Что говорил Нил Гейман: 749 цитат

Ниже 749 цитат Нила Геймана — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Если уж она устанет, то спит, пока сама не проснется. Через несколько минут или сотню лет. Разбудить ее нельзя. Можно с таким же успехом попытаться разбудить атомную бомбу.

   Если уж она устанет, то спит, пока сама не проснется. Через несколько минут или сотню лет. Разбудить ее нельзя. Можно с таким же успехом попытаться разбудить атомную бомбу.

   — Океан в конце дороги · книга
2. «

   – Скажи, ради чего такого важного ты решил умереть? – Ради информации, – прошептал маркиз. – Люди говорят тебе гораздо больше, если знают, что ты вот-вот умрешь. И еще больше, когда ты уже умер.

   – Скажи, ради чего такого важного ты решил умереть? – Ради информации, – прошептал маркиз. – Люди говорят тебе гораздо больше, если знают, что ты вот-вот умрешь. И еще больше, когда ты уже умер.

   — Бейли · книга
3. «

   – На кого вы работаете? – Ну, это совсем простой вопрос, – ответил мистер Круп. – Мы работаем на нашего работодателя, который не желает раскрывать своего имени.

   – На кого вы работаете? – Ну, это совсем простой вопрос, – ответил мистер Круп. – Мы работаем на нашего работодателя, который не желает раскрывать своего имени.

   — маркиз Карабас · книга
4. «

   Вот вы стоите рядом, а вполне может быть, вы бесконечно далеки и друг от друга, и от самой истины.

   Вот вы стоите рядом, а вполне может быть, вы бесконечно далеки и друг от друга, и от самой истины.

   — Лэтти Хэмпсток · книга
5. «

   В комнату вошёл халат Толстяка Чарли. В нём была девушка.

   В комнату вошёл халат Толстяка Чарли. В нём была девушка.

   — Сыновья Ананси · книга
6. «

   Не будь он твердо уверен в своей вменяемости, уверен до такой степени, которая обычно встречается только у тех, кто беспрекословно считает себя Юлием Цезарем, посланным спасти мир от адских полчищ, то решил, что сходит с ума.

   Не будь он твердо уверен в своей вменяемости, уверен до такой степени, которая обычно встречается только у тех, кто беспрекословно считает себя Юлием Цезарем, посланным спасти мир от адских полчищ, то решил, что сходит с ума.

   — Сыновья Ананси · книга
7. «

   Правду он считал по сути податливой и ранимой, скорее делом мнения, чем фактом.

   Правду он считал по сути податливой и ранимой, скорее делом мнения, чем фактом.

   — Сыновья Ананси · книга
8. «

   Будь моя воля, я бы дал людям возможность жить намного дольше, как старине Мафусаилу. Могло бы получиться очень интересно, ведь им надо будет прожить сотни лет, то они, возможно, начнут задумываться, стоит ли причинять столько вреда природе и экологии.

   Будь моя воля, я бы дал людям возможность жить намного дольше, как старине Мафусаилу. Могло бы получиться очень интересно, ведь им надо будет прожить сотни лет, то они, возможно, начнут задумываться, стоит ли причинять столько вреда природе и экологии.

   — Терри Пратчетт · книга
9. «

   Она остается на краешке времени, непреклонная, целая и невредимая, всегда – по ту сторону, за пределом, и однажды ты откроешь глаза и увидишь ее, а потом не увидишь вообще ничего – только тьму. Это будет не больно. Она нежно подхватит тебя – как перышко. Не срежет острым серпом, а сорвет, как цветок – чтобы украсить прическу.

   Она остается на краешке времени, непреклонная, целая и невредимая, всегда – по ту сторону, за пределом, и однажды ты откроешь глаза и увидишь ее, а потом не увидишь вообще ничего – только тьму. Это будет не больно. Она нежно подхватит тебя – как перышко. Не срежет острым серпом, а сорвет, как цветок – чтобы украсить прическу.

   — Странные Девочки · книга
10. «

    — А ты? Почему ты делаешь то, что ты делаешь? — Потому что мне так хочется. Поэтому это правильно.

    — А ты? Почему ты делаешь то, что ты делаешь? — Потому что мне так хочется. Поэтому это правильно.

    — Тень · книга
11. «

    А испуганные коты могут начать драться и царапаться, если дать им малейший повод, даже если они на вашей стороне.

