251 цитата Михаила Булгакова про любовь, время и выбор

Михаил Булгаков — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 251 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   На Руси возможно только одно: вера православная, власть самодержавная!

   На Руси возможно только одно: вера православная, власть самодержавная!

   — Виктор Викторович Мышлаевский · книга
2. «

   Вообще наша жизнь очень интересная и полезная, но у нас в доме этого не понимают.

   Вообще наша жизнь очень интересная и полезная, но у нас в доме этого не понимают.

   — Бунша · книга
3. «

   Сейчас из достоверных рук узнал, — ответил буфетчик, — что в феврале будущего года умру от рака печени. Умоляю остановить.

   Сейчас из достоверных рук узнал, — ответил буфетчик, — что в феврале будущего года умру от рака печени. Умоляю остановить.

   — Буфетчик · книга
4. «

   Судить человека в немилости очень легко и взваливать на него ошибки других.

   Судить человека в немилости очень легко и взваливать на него ошибки других.

   — Андрей Болконский · книга
5. «

   — На Руси возможно только одно: вера православная, власть самодержавная! — покачиваясь, кричал Мышлаевский. — Верно! — Я... был на «Павле Первом»... неделю тому назад... — заплетаясь, бормотал Мышлаевский, — и когда артист произнёс эти слова я не выдержал и крикнул: «Верр-но!» — и что ж вы думаете, кругом зааплодировали. И только какая-то сволочь в ярусе крикнула: «Идиот!» — Жи-ды, — мрачно крикнул опьяневший Карась.

   — На Руси возможно только одно: вера православная, власть самодержавная! — покачиваясь, кричал Мышлаевский. — Верно! — Я... был на «Павле Первом»... неделю тому назад... — заплетаясь, бормотал Мышлаевский, — и когда артист произнёс эти слова я не выдержал и крикнул: «Верр-но!» — и что ж вы думаете, кругом зааплодировали. И только какая-то сволочь в ярусе крикнула: «Идиот!» — Жи-ды, — мрачно крикнул опьяневший Карась.

   — Виктор Викторович Мышлаевский · книга
6. «

   Мерзавец! Не прошло и двадцати четырех лет с тех пор, как мы женаты, а он уже разлюбил меня!

   Мерзавец! Не прошло и двадцати четырех лет с тех пор, как мы женаты, а он уже разлюбил меня!

   — Госпожа Журден · книга
7. «

   — Ну, здесь уж есть преувеличение. Сегодняшний вечер мне известен более или менее точно. Само собой разумеется, что, если на Бронной мне свалится на голову кирпич... — Кирпич ни с того ни с сего, — внушительно перебил неизвестный, — никому и никогда на голову не свалится. В частности же, уверяю вас, вам он ни в коем случае не угрожает. Вы умрете другой смертью.

   — Ну, здесь уж есть преувеличение. Сегодняшний вечер мне известен более или менее точно. Само собой разумеется, что, если на Бронной мне свалится на голову кирпич... — Кирпич ни с того ни с сего, — внушительно перебил неизвестный, — никому и никогда на голову не свалится. В частности же, уверяю вас, вам он ни в коем случае не угрожает. Вы умрете другой смертью.

   — Михаил Александрович Берлиоз · книга
8. «

   Без драм, без драм, — гримасничая, отозвался Азазелло, — в моё положение тоже нужно входить. Надавать администратору по морде, или выставить дядю из дому, или подстрелить кого-нибудь, или какой-нибудь ещё пустяк в этом роде, это моя прямая специальность, но разговаривать с влюблёнными женщинами — слуга покорный. Ведь я вас полчаса уже уламываю. Так едете?

   Без драм, без драм, — гримасничая, отозвался Азазелло, — в моё положение тоже нужно входить. Надавать администратору по морде, или выставить дядю из дому, или подстрелить кого-нибудь, или какой-нибудь ещё пустяк в этом роде, это моя прямая специальность, но разговаривать с влюблёнными женщинами — слуга покорный. Ведь я вас полчаса уже уламываю. Так едете?

   — Азазелло · книга
9. «

   Во всяком хорошо поставленном учебном заведении можно стать дисциплинированным человеком и приобрести навык, который пригодится в будущем, когда человек вне стен учебного заведения станет образовывать сам себя.

   Во всяком хорошо поставленном учебном заведении можно стать дисциплинированным человеком и приобрести навык, который пригодится в будущем, когда человек вне стен учебного заведения станет образовывать сам себя.

   — Жизнь господина де Мольера · книга
10. «

    Не «тоскливое состояние», а смерть медленная овладевает морфинистом, лишь только вы на час или два лишите его морфия. Воздух не сытный, его глотать нельзя... в теле нет клеточки, которая бы не жаждала... Чего? Этого нельзя ни определить, ни объяснить. Словом, человека нет. Он выключен. Движется, тоскует, страдает труп. Он ничего не хочет, ни о чем не мыслит, кроме морфия. Морфия!

    Не «тоскливое состояние», а смерть медленная овладевает морфинистом, лишь только вы на час или два лишите его морфия. Воздух не сытный, его глотать нельзя... в теле нет клеточки, которая бы не жаждала... Чего? Этого нельзя ни определить, ни объяснить. Словом, человека нет. Он выключен. Движется, тоскует, страдает труп. Он ничего не хочет, ни о чем не мыслит, кроме морфия. Морфия!

