Нора Робертс: 66 фраз, которые разошлись на цитаты

Подборка из 66 цитат Норы Робертса: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Магия существует. Кто усомнится, когда есть радуга и луговые цветы, музыка ветра, молчание звезд? Каждого полюбившего коснулась магия. Это очень простая и самая удивительная часть нашей жизни.

   Магия существует. Кто усомнится, когда есть радуга и луговые цветы, музыка ветра, молчание звезд? Каждого полюбившего коснулась магия. Это очень простая и самая удивительная часть нашей жизни.

   — Очарованные · книга
2. «

   Любовь – штука серьезная. Если мужчина не торопится с выбором, это значит, что выбор будет хорошим.

   Любовь – штука серьезная. Если мужчина не торопится с выбором, это значит, что выбор будет хорошим.

   — Небо Монтаны · книга
3. «

   Любовь иногда увядает и умирает. Но она не может расти и расцветать, предначертанная свыше, она может только делаться больше и сильнее.

   Любовь иногда увядает и умирает. Но она не может расти и расцветать, предначертанная свыше, она может только делаться больше и сильнее.

   — Орудие ведьмы - любовь · книга
4. «

   В человека закладывается не только цвет глаз и форма носа, но и задатки личности, умственные способности, тип темперамента.

   В человека закладывается не только цвет глаз и форма носа, но и задатки личности, умственные способности, тип темперамента.

   — Ева Даллас · книга
5. «

   Мужчина становится взрослым, когда из сисек разных женщин он выбирает коленки одной-единственной.

   Мужчина становится взрослым, когда из сисек разных женщин он выбирает коленки одной-единственной.

   — Образ смерти · книга
6. «

   Глупо бояться темноты в мире, где так много других причин для страха.

   Глупо бояться темноты в мире, где так много других причин для страха.

   — Сибил · книга
7. «

   Страсть – это сильное возбуждающее чувство, хотя и стихийное. Подчиняешься ты ей или нет, она будоражит кровь.

   Страсть – это сильное возбуждающее чувство, хотя и стихийное. Подчиняешься ты ей или нет, она будоражит кровь.

   — Подсказка для спящей красавицы · книга
8. «

   — Откуда ты вообще узнал, куда я поехала? — Подъехал к конторе Долана. Секретарша была бледна и вся дрожала. Я спросил, не навестил ли ее огнедышащий дракон в женском обличье. Дальше все было элементарно.

   — Откуда ты вообще узнал, куда я поехала? — Подъехал к конторе Долана. Секретарша была бледна и вся дрожала. Я спросил, не навестил ли ее огнедышащий дракон в женском обличье. Дальше все было элементарно.

   — Джейкоб Грейстоун · книга
9. «

   Мужчиной становятся лишь тогда, когда в большой компании женщин начинают сходить с ума от вида коленки одной единственной девушки.

   Мужчиной становятся лишь тогда, когда в большой компании женщин начинают сходить с ума от вида коленки одной единственной девушки.

   — Рорк · книга
10. «

    Когда так беспокоишься, трудно мыслить ясно, замечать детали. Он любит тебя. Когда тебе больно, ему тоже больно.

    Когда так беспокоишься, трудно мыслить ясно, замечать детали. Он любит тебя. Когда тебе больно, ему тоже больно.

    — Просто будь рядом · книга
11. «

    Никто не желает начинать все сызнова. И те, кто говорит, что желает этого, или врут, или находятся под влиянием иллюзии, но по большей части это лжецы. Люди просто хотят начать снова с того места, где они оступились, и пойти другим путем, не обременяя себя багажом прошлого. Те, которым это удается, счастливчики, потому что они способны отбросить прочь такую неудобную ношу. Как чувство вины или роковые последствия.

    Никто не желает начинать все сызнова. И те, кто говорит, что желает этого, или врут, или находятся под влиянием иллюзии, но по большей части это лжецы. Люди просто хотят начать снова с того места, где они оступились, и пойти другим путем, не обременяя себя багажом прошлого. Те, которым это удается, счастливчики, потому что они способны отбросить прочь такую неудобную ношу. Как чувство вины или роковые последствия.

    — Голос из прошлого · книга
12. «

    Я знаю, что хочу тебе сказать, — произнес он, теперь уже спокойнее. — Что я хочу для тебя сделать, хотя не уверен, правильно ли я поступлю в обоих случаях. Но я также знаю, что дело не во мне — просто все, что причинят тебе боль, затягивает и меня. А это... об этом можно и потом поговорить. Просто тебе нужно разобраться, покончить с этим. Я это знаю. Мира тебе поможет. Она поможет нам обоим.

    Я знаю, что хочу тебе сказать, — произнес он, теперь уже спокойнее. — Что я хочу для тебя сделать, хотя не уверен, правильно ли я поступлю в обоих случаях. Но я также знаю, что дело не во мне — просто все, что причинят тебе боль, затягивает и меня. А это... об этом можно и потом поговорить. Просто тебе нужно разобраться, покончить с этим. Я это знаю. Мира тебе поможет. Она поможет нам обоим.

