78 цитат Ника Перумова, ставших крылатыми

Подборка из 78 цитат Ника Перумова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Скука — наш единственный враг, а ненависть к врагу — единственное от нее спасение…

   Скука — наш единственный враг, а ненависть к врагу — единственное от нее спасение…

   — Земля без радости · книга
2. «

   Опасно полагать, что твой враг – глупец, вдвойне опасно (и зачастую гибельно) рассчитывать на его ошибку.

   Опасно полагать, что твой враг – глупец, вдвойне опасно (и зачастую гибельно) рассчитывать на его ошибку.

   — Император (Гвин) · книга
3. «

   – Я знаю, кто ты, – сказал Ромар. – Не так много людей настолько сильны, чтобы повторить всё то, что делаешь ты. И я знаю теперь, почему род не просто разбит в бою, но и прежде несокрушимый нефрит раскололся на части. Скажи мне одно – это тяжело: смотреть в глаза родичам, ждущим твоей помощи, и знать, что их надежды напрасны, что ты уже принёс их в жертву чему‑то высшему, что сумел углядеть своими слепыми глазами в сплетении магических сил? – Да, Ромар, это очень страшно.

   – Я знаю, кто ты, – сказал Ромар. – Не так много людей настолько сильны, чтобы повторить всё то, что делаешь ты. И я знаю теперь, почему род не просто разбит в бою, но и прежде несокрушимый нефрит раскололся на части. Скажи мне одно – это тяжело: смотреть в глаза родичам, ждущим твоей помощи, и знать, что их надежды напрасны, что ты уже принёс их в жертву чему‑то высшему, что сумел углядеть своими слепыми глазами в сплетении магических сил? – Да, Ромар, это очень страшно.

   — Святослав Логинов · книга
4. «

   Когда смотришь Смерти в глаза, главное — не сомневаться в том, что Она не сделает тебе ничего плохого. Что Её можно одолеть знанием и опытом.

   Когда смотришь Смерти в глаза, главное — не сомневаться в том, что Она не сделает тебе ничего плохого. Что Её можно одолеть знанием и опытом.

   — Латариус · книга
5. «

   – Хороший юноша. Но ещё очень молодой. – Но зато хороший, – ответил старик.

   – Хороший юноша. Но ещё очень молодой. – Но зато хороший, – ответил старик.

   — Святослав Логинов · книга
6. «

   Происходит только то, что ты сам подготовил. И если тебе «не повезло» — это говорит лишь о том, что подготовка никуда не годилась.

   Происходит только то, что ты сам подготовил. И если тебе «не повезло» — это говорит лишь о том, что подготовка никуда не годилась.

   — Игнациус Коппер · книга
7. «

   Уника пела погребальную песню себе самой. То был свадебный напев, который ей никогда не споют. Песня о радости, которая ей не досталась. Уже над самой головой пронёсся хищный смерч, ударил в лицо воздухом, взвихрил волосы. Уника не смотрела. Когда её убьют, она это и так узнает. Уника пела погребальную песню о счастье жить на родном берегу среди родных людей, о великом чуде – знать, что ты не одинок, что предки берегут тебя из давнего прошлого, а в грядущем ждут потомки. Уника пела колыбельную нерождённому сыну.

   Уника пела погребальную песню себе самой. То был свадебный напев, который ей никогда не споют. Песня о радости, которая ей не досталась. Уже над самой головой пронёсся хищный смерч, ударил в лицо воздухом, взвихрил волосы. Уника не смотрела. Когда её убьют, она это и так узнает. Уника пела погребальную песню о счастье жить на родном берегу среди родных людей, о великом чуде – знать, что ты не одинок, что предки берегут тебя из давнего прошлого, а в грядущем ждут потомки. Уника пела колыбельную нерождённому сыну.

   — Святослав Логинов · книга
8. «

   Разговаривающий враг, это уже полврага!

   Разговаривающий враг, это уже полврага!

   — Фесс · книга
9. «

   Кроме тебя, у Али никого нет… А ты все никак не озаботишься подарить ей внука. Или внучку. А лучше – и того, и другую вместе. Мрак и тьма, на сей раз ты от меня не уйдешь. Клянусь Кровью Дану, я тебя женю, даже если для этого мне придется привязать тебя к кровати и дать невесте изнасиловать тебя в брачную ночь, – она хрипло рассмеялась.

   Кроме тебя, у Али никого нет… А ты все никак не озаботишься подарить ей внука. Или внучку. А лучше – и того, и другую вместе. Мрак и тьма, на сей раз ты от меня не уйдешь. Клянусь Кровью Дану, я тебя женю, даже если для этого мне придется привязать тебя к кровати и дать невесте изнасиловать тебя в брачную ночь, – она хрипло рассмеялась.

   — Клара Хюммель · книга
10. «

    Ненавижу это слово – кажется. Казаться может только девке – беременна она или нет. Мужчина всегда знает точный ответ. Или добивается его.

    Ненавижу это слово – кажется. Казаться может только девке – беременна она или нет. Мужчина всегда знает точный ответ. Или добивается его.

    — Император Мельина · книга
11. «

    Тысячами незримых нитей обвивает тебя закон. Разрубишь одну — преступник, десять — смертник, все — Бог.

    Тысячами незримых нитей обвивает тебя закон. Разрубишь одну — преступник, десять — смертник, все — Бог.

