27 цитат Николая Яковлевича Агнивцева — избранное

Николай Яковлевич Агнивцев — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 27 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Если хочешь, для тебя я Пропою здесь серенаду, Буду петь, не умолкая, Хоть четыре ночи кряду?

   Если хочешь, для тебя я Пропою здесь серенаду, Буду петь, не умолкая, Хоть четыре ночи кряду?
2. «

   У нее — зеленый капор И такие же глаза; У нее на сердце — прапор, На колечке — бирюза! Ну и что же тут такого?.. Называется ж она Марь-Иванна Иванова И живет уж издавна -

   У нее — зеленый капор И такие же глаза; У нее на сердце — прапор, На колечке — бирюза! Ну и что же тут такого?.. Называется ж она Марь-Иванна Иванова И живет уж издавна -
3. «

   В этот вечер над Невою Встал туман!... И град Петра Запахнулся с головою В белый плащ из серебра... И тотчас же, для начала, С томным криком, вдалеке, Поскользнулась и упала Дама с мушкой на щеке.

   В этот вечер над Невою Встал туман!... И град Петра Запахнулся с головою В белый плащ из серебра... И тотчас же, для начала, С томным криком, вдалеке, Поскользнулась и упала Дама с мушкой на щеке.
4. «

   Скажите мне, что может быть Прекрасней Невской перспективы, Когда огней вечерних нить Начнет размеренно чертить В тумане красные извивы?! Скажите мне, что может быть Прекрасней Невской перспективы?..

   Скажите мне, что может быть Прекрасней Невской перспективы, Когда огней вечерних нить Начнет размеренно чертить В тумане красные извивы?! Скажите мне, что может быть Прекрасней Невской перспективы?..
5. «

   Ужель в скитаниях по миpy Вас не пронзит ни разу, вдруг, Молниеносною рапирой Стальное слово «Петербург»?

   Ужель в скитаниях по миpy Вас не пронзит ни разу, вдруг, Молниеносною рапирой Стальное слово «Петербург»?
6. «

   Санкт-Петербург — гранитный город, Взнесенный Словом над Невой, Где небосвод давно распорот Адмиралтейскою иглой!

   Санкт-Петербург — гранитный город, Взнесенный Словом над Невой, Где небосвод давно распорот Адмиралтейскою иглой!
7. «

   Белой ночью белый ландыш Я воткну, грустя, в петлицу И пойду за белой сказкой В белый призрачный туман...

   Белой ночью белый ландыш Я воткну, грустя, в петлицу И пойду за белой сказкой В белый призрачный туман...
8. «

   Поймете ль вы, чужие страны, Меня в безумии моем?.. Ведь это Юность из тумана Мне машет белым рукавом!..

   Поймете ль вы, чужие страны, Меня в безумии моем?.. Ведь это Юность из тумана Мне машет белым рукавом!..
9. «

   Вы не видали господина, Виновника сердечных мук? На нем — цилиндр и пелерина И бледно-палевый сюртук.

   Вы не видали господина, Виновника сердечных мук? На нем — цилиндр и пелерина И бледно-палевый сюртук.
10. «

    Вы помните былые дни, Когда вся жизнь была иною?! Как были праздничны они Над петербургскою Невою!!

    Вы помните былые дни, Когда вся жизнь была иною?! Как были праздничны они Над петербургскою Невою!!
11. «

    Вот раскрытое окошко! И задумчиво сидит В том окошке рядом с кошкой Госпожа Агнесса Шмидт. Где-то мерно бьет «12»... И, взглянувши на чулки, Стала тихо раздеваться Госпожа Агнесса... И -

    Вот раскрытое окошко! И задумчиво сидит В том окошке рядом с кошкой Госпожа Агнесса Шмидт. Где-то мерно бьет «12»... И, взглянувши на чулки, Стала тихо раздеваться Госпожа Агнесса... И -
12. «

    В Константинополе у турка Валялся, порван и загажен, «План города С.-Петербурга» («В квадратном дюйме — 300 сажень...»)

    В Константинополе у турка Валялся, порван и загажен, «План города С.-Петербурга» («В квадратном дюйме — 300 сажень...»)
13. «

    А разноцветные цыгане На Черной речке, за мостом, Когда в предутреннем тумане Все кувыркается вверх дном;

    А разноцветные цыгане На Черной речке, за мостом, Когда в предутреннем тумане Все кувыркается вверх дном;
14. «

    Москва и Kиeв задрожали, Когда Петр, в треске финских скал, Ногой из золота и стали Болото невское попрал...

    Москва и Kиeв задрожали, Когда Петр, в треске финских скал, Ногой из золота и стали Болото невское попрал...
15. «

    Ах, я устала, так что даже Ушла, покинув царский бал!.. Сам Император в Эрмитаже Со мной сегодня танцевал!

    Ах, я устала, так что даже Ушла, покинув царский бал!.. Сам Император в Эрмитаже Со мной сегодня танцевал!
16. «

    В высокой башне жил-да-был Почтенный Звездочет. Он был учен и очень мудр, Но шутит зло Эрот. И вот в одно из вешних утр Женился Звездочет. Она грустна, она бледна, У ней влюбленный вид, А звездочет всю ночь сполна За звездами следит. Бледнея каждою весной, Как лилия в снегу, Она с особою тоской Глядела на слугу... Коль мужем стать пришлось, Смотри ты лучше за женой, А звезды — брось!

    В высокой башне жил-да-был Почтенный Звездочет. Он был учен и очень мудр, Но шутит зло Эрот. И вот в одно из вешних утр Женился Звездочет. Она грустна, она бледна, У ней влюбленный вид, А звездочет всю ночь сполна За звездами следит. Бледнея каждою весной, Как лилия в снегу, Она с особою тоской Глядела на слугу... Коль мужем стать пришлось, Смотри ты лучше за женой, А звезды — брось!
17. «

    Вы не бывали на канале? На погрузившемся в печаль Екатерининском канале, Где воды тяжелее стали За двести лет бежать устали И побегут опять едва ль... Вы там наверное бывали? А не бывали — очень жаль!

    Вы не бывали на канале? На погрузившемся в печаль Екатерининском канале, Где воды тяжелее стали За двести лет бежать устали И побегут опять едва ль... Вы там наверное бывали? А не бывали — очень жаль!
18. «

    И, опершись на колоннады, Встают незыблемой чредой Дворцов гранитные громады Над потемневшею Невой!..

    И, опершись на колоннады, Встают незыблемой чредой Дворцов гранитные громады Над потемневшею Невой!..
19. «

    «Кюба!» «Контан!» «Медведь!» «Донон!» Чьи имена в шампанской пене Взлетели в Невский небосклон В своем сверкающем сплетеньи!..

    «Кюба!» «Контан!» «Медведь!» «Донон!» Чьи имена в шампанской пене Взлетели в Невский небосклон В своем сверкающем сплетеньи!..
20. «

    Смерть с Безумьем устроили складчину! И, сменив на порфиру камзол, В Петербург прискакавши из Гатчины, Павел 1-ый взошел на престол.

    Смерть с Безумьем устроили складчину! И, сменив на порфиру камзол, В Петербург прискакавши из Гатчины, Павел 1-ый взошел на престол.