18 цитат Марии Парра о жизни и людях

Мария Парр — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 18 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   И я, и Ленина мама — обе мы немножко феи.

   И я, и Ленина мама — обе мы немножко феи.

   — Мама Крёлле · книга
2. «

   ... Невозможно идти спокойно, когда человек рад. Ноги скачут сами по себе.

   ... Невозможно идти спокойно, когда человек рад. Ноги скачут сами по себе.

   — Вафельное сердце · книга
3. «

   ...приврать иногда даже полезно.

   ...приврать иногда даже полезно.

   — Дед · книга
4. «

   Пойми, дружище Трилле, если кому-то грустно от того, что он скучает без кого-то, значит, он этого кого-то любит. А любовь к кому-то — это самое прекрасное чувство на свете. Те, без кого нам плохо, у нас вот тут! — и он с силой стукнул себя в грудь.

   Пойми, дружище Трилле, если кому-то грустно от того, что он скучает без кого-то, значит, он этого кого-то любит. А любовь к кому-то — это самое прекрасное чувство на свете. Те, без кого нам плохо, у нас вот тут! — и он с силой стукнул себя в грудь.

   — Вафельное сердце · книга
5. «

   Поразительно, чего только взрослые не могут, если захотят!

   Поразительно, чего только взрослые не могут, если захотят!

   — Вафельное сердце · книга
6. «

   Лена не умеет быть в покое, у нее нет к этому таланта.

   Лена не умеет быть в покое, у нее нет к этому таланта.

   — Вафельное сердце · книга
7. «

   Сидеть на диване у бабы-тети и есть горячие вафли под шум дождя на улице – лучше этого нет ничего на свете. Я попытался вспомнить что-нибудь лучше этого, но не вспомнил.

   Сидеть на диване у бабы-тети и есть горячие вафли под шум дождя на улице – лучше этого нет ничего на свете. Я попытался вспомнить что-нибудь лучше этого, но не вспомнил.

   — Вафельное сердце · книга
8. «

   Рождество не может быть каждый день, иначе оно наскучит.

   Рождество не может быть каждый день, иначе оно наскучит.

   — Трилле · книга
9. «

   – Да уж, – сказала ее мама. – И какой ты хочешь подарок? – Папу. Ленина мама вздохнула и спросила, как ей выдать папу: в праздничной упаковке или в виде подарочного купона? – Лена, красавица, а ничего другого ты не хочешь? Нет, ничего другого она не хотела, но когда мы вышли на крыльцо, Лена остановилась, постояла-постояла, а потом приоткрыла дверь и крикнула в дом: – Велосипед!

   – Да уж, – сказала ее мама. – И какой ты хочешь подарок? – Папу. Ленина мама вздохнула и спросила, как ей выдать папу: в праздничной упаковке или в виде подарочного купона? – Лена, красавица, а ничего другого ты не хочешь? Нет, ничего другого она не хотела, но когда мы вышли на крыльцо, Лена остановилась, постояла-постояла, а потом приоткрыла дверь и крикнула в дом: – Велосипед!

   — Вафельное сердце · книга
10. «

    — Мы никогда так больше не будем делать, — пообещал я запыханно. А папа зашумел: — Не будем так делать. Не будем так делать!... Конечно, не будете! Вы с Леной никогда ничего не делаете два раза. Вы всегда придумываете новые безобразия!

    — Мы никогда так больше не будем делать, — пообещал я запыханно. А папа зашумел: — Не будем так делать. Не будем так делать!... Конечно, не будете! Вы с Леной никогда ничего не делаете два раза. Вы всегда придумываете новые безобразия!

    — Вафельное сердце · книга
11. «

    Я никогда раньше не задумывался, для чего нужны папы. В поисках какой-нибудь идеи я привстал на цыпочки и заглянул за изгородь. Папа с очень красным лицом костерил на чем свет дурацкий проект. Сходу и не сообразишь, на что он мне. – Папы – они едят вареную капусту, – сказал я наконец.

    Я никогда раньше не задумывался, для чего нужны папы. В поисках какой-нибудь идеи я привстал на цыпочки и заглянул за изгородь. Папа с очень красным лицом костерил на чем свет дурацкий проект. Сходу и не сообразишь, на что он мне. – Папы – они едят вареную капусту, – сказал я наконец.

    — Вафельное сердце · книга
12. «

    Дед говорит, что она — конь-девица, хотя на вид она больше похожа на велосипед.

    Дед говорит, что она — конь-девица, хотя на вид она больше похожа на велосипед.

    — Трилле · книга
13. «

    – Я больше никогда, никогда не буду радоваться? – спросил я. – Конечно, будешь, Трилле-бом, – сказал папа и взял меня на руки, как будто бы я малыш. Так я и заснул в тот вечер у него на руках, надеясь никогда, никогда больше не проснуться.

    – Я больше никогда, никогда не буду радоваться? – спросил я. – Конечно, будешь, Трилле-бом, – сказал папа и взял меня на руки, как будто бы я малыш. Так я и заснул в тот вечер у него на руках, надеясь никогда, никогда больше не проснуться.

    — Трилле · книга
14. «

    ...во время войны все наоборот. И то, что запрещают, как раз и есть самое честное и правильное.

    ...во время войны все наоборот. И то, что запрещают, как раз и есть самое честное и правильное.

    — Вафельное сердце · книга
15. «

    ...бояться не обязательно. Это никому не помогает.

    ...бояться не обязательно. Это никому не помогает.

    — Баба-тётя · книга
16. «

    Кто только придумал этих взрослых! Что они вообще себе позволяют — таскают за собой детей с места на место, когда детям этого совершенно не хочется!

    Кто только придумал этих взрослых! Что они вообще себе позволяют — таскают за собой детей с места на место, когда детям этого совершенно не хочется!

    — Вафельное сердце · книга
17. «

    Есть такие дамы, которых невозможно остановить.

    Есть такие дамы, которых невозможно остановить.

    — Вафельное сердце · книга
18. «

    Родители всегда нутром чуют, когда ты набедокурил... Можно подумать, у них там радар специальный встроен.

    Родители всегда нутром чуют, когда ты набедокурил... Можно подумать, у них там радар специальный встроен.

    — Вафельное сердце · книга