71 цитата Михаила Шишкина, которые захочется сохранить

Ниже 71 цитата Михаила Шишкина — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Все на свете зарифмовано со всем на свете. Эти рифмы связывают мир, сбивают его, как гвозди, загнанные по шляпки, чтобы он не рассыпался.

   Все на свете зарифмовано со всем на свете. Эти рифмы связывают мир, сбивают его, как гвозди, загнанные по шляпки, чтобы он не рассыпался.

   — Письмовник · книга
2. «

   Какое это чудесное чувство — ждать мужа. Придёт домой уставший, голодный. Мой муж! Как это красиво звучит: мой муж.

   Какое это чудесное чувство — ждать мужа. Придёт домой уставший, голодный. Мой муж! Как это красиво звучит: мой муж.

   — Венерин Волос · книга
3. «

   Юноша больше всего боялся заплакать. Все юноши дураки

   Юноша больше всего боялся заплакать. Все юноши дураки

   — Взятие Измаила · книга
4. «

   Существовать — это что? Знать, что ты был? Доказывать себя воспоминаниями?

   Существовать — это что? Знать, что ты был? Доказывать себя воспоминаниями?

   — Письмовник · книга
5. «

   Я сказала себе, что к тебе не пойду. И побежала на следующий же день.

   Я сказала себе, что к тебе не пойду. И побежала на следующий же день.

   — Письмовник · книга
6. «

   По одной капле воды человек, умеющий мыслить логически, может сделать вывод о возможности существования Атлантического океана или Ниагарского водопада, даже если он не видел ни того ни другого и никогда о них не слыхал.

   По одной капле воды человек, умеющий мыслить логически, может сделать вывод о возможности существования Атлантического океана или Ниагарского водопада, даже если он не видел ни того ни другого и никогда о них не слыхал.

   — Венерин Волос · книга
7. «

   Я все поняла! Мы уже муж и жена. Мы всегда ими были. Ты — мой муж. Я — твоя жена. И это самая чудесная рифма на свете.

   Я все поняла! Мы уже муж и жена. Мы всегда ими были. Ты — мой муж. Я — твоя жена. И это самая чудесная рифма на свете.

   — Александра · книга
8. «

   У мамы теперь на ночном столике все время лежит Аввакум. Она то и дело повторяет: «Время приспе страдания. Подобает вам неослабно страдати». Сегодня она сказала, что когда-то эти слова прочитала, и они запомнились, но не поняла. «А теперь всё стало так просто: наказание дается не за грехи вовсе, а за счастье. Все имеет свою цену: за счастье — горе, за любовь — роды, за рождение — смерть».

   У мамы теперь на ночном столике все время лежит Аввакум. Она то и дело повторяет: «Время приспе страдания. Подобает вам неослабно страдати». Сегодня она сказала, что когда-то эти слова прочитала, и они запомнились, но не поняла. «А теперь всё стало так просто: наказание дается не за грехи вовсе, а за счастье. Все имеет свою цену: за счастье — горе, за любовь — роды, за рождение — смерть».

   — Венерин Волос · книга
9. «

   Воспоминания — как островки в океане пустоты.

   Воспоминания — как островки в океане пустоты.

   — Венерин Волос · книга
10. «

    Двести лет назад мадам де Сталь в своей книге о путешествии по России заметила: «Особенно удивительно молчание русских: умалчивают они именно о том, что их живо интересует». Россия не литературоцентричная, а страхоцентричная страна.

    Двести лет назад мадам де Сталь в своей книге о путешествии по России заметила: «Особенно удивительно молчание русских: умалчивают они именно о том, что их живо интересует». Россия не литературоцентричная, а страхоцентричная страна.
11. «

    Именно для того, чтобы­ освободиться от фейсбучного репья и новост­ей-мошек, большая литература и нужна. В музыке для этого есть концертные залы. Там можно отключить смартфон и попытаться стать самим собой. Настоящая большая книга – это огромный зал размером со вселенную, которую вместе создают автор и читатель.