    — Лекарь Сергей Поляков · книга
11. «

    — Они, они! — козлиным голосом запел длинный клетчатый, во множественном числе говоря о Степе, — вообще они в последнее время жутко свинячат. Пьянствуют, вступают в связи с женщинами, используя свое положение, ни черта не делают, да и делать ничего не могут, потому что ничего не смыслят в том, что им поручено. Начальству втирают очки! — Машину зря гоняет казенную! — наябедничал и кот, жуя гриб. И тут случилось четвертое, и последнее, явление в квартире, когда Степа, совсем уже сползший на пол, ослабевшей рукой царапал притолоку. Прямо из зеркала трюмо вышел маленький, но необыкновенно широкоплечий, в котелке на голове и с торчащим изо рта клыком, безобразящим и без того невиданно мерзкую физиономию. И при этом еще огненно-рыжий. — Я, — вступил в разговор этот новый, — вообще не понимаю, как он попал в директора, — рыжий гнусавил все больше и больше, — он такой же директор, как я архиерей!

    — Они, они! — козлиным голосом запел длинный клетчатый, во множественном числе говоря о Степе, — вообще они в последнее время жутко свинячат. Пьянствуют, вступают в связи с женщинами, используя свое положение, ни черта не делают, да и делать ничего не могут, потому что ничего не смыслят в том, что им поручено. Начальству втирают очки! — Машину зря гоняет казенную! — наябедничал и кот, жуя гриб. И тут случилось четвертое, и последнее, явление в квартире, когда Степа, совсем уже сползший на пол, ослабевшей рукой царапал притолоку. Прямо из зеркала трюмо вышел маленький, но необыкновенно широкоплечий, в котелке на голове и с торчащим изо рта клыком, безобразящим и без того невиданно мерзкую физиономию. И при этом еще огненно-рыжий. — Я, — вступил в разговор этот новый, — вообще не понимаю, как он попал в директора, — рыжий гнусавил все больше и больше, — он такой же директор, как я архиерей!

    — Коровьев (Фагот) · книга
12. «

    Успевает всюду тот, кто никуда не торопится.

    Успевает всюду тот, кто никуда не торопится.

    — профессор Филипп Филиппович Преображенский · книга
13. «

    Лгать не надо по телефону. Хамить не надо по телефону.

    Лгать не надо по телефону. Хамить не надо по телефону.

    — Азазелло · книга
14. «

    – А-а! Вы историк? – с большим облегчением и уважением спросил Берлиоз. – Я – историк, – подтвердил ученый и добавил ни к селу ни к городу: – Сегодня вечером на Патриарших прудах будет интересная история!

    – А-а! Вы историк? – с большим облегчением и уважением спросил Берлиоз. – Я – историк, – подтвердил ученый и добавил ни к селу ни к городу: – Сегодня вечером на Патриарших прудах будет интересная история!

    — Михаил Александрович Берлиоз · книга
15. «

    Извиняюсь, что это вы все — холоп да холоп! Какой я вам холоп? Что это за слово такое?

    Извиняюсь, что это вы все — холоп да холоп! Какой я вам холоп? Что это за слово такое?

    — Шпак · книга
16. «

    Прости меня и как можно скорее забудь. Я тебя покидаю навек. Не ищи меня, это бесполезно. Я стала ведьмой от горя и бедствий, поразивших меня. Мне пора. Прощай. Маргарита.

    Прости меня и как можно скорее забудь. Я тебя покидаю навек. Не ищи меня, это бесполезно. Я стала ведьмой от горя и бедствий, поразивших меня. Мне пора. Прощай. Маргарита.

    — Маргарита · книга
17. «

    …что бы делало твое добро, если бы не существовало зла, и как бы выглядела земля, если бы с нее исчезли тени?

    …что бы делало твое добро, если бы не существовало зла, и как бы выглядела земля, если бы с нее исчезли тени?

    — Воланд · книга
18. «

    Против меня был целый мир — и я один. Теперь мы вдвоем, и мне ничего не страшно.

    Против меня был целый мир — и я один. Теперь мы вдвоем, и мне ничего не страшно.
19. «

    О, только тот, кто сам побеждён, знает, как выглядит это слово! Оно похоже на вечер в доме, в котором испортилось электрическое освещение, на протухшее постное масло, на матерную ругань женскими голосами в темноте. Словом, оно похоже на смерть.

    О, только тот, кто сам побеждён, знает, как выглядит это слово! Оно похоже на вечер в доме, в котором испортилось электрическое освещение, на протухшее постное масло, на матерную ругань женскими голосами в темноте. Словом, оно похоже на смерть.

    — Белая гвардия · книга
20. «

    Не шалю, никого не трогаю, починяю примус, и еще считаю долгом предупредить, что кот древнее и неприкосновенное животное.

    Не шалю, никого не трогаю, починяю примус, и еще считаю долгом предупредить, что кот древнее и неприкосновенное животное.

    — Кот Бегемот · книга