    А испуганные коты могут начать драться и царапаться, если дать им малейший повод, даже если они на вашей стороне.

    — Коралина · книга
12. «

    – Это прозвище? – спросил он. – Что? – Дверь. – Нет. Меня так и зовут – Дверь. – Дверь? – Да, как то, что ты открываешь, чтобы куда-нибудь войти. – А… – Чтобы сказать хоть что-нибудь, Ричард брякнул: – Что за имя такое – Дверь? Она подняла на него свои странного цвета глаза и ответила: – Мое имя, – и вернулась к Джейн Остен.

    – Это прозвище? – спросил он. – Что? – Дверь. – Нет. Меня так и зовут – Дверь. – Дверь? – Да, как то, что ты открываешь, чтобы куда-нибудь войти. – А… – Чтобы сказать хоть что-нибудь, Ричард брякнул: – Что за имя такое – Дверь? Она подняла на него свои странного цвета глаза и ответила: – Мое имя, – и вернулась к Джейн Остен.

    — Ричард Мэхью · книга
13. «

    Но волки, они рождены, чтобы лгать. Я сел на песок, я смотрел на залив, На небо в лучах рожденной зари, И грезил о дне, когда мне умирать.

    Но волки, они рождены, чтобы лгать. Я сел на песок, я смотрел на залив, На небо в лучах рожденной зари, И грезил о дне, когда мне умирать.

    — Дым и зеркала · книга
14. «

    Я не могла отвести тебя к океану, — пояснила она. — Но ничто не мешало мне принести океан к тебе.

    Я не могла отвести тебя к океану, — пояснила она. — Но ничто не мешало мне принести океан к тебе.

    — Океан в конце дороги · книга
15. «

    Ангел Ислингтон, стоявший рядом с ней, повернулся и широко улыбнулся. В его улыбке читались сочувствие и теплота, и Ричарду стало страшно.

    Ангел Ислингтон, стоявший рядом с ней, повернулся и широко улыбнулся. В его улыбке читались сочувствие и теплота, и Ричарду стало страшно.

    — Никогде · книга
16. «

    У каждого, кто когда-нибудь был или будет, есть песня. Она не похожа на песню, у которой есть автор. В ней особая мелодия и особые слова. И очень немногим дано пропеть свою собственную песню. Большинство из нас боятся, что голоса не хватит, или что слова слишком глупые, или слишком честные, или слишком странные. Та что вместо этого люди свои песни проживают.

    У каждого, кто когда-нибудь был или будет, есть песня. Она не похожа на песню, у которой есть автор. В ней особая мелодия и особые слова. И очень немногим дано пропеть свою собственную песню. Большинство из нас боятся, что голоса не хватит, или что слова слишком глупые, или слишком честные, или слишком странные. Та что вместо этого люди свои песни проживают.

    — Сыновья Ананси · книга
17. «

    Сегодняшнее будущее — это завтрашнее вчера.

    Сегодняшнее будущее — это завтрашнее вчера.

    — Американские боги · книга
18. «

    Творите! Я не шучу. Муж сбежал с политиком? Творите! Удав-мутант сломал и отъел вам ногу? Творите! Вас преследует налоговая полиция? Творите! Взорвалась кошка? Творите! Кто-то в интернете считает ваши работы тупыми, злыми или вторичными? Творите! Делайте то, что никто лучше вас не сделает. Творите!

    Творите! Я не шучу. Муж сбежал с политиком? Творите! Удав-мутант сломал и отъел вам ногу? Творите! Вас преследует налоговая полиция? Творите! Взорвалась кошка? Творите! Кто-то в интернете считает ваши работы тупыми, злыми или вторичными? Творите! Делайте то, что никто лучше вас не сделает. Творите!

    — Творите! · книга
19. «

    ... Дурная слава хуже хорошей, но гораздо лучше бесславия.

    ... Дурная слава хуже хорошей, но гораздо лучше бесславия.

    — Терри Пратчетт · книга
20. «

    Когда не знаешь, куда идти, дорога всегда кажется длиннее, не замечали? Первый раз идешь будто целую вечность, а потом хоп — и уже на месте.

    Когда не знаешь, куда идти, дорога всегда кажется длиннее, не замечали? Первый раз идешь будто целую вечность, а потом хоп — и уже на месте.

    — Американские боги · книга