20 афоризмов Марии Парра

Мария Парр — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 20 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Кто только придумал этих взрослых! Что они вообще себе позволяют — таскают за собой детей с места на место, когда детям этого совершенно не хочется!

   Кто только придумал этих взрослых! Что они вообще себе позволяют — таскают за собой детей с места на место, когда детям этого совершенно не хочется!

   — Вафельное сердце · книга
2. «

   Сидеть на диване у бабы-тети и есть горячие вафли под шум дождя на улице – лучше этого нет ничего на свете. Я попытался вспомнить что-нибудь лучше этого, но не вспомнил.

   Сидеть на диване у бабы-тети и есть горячие вафли под шум дождя на улице – лучше этого нет ничего на свете. Я попытался вспомнить что-нибудь лучше этого, но не вспомнил.

   — Вафельное сердце · книга
3. «

   Лена смотрела на меня сердито: – А кстати говоря – для чего человеку вообще папа? Я не нашелся, что ответить. И правда, какая от пап польза?

   Лена смотрела на меня сердито: – А кстати говоря – для чего человеку вообще папа? Я не нашелся, что ответить. И правда, какая от пап польза?

   — Лена · книга
4. «

   — Мы никогда так больше не будем делать, — пообещал я запыханно. А папа зашумел: — Не будем так делать. Не будем так делать!... Конечно, не будете! Вы с Леной никогда ничего не делаете два раза. Вы всегда придумываете новые безобразия!

   — Мы никогда так больше не будем делать, — пообещал я запыханно. А папа зашумел: — Не будем так делать. Не будем так делать!... Конечно, не будете! Вы с Леной никогда ничего не делаете два раза. Вы всегда придумываете новые безобразия!

   — Вафельное сердце · книга
5. «

   На короткое неповторимое мгновение небо стало коричневым. Помню, я еще подумал, глядя, как все приседают и накрывают головы руками, что это наверняка неспроста. А потом с неба полился навозный дождь. Мы стояли, а он заливал нас с головы до ног. И от него некуда было бежать. Мы видели и слышали только одно: как везде-везде кругом сыплются на землю коровьи какашки.

   На короткое неповторимое мгновение небо стало коричневым. Помню, я еще подумал, глядя, как все приседают и накрывают головы руками, что это наверняка неспроста. А потом с неба полился навозный дождь. Мы стояли, а он заливал нас с головы до ног. И от него некуда было бежать. Мы видели и слышали только одно: как везде-везде кругом сыплются на землю коровьи какашки.

   — Вафельное сердце · книга
6. «

   Если ты хочешь узнать что-то о море, ты должен быть на море, иначе нельзя.

   Если ты хочешь узнать что-то о море, ты должен быть на море, иначе нельзя.

   — Тоня Глиммердал · книга
7. «

   Я подумал: вот бы иметь на лбу кнопочку, нажал ее — и исчез. Почему Бог не сделал нам таких? Было бы гораздо лучше иметь кнопочку, чем этот пупок в странном месте.

   Я подумал: вот бы иметь на лбу кнопочку, нажал ее — и исчез. Почему Бог не сделал нам таких? Было бы гораздо лучше иметь кнопочку, чем этот пупок в странном месте.

   — Трилле · книга
8. «

   Скучать по кому-то — самое прекрасное из всех грустных чувств.

   Скучать по кому-то — самое прекрасное из всех грустных чувств.

   — Вафельное сердце · книга
9. «

   И я, и Ленина мама — обе мы немножко феи.

   И я, и Ленина мама — обе мы немножко феи.

   — Мама Крёлле · книга
10. «

    ...приврать иногда даже полезно.

    ...приврать иногда даже полезно.

    — Дед · книга
11. «

    ...бояться не обязательно. Это никому не помогает.

    ...бояться не обязательно. Это никому не помогает.

    — Баба-тётя · книга
12. «

    Я никогда раньше не задумывался, для чего нужны папы. В поисках какой-нибудь идеи я привстал на цыпочки и заглянул за изгородь. Папа с очень красным лицом костерил на чем свет дурацкий проект. Сходу и не сообразишь, на что он мне. – Папы – они едят вареную капусту, – сказал я наконец.

    Я никогда раньше не задумывался, для чего нужны папы. В поисках какой-нибудь идеи я привстал на цыпочки и заглянул за изгородь. Папа с очень красным лицом костерил на чем свет дурацкий проект. Сходу и не сообразишь, на что он мне. – Папы – они едят вареную капусту, – сказал я наконец.

    — Вафельное сердце · книга
13. «

    Становиться старым вообще вещь поганая...

    Становиться старым вообще вещь поганая...

    — Дед · книга
14. «

    ... Невозможно идти спокойно, когда человек рад. Ноги скачут сами по себе.

    ... Невозможно идти спокойно, когда человек рад. Ноги скачут сами по себе.

    — Вафельное сердце · книга
15. «

    Дед говорит, что она — конь-девица, хотя на вид она больше похожа на велосипед.

    Дед говорит, что она — конь-девица, хотя на вид она больше похожа на велосипед.

    — Трилле · книга
16. «

    — По-моему, вы с Леной оба хорошие. Вы ведь с ней лучшие друзья, да? — спросила Эллисив. Я подвинулся к самому ее уху. — Я знаю, что половина из нас так думает, — прошептал я.

    — По-моему, вы с Леной оба хорошие. Вы ведь с ней лучшие друзья, да? — спросила Эллисив. Я подвинулся к самому ее уху. — Я знаю, что половина из нас так думает, — прошептал я.

    — Трилле · книга
17. «

    Есть такие дамы, которых невозможно остановить.

    Есть такие дамы, которых невозможно остановить.

    — Вафельное сердце · книга
18. «

    Лена не умеет быть в покое, у нее нет к этому таланта.

    Лена не умеет быть в покое, у нее нет к этому таланта.

    — Вафельное сердце · книга
19. «

    Если ты папа, то ты навсегда папа. Ты не можешь перестать быть папой потому, что случилось что-нибудь глупое или плохое!

    Если ты папа, то ты навсегда папа. Ты не можешь перестать быть папой потому, что случилось что-нибудь глупое или плохое!

    — Тоня Глиммердал · книга
20. «

    Если присмотреться повнимательнее, видно, что море синее каждый день по-разному.

    Если присмотреться повнимательнее, видно, что море синее каждый день по-разному.

    — Вафельное сердце · книга