47 цитат Никки Каллена, которые цепляют

Ниже 47 цитат Никки Каллена — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Это было моё правило — собирать людей, как камешки или бабочек, — всё равно отношений теснее, чем с камнями и бабочками, у меня не получалось из-за постоянных разъездов; я смирился, любил людей такими, какими они хотели мне казаться.

   Это было моё правило — собирать людей, как камешки или бабочек, — всё равно отношений теснее, чем с камнями и бабочками, у меня не получалось из-за постоянных разъездов; я смирился, любил людей такими, какими они хотели мне казаться.

   — Арена · книга
2. «

   Весна, ранняя, серая, странная, когда кажется: ничего больше не будет: ни лета, ни осени — только вот это молчание предснежное, преддождевое, серое небо, перламутровое, с тонкими переливами акварельными на горизонте....

   Весна, ранняя, серая, странная, когда кажется: ничего больше не будет: ни лета, ни осени — только вот это молчание предснежное, преддождевое, серое небо, перламутровое, с тонкими переливами акварельными на горизонте....

   — Арена · книга
3. «

   — Она пишет, будто шьёт лоскутное одеяло. — Звучит замечательно. Все ведьмы мечтают о лоскутном одеяле.

   — Она пишет, будто шьёт лоскутное одеяло. — Звучит замечательно. Все ведьмы мечтают о лоскутном одеяле.

   — Джастин · книга
4. «

   Обожаю круглосуточные супермаркеты и круглосуточные книжные магазины. Мне кажется, это места, из которых можно попасть в другие миры, такая глючная роскошь и тишина, скопления вещей...

   Обожаю круглосуточные супермаркеты и круглосуточные книжные магазины. Мне кажется, это места, из которых можно попасть в другие миры, такая глючная роскошь и тишина, скопления вещей...

   — Арена · книга
5. «

   Мы соблюдаем и вызываем ваш интерес, мы ваши адвокаты, любовники и антидепрессанты…

   Мы соблюдаем и вызываем ваш интерес, мы ваши адвокаты, любовники и антидепрессанты…

   — Арена · книга
6. «

   Подругами в общепринятом значении — совместные походы в супермаркет, разговор телефонный на час и секреты детства — они не были; просто очень разные — как разные страны; Прованс и Исландия; просто немного похожи: ну...обе девушки — как кодекс чести...

   Подругами в общепринятом значении — совместные походы в супермаркет, разговор телефонный на час и секреты детства — они не были; просто очень разные — как разные страны; Прованс и Исландия; просто немного похожи: ну...обе девушки — как кодекс чести...

   — Гель-Грин, центр Земли · книга
7. «

   Она погладила его по волосам, чёрным и таким нежным, что хотелось пропускать сквозь пальцы, как фасоль, крупу; некоторые так делают, потому что пальцы чувствительные, от удовольствия можно даже потерять рассудок...

   Она погладила его по волосам, чёрным и таким нежным, что хотелось пропускать сквозь пальцы, как фасоль, крупу; некоторые так делают, потому что пальцы чувствительные, от удовольствия можно даже потерять рассудок...

   — Арена · книга
8. «

   ... она для него — как тёмная ночная бабочка, влетевшая в светлую комнату смелого человека — в сердце; он не знает, что делать, — убить или налить молока — ночные бабочки похожи на горгулий с Собора Парижской Богоматери: страшные и чёрные, гипнотизирующие тем, что видели за века...

   ... она для него — как тёмная ночная бабочка, влетевшая в светлую комнату смелого человека — в сердце; он не знает, что делать, — убить или налить молока — ночные бабочки похожи на горгулий с Собора Парижской Богоматери: страшные и чёрные, гипнотизирующие тем, что видели за века...

   — Гель-Грин, центр Земли · книга
9. «

   Живи как хочешь — будь свободным, чтобы мечтать не о свободе, а о свершениях...

   Живи как хочешь — будь свободным, чтобы мечтать не о свободе, а о свершениях...

   — Гель-Грин, центр Земли · книга
10. «

    Столько разных улыбок имелось у него в запасе — будто разных цветов, запахов, трав у знахаря, кружев, тесьмы, румян у модницы....

    Столько разных улыбок имелось у него в запасе — будто разных цветов, запахов, трав у знахаря, кружев, тесьмы, румян у модницы....

