70 афоризмов Марселя Пруста

Ниже 70 цитат Марселя Пруста — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Память, вместо того чтобы служить всегда находящимся у нас перед глазами дубликатом событий из нашей жизни, скорее представляет собою небытие, откуда мы имеем возможность время от времени извлекать нынешние подобия мертвых воспоминаний.

   Память, вместо того чтобы служить всегда находящимся у нас перед глазами дубликатом событий из нашей жизни, скорее представляет собою небытие, откуда мы имеем возможность время от времени извлекать нынешние подобия мертвых воспоминаний.

   — Пленница · книга
2. «

   Знаменитости часто говорят не то, что думают, им кадят, интересуются они только самими собой.

   Знаменитости часто говорят не то, что думают, им кадят, интересуются они только самими собой.

   — Пленница · книга
3. «

   Талант — это детище определенного душевного строя, в котором многих свойств обычно не достает и в котором преобладает впечатлительность, проявления коей не замечается в книгах, но живо ощущается в жизни, как, например, любознательность, причуды, желание пойти туда-то и туда-то ради собственного удовольствия, а не для расширения или поддержания светских отношений и вообще не ради них.

   Талант — это детище определенного душевного строя, в котором многих свойств обычно не достает и в котором преобладает впечатлительность, проявления коей не замечается в книгах, но живо ощущается в жизни, как, например, любознательность, причуды, желание пойти туда-то и туда-то ради собственного удовольствия, а не для расширения или поддержания светских отношений и вообще не ради них.

   — У Германтов · книга
4. «

   Послушание Альбертины являлось не платой за туалеты, которые я ей покупал, за яхту, которую я ей обещал, а дополнением к ней, моей привилегией; долги и повинности властелина составляют часть его владычества, определяют его, служат доказательством так же, как и его права.

   Послушание Альбертины являлось не платой за туалеты, которые я ей покупал, за яхту, которую я ей обещал, а дополнением к ней, моей привилегией; долги и повинности властелина составляют часть его владычества, определяют его, служат доказательством так же, как и его права.

   — Пленница · книга
5. «

   В любви легче побороть чувства, чем утратить привычку.

   В любви легче побороть чувства, чем утратить привычку.

   — Пленница · книга
6. «

   Только с помощью искусства мы можем покинуть самих себя, узнать, как другой видит вселенную.

   Только с помощью искусства мы можем покинуть самих себя, узнать, как другой видит вселенную.
7. «

   Простор, открывающийся музыканту, — это не жалкая мелодия из семи нот — это необозримая клавиатура, почти вся еще неведомая клавиатура, из миллионов клавиш которой лишь очень немногие, разделенные густым, неприглядным мраком, — клавиши нежности, страсти, отваги, спокойствия, столь же непохожие между собой, как одна вселенная непохожа на другую, — были открыты великими артистами, будящими в нас отклик найденной ими теме и этим облегчающими нам обнаружение того богатства, того разнообразия, какое таит в себе великая, непроницаемая и удручающая ночь нашей души, которую мы принимаем за пустоту и небытие.

   Простор, открывающийся музыканту, — это не жалкая мелодия из семи нот — это необозримая клавиатура, почти вся еще неведомая клавиатура, из миллионов клавиш которой лишь очень немногие, разделенные густым, неприглядным мраком, — клавиши нежности, страсти, отваги, спокойствия, столь же непохожие между собой, как одна вселенная непохожа на другую, — были открыты великими артистами, будящими в нас отклик найденной ими теме и этим облегчающими нам обнаружение того богатства, того разнообразия, какое таит в себе великая, непроницаемая и удручающая ночь нашей души, которую мы принимаем за пустоту и небытие.

   — По направлению к Свану · книга
8. «

   В действительности же всякий читатель читает прежде всего самого себя. А произведения писателя — не более чем оптический прибор, врученный им читателю, позволяющий последнему различить в себе самом то, что без этой книги он, вероятно, не смог бы разглядеть.

   В действительности же всякий читатель читает прежде всего самого себя. А произведения писателя — не более чем оптический прибор, врученный им читателю, позволяющий последнему различить в себе самом то, что без этой книги он, вероятно, не смог бы разглядеть.

