29 фраз Николая Алексеевича Заболоцкого, которые запоминаются

Николай Алексеевич Заболоцкий — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 29 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Все, что было в душе, все как-будто опять потерялось, И лежал я в траве, и печалью и скукой томим, И прекрасное тело цветка надо мной поднималось И кузнечик, как маленький сторож, стоял перед ним.

   Все, что было в душе, все как-будто опять потерялось, И лежал я в траве, и печалью и скукой томим, И прекрасное тело цветка надо мной поднималось И кузнечик, как маленький сторож, стоял перед ним.
2. «

   В который раз томит меня мечта, Что где-то там, в другом углу вселенной, Такой же сад, и та же темнота, И те же звезды в красоте нетленной.

   В который раз томит меня мечта, Что где-то там, в другом углу вселенной, Такой же сад, и та же темнота, И те же звезды в красоте нетленной.
3. «

   Что сердце? Сердце — воск. Когда ему блеснет Огонь сочувственный, огонь родного края, Растопиться оно и, медленно сгорая, Навстречу жизни радостно плывет.

   Что сердце? Сердце — воск. Когда ему блеснет Огонь сочувственный, огонь родного края, Растопиться оно и, медленно сгорая, Навстречу жизни радостно плывет.
4. «

   Ну, а что же с тобой приключилось, Что с душой приключилось твоей? Как посмел ты красавицу эту, Драгоценную душу твою, Отпустить, чтоб скиталась по свету, Чтоб погибла в далеком краю?

   Ну, а что же с тобой приключилось, Что с душой приключилось твоей? Как посмел ты красавицу эту, Драгоценную душу твою, Отпустить, чтоб скиталась по свету, Чтоб погибла в далеком краю?
5. «

   ... Туда, где смерть кончается весной,— За мной!

   ... Туда, где смерть кончается весной,— За мной!
6. «

   Зацелована, околдована, С ветром в поле когда-то обвенчана, Вся ты словно в оковы закована, Драгоценная моя женщина!

   Зацелована, околдована, С ветром в поле когда-то обвенчана, Вся ты словно в оковы закована, Драгоценная моя женщина!
7. «

   Содрогаясь от мук, пробежала над миром зарница, Тень от тучи легла, и слилась, и смешалась с травой. Все труднее дышать, в небе облачный вал шевелится, Низко стелется птица, пролетев над моей головой.

   Содрогаясь от мук, пробежала над миром зарница, Тень от тучи легла, и слилась, и смешалась с травой. Все труднее дышать, в небе облачный вал шевелится, Низко стелется птица, пролетев над моей головой.
8. «

   Любите живопись, поэты! Лишь ей, единственной, дано Души изменчивой предметы Переносить на полотно.

   Любите живопись, поэты! Лишь ей, единственной, дано Души изменчивой предметы Переносить на полотно.
9. «

   И слышу я знакомое сказанье, Как правда кривду вызвала на бой, Как одолела кривда, и крестьяне С тех пор живут, обижены судьбой.

   И слышу я знакомое сказанье, Как правда кривду вызвала на бой, Как одолела кривда, и крестьяне С тех пор живут, обижены судьбой.
10. «

    Чужая радость так же, как своя, Томит её и вон из сердца рвётся, И девочка ликует и смеётся, Охваченная счастьем бытия.

    Чужая радость так же, как своя, Томит её и вон из сердца рвётся, И девочка ликует и смеётся, Охваченная счастьем бытия.
11. «

    Человеческой силе Не положен предел: Он, и стоя в могиле, Сделал то, что хотел.

    Человеческой силе Не положен предел: Он, и стоя в могиле, Сделал то, что хотел.
12. «

    Стихотворение подобно человеку — у него есть лицо, ум и сердце. Если человек не дикарь и не глупец, его лицо всегда более или менее спокойно. Так же спокойно должно быть и лицо стихотворения. Умный читатель под покровом внешнего спокойствия отлично видит все игралище ума и сердца.

    Стихотворение подобно человеку — у него есть лицо, ум и сердце. Если человек не дикарь и не глупец, его лицо всегда более или менее спокойно. Так же спокойно должно быть и лицо стихотворения. Умный читатель под покровом внешнего спокойствия отлично видит все игралище ума и сердца.
13. «

    Я увидел во сне можжевеловый куст, Я услышал вдали металлический хруст, Аметистовых ягод услышал я звон, И во сне, в тишине, мне понравился он.

    Я увидел во сне можжевеловый куст, Я услышал вдали металлический хруст, Аметистовых ягод услышал я звон, И во сне, в тишине, мне понравился он.
14. «

    У нас, монголов, дисциплина, Убил — и сам иди под меч. Выходит, наша писанина Не та, чтоб выгоду извлечь.

    У нас, монголов, дисциплина, Убил — и сам иди под меч. Выходит, наша писанина Не та, чтоб выгоду извлечь.
15. «

    Я склонюсь над твоими коленями, Обниму их с неистовой силою, И слезами и стихотвореньями Обожгу тебя, горькую, милую.

    Я склонюсь над твоими коленями, Обниму их с неистовой силою, И слезами и стихотвореньями Обожгу тебя, горькую, милую.
16. «

    В краю чудес, в краю живых растений, Несовершенной мудростью дыша, Зачем ты просишь новых впечатлений И новых бурь, пытливая душа? Не обольщайся призраком покоя: Бывает жизнь обманчива на вид. Настанет час, и утро роковое Твои мечты, сверкая, ослепит.

    В краю чудес, в краю живых растений, Несовершенной мудростью дыша, Зачем ты просишь новых впечатлений И новых бурь, пытливая душа? Не обольщайся призраком покоя: Бывает жизнь обманчива на вид. Настанет час, и утро роковое Твои мечты, сверкая, ослепит.
17. «

    Мой зонтик рвется, точно птица, И вырывается, треща. Шумит над миром и дымится Сырая хижина дождя.

    Мой зонтик рвется, точно птица, И вырывается, треща. Шумит над миром и дымится Сырая хижина дождя.
18. «

    Тот, кто жизнью живет настоящей, Кто к поэзии с детства привык, Вечно верует в животворящий, Полный разума русский язык.

    Тот, кто жизнью живет настоящей, Кто к поэзии с детства привык, Вечно верует в животворящий, Полный разума русский язык.
19. «

    Два мира есть у человека: Один, который нас творил, Другой, который мы от века Творим по мере наших сил.

    Два мира есть у человека: Один, который нас творил, Другой, который мы от века Творим по мере наших сил.
20. «

    Трепать язык умеет всякий, Но надо так трепать язык, Чтоб щи не путать с кулебякой И с запятыми заковык.

    Трепать язык умеет всякий, Но надо так трепать язык, Чтоб щи не путать с кулебякой И с запятыми заковык.