    — Арена · книга
11. «

    Есть люди, у которых талантов — как перчаток: они играют на пианино, они читают ноты, они ездят на мастер-классы по психологии, а ещё немножко рисуют и разбираются в артхаусе; и говорят на нескольких языках; они успешные и элегантные; а есть люди, у которых только один талант, но это дар Божий, он доведён до состояния безумия или алмаза, — вот такие люди меня восхищают...

    Есть люди, у которых талантов — как перчаток: они играют на пианино, они читают ноты, они ездят на мастер-классы по психологии, а ещё немножко рисуют и разбираются в артхаусе; и говорят на нескольких языках; они успешные и элегантные; а есть люди, у которых только один талант, но это дар Божий, он доведён до состояния безумия или алмаза, — вот такие люди меня восхищают...

    — Арена · книга
12. «

    — Тебе не страшно тут жить одному? — А чего мне бояться, если я тут один? — Ну, привидений. — Бояться надо живых, а не приведений.

    — Тебе не страшно тут жить одному? — А чего мне бояться, если я тут один? — Ну, привидений. — Бояться надо живых, а не приведений.

    — Арена · книга
13. «

    Рядом с ним совсем не было страшно, как обычно с незнакомыми знакомящимися парнями. Он был просто ни на кого не похож — такой вывалившийся из реальности; не человек даже, существо. Я сразу подумала, что с ним хорошо в кино ходить, готовить пиццу, ненавидеть всех людей.

    Рядом с ним совсем не было страшно, как обычно с незнакомыми знакомящимися парнями. Он был просто ни на кого не похож — такой вывалившийся из реальности; не человек даже, существо. Я сразу подумала, что с ним хорошо в кино ходить, готовить пиццу, ненавидеть всех людей.

    — Арена · книга
14. «

    Она из мира, где задано, как в геометрической задаче, что все неравны.

    Она из мира, где задано, как в геометрической задаче, что все неравны.

    — Сильвен Адорно · книга
15. «

    Что такое любовь — падение или полёт?

    Что такое любовь — падение или полёт?

    — Берилл · книга
16. «

    Когда с нами ничего не случается, а душа наша похожа на сверкающую новогоднюю ёлку, тогда эти чужие истории — фильмы ли, книги, Древний Рим — притягивают издалека, как окна первых этажей: заглянуть краем, но никогда не знакомиться, не приходить в гости; чтобы верить, что что-то действительно случилось; понимаете?

    Когда с нами ничего не случается, а душа наша похожа на сверкающую новогоднюю ёлку, тогда эти чужие истории — фильмы ли, книги, Древний Рим — притягивают издалека, как окна первых этажей: заглянуть краем, но никогда не знакомиться, не приходить в гости; чтобы верить, что что-то действительно случилось; понимаете?

    — Арена · книга
17. «

    Душа у неё как свадьба — шумная, яркая, пышная, романтичная и полупьяная...

    Душа у неё как свадьба — шумная, яркая, пышная, романтичная и полупьяная...

    — Арена · книга
18. «

    Я разошелся с женой и живу на белом пляже, сочиняю воспоминания, гуляю с собакой, боюсь её потерять, замерзнуть сердцем.

    Я разошелся с женой и живу на белом пляже, сочиняю воспоминания, гуляю с собакой, боюсь её потерять, замерзнуть сердцем.

    — Арена · книга
19. «

    Вот почему ты ничего не боишься: у тебя всегда за спиной твои рассказы; и я ничего не боюсь: у меня за спиной моя музыка; это как Древний Рим — легионеры, сонмы ангелов, огромная сила...

    Вот почему ты ничего не боишься: у тебя всегда за спиной твои рассказы; и я ничего не боюсь: у меня за спиной моя музыка; это как Древний Рим — легионеры, сонмы ангелов, огромная сила...

    — Снег Рафаэль · книга
20. «

    Мир наполнился сказкой. Никогда он не был для меня отчаянием или страхом; не потому что я счастлив или глуп, надеюсь, — просто мне всегда хотелось говорить — рассказывать — слушать — сейчас писать — как слабость; другие любят сладкое.

    Мир наполнился сказкой. Никогда он не был для меня отчаянием или страхом; не потому что я счастлив или глуп, надеюсь, — просто мне всегда хотелось говорить — рассказывать — слушать — сейчас писать — как слабость; другие любят сладкое.

    — Арена · книга