   — Обретённое время · книга
9. «

   Случайности, которые сводят нас с людьми, не совпадают со временем, когда мы их полюбим: мы можем столкнуться с этими людьми до того, как все началось, и потом, когда все уже кончено, но первое появление в нашей жизни человека, которого нам позже суждено полюбить, задним числом обретает для нас силу предсказания, предзнаменования.

   Случайности, которые сводят нас с людьми, не совпадают со временем, когда мы их полюбим: мы можем столкнуться с этими людьми до того, как все началось, и потом, когда все уже кончено, но первое появление в нашей жизни человека, которого нам позже суждено полюбить, задним числом обретает для нас силу предсказания, предзнаменования.

   — Любовь Сванна · книга
10. «

    Нет ревности без отклонений. Один все-таки идет на то, чтобы его обманули, лишь бы об этом довели до его сведения; другой предпочитает, чтобы от него скрывали обман, причем оба одинаково нелепы.

    Нет ревности без отклонений. Один все-таки идет на то, чтобы его обманули, лишь бы об этом довели до его сведения; другой предпочитает, чтобы от него скрывали обман, причем оба одинаково нелепы.

    — Пленница · книга
11. «

    Часто любовь есть лишь связь девушки (иначе она скоро опротивила бы нам) с биением нашего сердца, неотделимого от нескончаемого, напрасного ожидания и от того, как девица однажды надула нас и не пришла на свидание.

    Часто любовь есть лишь связь девушки (иначе она скоро опротивила бы нам) с биением нашего сердца, неотделимого от нескончаемого, напрасного ожидания и от того, как девица однажды надула нас и не пришла на свидание.

    — Пленница · книга
12. «

    Трудность достичь того, чтобы желание исполнилось, неизменно усиливает это желание.

    Трудность достичь того, чтобы желание исполнилось, неизменно усиливает это желание.

    — У Германтов · книга
13. «

    Я не могу не выразить сожаления, что в свое время сглупил и, попросту говоря, не обзавелся коллекцией женщин, как обзаводятся коллекцией старинных подзорных трубок, среди которых при всем богатстве коллекции, всегда найдется место еще для одной, более редкостной.

    Я не могу не выразить сожаления, что в свое время сглупил и, попросту говоря, не обзавелся коллекцией женщин, как обзаводятся коллекцией старинных подзорных трубок, среди которых при всем богатстве коллекции, всегда найдется место еще для одной, более редкостной.

    — У Германтов · книга
14. «

    Быть может, мы должны много страдать из-за человека, чтобы в часы передышки он вознаграждал нас тем покоем, каким дышит природа.

    Быть может, мы должны много страдать из-за человека, чтобы в часы передышки он вознаграждал нас тем покоем, каким дышит природа.

    — Пленница · книга
15. «

    Мы скульпторы. Мы стремимся вылепить из женщины статую, совершенно не похожую на женщину, какой она перед нами предстала.

    Мы скульпторы. Мы стремимся вылепить из женщины статую, совершенно не похожую на женщину, какой она перед нами предстала.

    — Пленница · книга
16. «

    Если у нас давно никого не было, мы очень боимся начать снова любить.

    Если у нас давно никого не было, мы очень боимся начать снова любить.

    — Пленница · книга
17. «

    Каждый большой художник так резко отличается от обыкновенных людей и вызывает у нас такое сильное ощущение личности, какое мы тщетно пытаемся найти в обыденной жизни.

    Каждый большой художник так резко отличается от обыкновенных людей и вызывает у нас такое сильное ощущение личности, какое мы тщетно пытаемся найти в обыденной жизни.

    — Пленница · книга
18. «

    Быть может, человек действительно родится двуличным: у его внутреннего мира одно лицо, а другое — его общественных отношений.

    Быть может, человек действительно родится двуличным: у его внутреннего мира одно лицо, а другое — его общественных отношений.

    — Пленница · книга
19. «

    Это ужасно, когда жизнь другого человека привязана к твоей, как бомба, от которой нельзя отделаться.

    Это ужасно, когда жизнь другого человека привязана к твоей, как бомба, от которой нельзя отделаться.

    — Пленница · книга
20. «

    Ревность часто не что иное, как беспокойное устремление к тирании, перенесённое в сферу любви.

    Ревность часто не что иное, как беспокойное устремление к тирании, перенесённое в сферу любви.

    — Пленница · книга