    Именно для того, чтобы­ освободиться от фейсбучного репья и новост­ей-мошек, большая литература и нужна. В музыке для этого есть концертные залы. Там можно отключить смартфон и попытаться стать самим собой. Настоящая большая книга – это огромный зал размером со вселенную, которую вместе создают автор и читатель.
12. «

    Вот так всю жизнь в постоянном страхе и живём — сначала боишься забеременеть, потом рожать, потом до гроба страх за дитя.

    Вот так всю жизнь в постоянном страхе и живём — сначала боишься забеременеть, потом рожать, потом до гроба страх за дитя.

    — Венерин Волос · книга
13. «

    Я смотрела на этого человека, у которого по нелепости так чудовищно погиб самый дорогой человек, как он азартно торгуется, хохочет, хлопает рыбачек по плечу, — и не понимала, что это? Очерствелость души? Сила жизни? Или сила жизни и есть очерствелость души?

    Я смотрела на этого человека, у которого по нелепости так чудовищно погиб самый дорогой человек, как он азартно торгуется, хохочет, хлопает рыбачек по плечу, — и не понимала, что это? Очерствелость души? Сила жизни? Или сила жизни и есть очерствелость души?

    — Взятие Измаила · книга
14. «

    Ежеминутное, преходящее становится радостным и осмысленным только тогда, когда оно проходит сквозь слова. А без этого та радость от настоящего, к которой призывали меня мудрецы, просто невозможна. Все настоящее ничтожно, никчемно, если оно не ведет к словам и если слова не ведут к нему. Только слова как-то оправдывают существование сущего, придают смысл минутному, делают ненастоящее — настоящим, меня — мной.

    Ежеминутное, преходящее становится радостным и осмысленным только тогда, когда оно проходит сквозь слова. А без этого та радость от настоящего, к которой призывали меня мудрецы, просто невозможна. Все настоящее ничтожно, никчемно, если оно не ведет к словам и если слова не ведут к нему. Только слова как-то оправдывают существование сущего, придают смысл минутному, делают ненастоящее — настоящим, меня — мной.

    — Владимир · книга
15. «

    В каждом сложном, необъяснимом есть что-то простое.

    В каждом сложном, необъяснимом есть что-то простое.

    — Письмовник · книга
16. «

    А главное — настоящее ни в какие слова не влезет. От настоящего — немеешь. Все, что в жизни происходит важного, — выше слов.

    А главное — настоящее ни в какие слова не влезет. От настоящего — немеешь. Все, что в жизни происходит важного, — выше слов.

    — Владимир · книга
17. «

    Я и себя-то теперь чувствовала только через тебя. Моя кожа существовала только там, где ты ее касался

    Я и себя-то теперь чувствовала только через тебя. Моя кожа существовала только там, где ты ее касался

    — Александра · книга
18. «

    Сашка, главное здесь — не думать. А я все время думаю. И это неправильно. Ведь сколько поколений думало об этом и пришло к великой мудрости — надо не думать. Почему солдатам всегда дают какое-нибудь задание, любое, пусть самое бессмысленное, лишь бы их чем-нибудь занять? Чтобы не думать. В этом есть глубокий смысл — чтобы человек не думал. Нужно спасти его от себя самого, от мыслей о смерти.

    Сашка, главное здесь — не думать. А я все время думаю. И это неправильно. Ведь сколько поколений думало об этом и пришло к великой мудрости — надо не думать. Почему солдатам всегда дают какое-нибудь задание, любое, пусть самое бессмысленное, лишь бы их чем-нибудь занять? Чтобы не думать. В этом есть глубокий смысл — чтобы человек не думал. Нужно спасти его от себя самого, от мыслей о смерти.

    — Володя · книга
19. «

    Утром, когда не хочется вставать и жить, — улыбнуться. И еще раз улыбнуться. И еще.

    Утром, когда не хочется вставать и жить, — улыбнуться. И еще раз улыбнуться. И еще.

    — Письмовник · книга
20. «

    Я знаю, что я есть, но мне нужны все время доказательства, прикосновения. Без тебя я — пустая пижама, брошенная на стул.

    Я знаю, что я есть, но мне нужны все время доказательства, прикосновения. Без тебя я — пустая пижама, брошенная на стул.

    — Александра · книга