    — Эвенгар Салладорский · книга
12. «

    — Плевала я на обстоятельства, — безмятежно отрезала Мегана. — Вы, мужчины, неисправимы. Думаете только о себе и своих игрушках. — Ничего себе игрушка — целый мир… — А в чём отличие? В величине? — Она в упор взглянула Анэто в глаза. Её собственные при этом подозрительно сверкали. — Мы с тобой не первый год на свете живём. Даже, страшно сказать, не первое столетие. А ссорились и подпускали друг другу шпильки, словно дети. И… сквозь пальцы утекло столько важного… Я это поняла только здесь. Смешно – обычные девчонки через такое лет в шестнадцать, наверное, проходят. И вот вдруг понимаешь, что всё, понимаешь, Ан, всё — становится неважным. Кроме одного-единственного человека. К спине которого хочется прижаться, глаза закрыть, и чтобы вокруг — тишина. И если… — Голос Меганы дрогнул. — Если этот человек… исчезает, то безразлично уже становится, что станет с миром, с небом, звёздами и всем прочим. Понимаешь, Ан? Без-раз-лич-но. Да гори он огнём, этот мир. Он нужен Западной Тьме — пусть им подавится. Поэтому я встану рядом с вами… и не смей меня отговаривать! <...> — Ан, милый… – промурлыкала Мегана, зажмуриваясь. — Не хочу про это говорить. Можешь меня ругать, можешь даже отшлёпать. Но мне действительно всё равно, что станет с этим миром, в котором не будет тебя. Ох… ну, вот и призналась. Никогда не думала, что сделаю это первой.

    — Плевала я на обстоятельства, — безмятежно отрезала Мегана. — Вы, мужчины, неисправимы. Думаете только о себе и своих игрушках. — Ничего себе игрушка — целый мир… — А в чём отличие? В величине? — Она в упор взглянула Анэто в глаза. Её собственные при этом подозрительно сверкали. — Мы с тобой не первый год на свете живём. Даже, страшно сказать, не первое столетие. А ссорились и подпускали друг другу шпильки, словно дети. И… сквозь пальцы утекло столько важного… Я это поняла только здесь. Смешно – обычные девчонки через такое лет в шестнадцать, наверное, проходят. И вот вдруг понимаешь, что всё, понимаешь, Ан, всё — становится неважным. Кроме одного-единственного человека. К спине которого хочется прижаться, глаза закрыть, и чтобы вокруг — тишина. И если… — Голос Меганы дрогнул. — Если этот человек… исчезает, то безразлично уже становится, что станет с миром, с небом, звёздами и всем прочим. Понимаешь, Ан? Без-раз-лич-но. Да гори он огнём, этот мир. Он нужен Западной Тьме — пусть им подавится. Поэтому я встану рядом с вами… и не смей меня отговаривать! <...> — Ан, милый… – промурлыкала Мегана, зажмуриваясь. — Не хочу про это говорить. Можешь меня ругать, можешь даже отшлёпать. Но мне действительно всё равно, что станет с этим миром, в котором не будет тебя. Ох… ну, вот и призналась. Никогда не думала, что сделаю это первой.

    — Мегана · книга
13. «

    Принципы на то и принципы, чтобы никто и ничто не заставило тебя их куда-то там засовывать.

    Принципы на то и принципы, чтобы никто и ничто не заставило тебя их куда-то там засовывать.

    — Терн · книга
14. «

    Ненависть – это пламя; но пламя нуждается в топливе, а топливо – это как раз Вера, а не наоборот.

    Ненависть – это пламя; но пламя нуждается в топливе, а топливо – это как раз Вера, а не наоборот.

    — Враг неведом · книга
15. «

    Неосуществлённое рождает чуму, подтачивает силы. Следуй своим желаниям — и ты будешь всегда прав.

    Неосуществлённое рождает чуму, подтачивает силы. Следуй своим желаниям — и ты будешь всегда прав.

    — Хедин · книга
16. «

    Ибо, что знают двое, знают все.

    Ибо, что знают двое, знают все.

    — Игнациус Коппер · книга
17. «

    Если о заговоре начинают заранее распостраняться слухи, то это не заговор, а дерьмо!

    Если о заговоре начинают заранее распостраняться слухи, то это не заговор, а дерьмо!

    — Странствия мага · книга
18. «

    Мы стремимся, чтобы каждый земледелец, исправно платящий подати, имел не менее трёх прислужников-зомби. Мёртвые должны работать и приносить пользу. Лениться у нас никому не позволено, телесная смерть — не оправдание безделью!

    Мы стремимся, чтобы каждый земледелец, исправно платящий подати, имел не менее трёх прислужников-зомби. Мёртвые должны работать и приносить пользу. Лениться у нас никому не позволено, телесная смерть — не оправдание безделью!

    — Латариус · книга
19. «

    Прими бой и умри, как подобает мужчине. Пустые и бессвязные слова. Их очень хорошо слушать, когда они звучат с экрана, их хорошо читать в книгах, восхищаться и трепетать от чужого мужества; но когда всё это оказывается обращённым непосредственно к тебе...

    Прими бой и умри, как подобает мужчине. Пустые и бессвязные слова. Их очень хорошо слушать, когда они звучат с экрана, их хорошо читать в книгах, восхищаться и трепетать от чужого мужества; но когда всё это оказывается обращённым непосредственно к тебе...

    — Сергей Лукьяненко · книга
20. «

    Они убивают нас. Убивают нас просто потому, что мы — не такие, как они. Мы убиваем в ответ.

    Они убивают нас. Убивают нас просто потому, что мы — не такие, как они. Мы убиваем в ответ.

    — Всеслав. · книга