовного: ночь принадлежит нам, а не мы ей. И по мере того, как я делаюсь счастливой — счастливой, потому что не влюблена, оттого, что могу говорить, что не надо целовать, просто исполненная ничем не омраченной благодарности, — я целую Вас.
19. «

    Душу никогда не будут любить так, как плоть, в лучшем случае — будут восхвалять. Тысячами душ всегда любима плоть. Кто хоть раз обрек себя на вечную муку во имя одной души? Да если б кто и захотел — невозможно: идти на вечную муку из любви к душе — уже значит быть ангелом.

    Душу никогда не будут любить так, как плоть, в лучшем случае — будут восхвалять. Тысячами душ всегда любима плоть. Кто хоть раз обрек себя на вечную муку во имя одной души? Да если б кто и захотел — невозможно: идти на вечную муку из любви к душе — уже значит быть ангелом.
20. «

    Я поняла одну вещь: с другим у меня было «р», буква, которую я предпочитала, — самая я из всего алфавита, самая мужественная: мороз, гора, герой, Спарта, зверь — все, что во мне есть прямого, строгого, сурового. С Вами: шелест, шепот, шелковый, тишина — и особенно: cheri. ... Но это случается со мной так редко, так никогда. Я все время боюсь, что я грежу, что вот сейчас проснусь — и снова гора, герой...

    Я поняла одну вещь: с другим у меня было «р», буква, которую я предпочитала, — самая я из всего алфавита, самая мужественная: мороз, гора, герой, Спарта, зверь — все, что во мне есть прямого, строгого, сурового. С Вами: шелест, шепот, шелковый, тишина — и особенно: cheri. ... Но это случается со мной так редко, так никогда. Я все время боюсь, что я грежу, что вот сейчас проснусь — и снова гора, герой...

    — Флорентийские ночи · книга