40 известных цитат Николая Яковлевича Агнивцева

Николай Яковлевич Агнивцев — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 40 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Ужель в скитаниях по миpy Вас не пронзит ни разу, вдруг, Молниеносною рапирой Стальное слово «Петербург»?

   Ужель в скитаниях по миpy Вас не пронзит ни разу, вдруг, Молниеносною рапирой Стальное слово «Петербург»?
2. «

   В Париж! В Париж! Как странно-сладко Ты, сердце, в этот миг стучишь!.. Прощайте, невские туманы, Нева и Петр! — В Париж! В Париж!

   В Париж! В Париж! Как странно-сладко Ты, сердце, в этот миг стучишь!.. Прощайте, невские туманы, Нева и Петр! — В Париж! В Париж!
3. «

   Ах, как приятно в день весенний Урвать часок на променад И для галантных приключений Зайти в веселый Летний сад.

   Ах, как приятно в день весенний Урвать часок на променад И для галантных приключений Зайти в веселый Летний сад.
4. «

   В Константинополе у турка Валялся, порван и загажен, «План города С.-Петербурга» («В квадратном дюйме — 300 сажень...»)

   В Константинополе у турка Валялся, порван и загажен, «План города С.-Петербурга» («В квадратном дюйме — 300 сажень...»)
5. «

   Но в Вечность огненным закатом Ушли былые времена. И, ныне, в 910-ом Иные встали имена.

   Но в Вечность огненным закатом Ушли былые времена. И, ныне, в 910-ом Иные встали имена.
6. «

   Вот раскрытое окошко! И задумчиво сидит В том окошке рядом с кошкой Госпожа Агнесса Шмидт. Где-то мерно бьет «12»... И, взглянувши на чулки, Стала тихо раздеваться Госпожа Агнесса... И -

   Вот раскрытое окошко! И задумчиво сидит В том окошке рядом с кошкой Госпожа Агнесса Шмидт. Где-то мерно бьет «12»... И, взглянувши на чулки, Стала тихо раздеваться Госпожа Агнесса... И -
7. «

   Как вздрогнул мозг, как сердце сжалось! Весь день без слов, вся ночь без сна!.. Сегодня в руки мне попалась Коробка спичек Лапшина.

   Как вздрогнул мозг, как сердце сжалось! Весь день без слов, вся ночь без сна!.. Сегодня в руки мне попалась Коробка спичек Лапшина.
8. «

   «Кюба!» «Контан!» «Медведь!» «Донон!» Чьи имена в шампанской пене Взлетели в Невский небосклон В своем сверкающем сплетеньи!..

   «Кюба!» «Контан!» «Медведь!» «Донон!» Чьи имена в шампанской пене Взлетели в Невский небосклон В своем сверкающем сплетеньи!..
9. «

   Поймете ль вы, чужие страны, Меня в безумии моем?.. Ведь это Юность из тумана Мне машет белым рукавом!..

   Поймете ль вы, чужие страны, Меня в безумии моем?.. Ведь это Юность из тумана Мне машет белым рукавом!..
10. «

    Там, где Российской Клеопатры Чугунный взор так горделив, Александринского театра Чеканный высится массив.

    Там, где Российской Клеопатры Чугунный взор так горделив, Александринского театра Чеканный высится массив.
11. «

    Ах, Санкт-Петербург, все в тебе очень странно, Серебряно-призрачный город туманов! Ах, Петербург, красавиц «мушки», Дворцы, каналы, Невский твой! И Александр Сергеич Пушкин У парапета над Невой!

    Ах, Санкт-Петербург, все в тебе очень странно, Серебряно-призрачный город туманов! Ах, Петербург, красавиц «мушки», Дворцы, каналы, Невский твой! И Александр Сергеич Пушкин У парапета над Невой!
12. «

    Санкт-Петербург — гранитный город, Взнесенный Словом над Невой, Где небосвод давно распорот Адмиралтейскою иглой!

    Санкт-Петербург — гранитный город, Взнесенный Словом над Невой, Где небосвод давно распорот Адмиралтейскою иглой!
13. «

    Вы не бывали на канале? На погрузившемся в печаль Екатерининском канале, Где воды тяжелее стали За двести лет бежать устали И побегут опять едва ль... Вы там наверное бывали? А не бывали — очень жаль!

    Вы не бывали на канале? На погрузившемся в печаль Екатерининском канале, Где воды тяжелее стали За двести лет бежать устали И побегут опять едва ль... Вы там наверное бывали? А не бывали — очень жаль!
14. «

    В этот вечер над Невою Встал туман!... И град Петра Запахнулся с головою В белый плащ из серебра... И тотчас же, для начала, С томным криком, вдалеке, Поскользнулась и упала Дама с мушкой на щеке.

    В этот вечер над Невою Встал туман!... И град Петра Запахнулся с головою В белый плащ из серебра... И тотчас же, для начала, С томным криком, вдалеке, Поскользнулась и упала Дама с мушкой на щеке.
15. «

    Вы помните тот вечно-звонный Неугомонный красный дом, Вздымающий свои фронтоны В великолепии своем?

    Вы помните тот вечно-звонный Неугомонный красный дом, Вздымающий свои фронтоны В великолепии своем?
16. «

    У нее — зеленый капор И такие же глаза; У нее на сердце — прапор, На колечке — бирюза! Ну и что же тут такого?.. Называется ж она Марь-Иванна Иванова И живет уж издавна -

    У нее — зеленый капор И такие же глаза; У нее на сердце — прапор, На колечке — бирюза! Ну и что же тут такого?.. Называется ж она Марь-Иванна Иванова И живет уж издавна -
17. «

    В высокой башне жил-да-был Почтенный Звездочет. Он был учен и очень мудр, Но шутит зло Эрот. И вот в одно из вешних утр Женился Звездочет. Она грустна, она бледна, У ней влюбленный вид, А звездочет всю ночь сполна За звездами следит. Бледнея каждою весной, Как лилия в снегу, Она с особою тоской Глядела на слугу... Коль мужем стать пришлось, Смотри ты лучше за женой, А звезды — брось!

    В высокой башне жил-да-был Почтенный Звездочет. Он был учен и очень мудр, Но шутит зло Эрот. И вот в одно из вешних утр Женился Звездочет. Она грустна, она бледна, У ней влюбленный вид, А звездочет всю ночь сполна За звездами следит. Бледнея каждою весной, Как лилия в снегу, Она с особою тоской Глядела на слугу... Коль мужем стать пришлось, Смотри ты лучше за женой, А звезды — брось!
18. «

    Рассветает! Даль зовет В вихри звоном санным!.. Тройка стынет у ворот... — «Ну-ка, Петр, к цыганам!»...

    Рассветает! Даль зовет В вихри звоном санным!.. Тройка стынет у ворот... — «Ну-ка, Петр, к цыганам!»...
19. «

    В моем изгнаньи бесконечном Я видел все, чем мир дивит: От башни Эйфеля до вечных Легендо-звонных пирамид!..

    В моем изгнаньи бесконечном Я видел все, чем мир дивит: От башни Эйфеля до вечных Легендо-звонных пирамид!..
20. «

    Ужели вы не проезжали В немного странной вышине На старомодном «империале» По Петербургской стороне?

    Ужели вы не проезжали В немного странной вышине На старомодном «империале» По Петербургской стороне?