    — Просто будь рядом · книга
13. «

    Человек – существо легковерное. И всегда находятся личности, которые умеют этим легковерием воспользоваться.

    Человек – существо легковерное. И всегда находятся личности, которые умеют этим легковерием воспользоваться.

    — Ритуал смерти · книга
14. «

    – Черт бы тебя побрал, Ева! Что ты сделала со своим лицом? – Я не виновата. – Слегка обидевшись, она осторожно ощупала скулу. – Кто-то толкнул меня прямо на кулак одного парня, когда я пыталась остановить его, чтобы он не забил до смерти другого парня, который онанировал в метро. Не могу винить того парня, который с кулаком, он целил не в меня. Но все равно больно. – Моя жизнь, – сокрушенно покачал головой Рорк, – была чередой серых будней, пока в нее не вошла ты. – Ну да, я вся прямо сверкаю и переливаюсь как радуга. – Ева подвигала челюстью. – Во всяком случае, лицо. Ты в силах заняться нудной работой? – Готов рассмотреть такую возможность. Но сперва наложим что-нибудь на этот синяк. – Да ничего страшного. Знаешь, парень из транспортной полиции сказал мне, что тот парень регулярно ездит по этой линии. Все его знают. Его прозвали Дерганый Вилли. – Какая очаровательная деталь нью-йоркского пейзажа! – Рорк потащил ее к лифту. – Мне уже самому хочется прокатиться в метро.

    – Черт бы тебя побрал, Ева! Что ты сделала со своим лицом? – Я не виновата. – Слегка обидевшись, она осторожно ощупала скулу. – Кто-то толкнул меня прямо на кулак одного парня, когда я пыталась остановить его, чтобы он не забил до смерти другого парня, который онанировал в метро. Не могу винить того парня, который с кулаком, он целил не в меня. Но все равно больно. – Моя жизнь, – сокрушенно покачал головой Рорк, – была чередой серых будней, пока в нее не вошла ты. – Ну да, я вся прямо сверкаю и переливаюсь как радуга. – Ева подвигала челюстью. – Во всяком случае, лицо. Ты в силах заняться нудной работой? – Готов рассмотреть такую возможность. Но сперва наложим что-нибудь на этот синяк. – Да ничего страшного. Знаешь, парень из транспортной полиции сказал мне, что тот парень регулярно ездит по этой линии. Все его знают. Его прозвали Дерганый Вилли. – Какая очаровательная деталь нью-йоркского пейзажа! – Рорк потащил ее к лифту. – Мне уже самому хочется прокатиться в метро.

    — Рорк · книга
15. «

    Жизнь имитирует искусство.

    Жизнь имитирует искусство.

    — Рорк · книга
16. «

    — Фруктовый пирог? — переспросил Фини. — О Господи… Валяйте! — Ева беспомощно вскинула руки. — Ешьте, пейте, веселитесь! Каждое массовое убийство надо отмечать фруктовым пирогом.

    — Фруктовый пирог? — переспросил Фини. — О Господи… Валяйте! — Ева беспомощно вскинула руки. — Ешьте, пейте, веселитесь! Каждое массовое убийство надо отмечать фруктовым пирогом.

    — Райан Фини · книга
17. «

    — Извините <...>, мне придется попросить вас следить за своим языком. Мой коллега — человек очень впечатлительный. — Вот поди и трахни его! — Да я, собственно, уже. И знаете, это было совсем неплохо. Но к делу отношения не имеет.

    — Извините <...>, мне придется попросить вас следить за своим языком. Мой коллега — человек очень впечатлительный. — Вот поди и трахни его! — Да я, собственно, уже. И знаете, это было совсем неплохо. Но к делу отношения не имеет.

    — Остин · книга
18. «

    — Аллея Спокойствия! — проворчала Ева, прожевывая мясо.-И кто такие названия придумывает? — Ну, ты,.конечно, предпочла бы «проезд Пни Меня в Зад» — Любой бы предпочел!

    — Аллея Спокойствия! — проворчала Ева, прожевывая мясо.-И кто такие названия придумывает? — Ну, ты,.конечно, предпочла бы «проезд Пни Меня в Зад» — Любой бы предпочел!

    — Ева Даллас · книга
19. «

    — Разные люди на свете живут... — Вот тем-то и нехорош этот свет — в нем люди живут.

    — Разные люди на свете живут... — Вот тем-то и нехорош этот свет — в нем люди живут.

    — Рорк · книга
20. «

    Конечно, это тоже малодушие, но что такое один акт малодушия в глобальном масштабе? Песчинка, капля, миг… Эта мысль взбодрила Колли, и она даже улыбнулась лукавой улыбкой, ударив по струнам и выводя первые ноты. Потребовалось не больше тридцати секунд. Он заколотил кулаками по смежной с ее комнатой стене. Усмехнувшись, она продолжала играть. Он продолжал молотить по стене. Через несколько секунд стук в стену стих, она услыхала, как хлопнула его дверь, а через секунду он забарабанил в ее дверь. Колли не спеша отложила смычок, прислонила инструмент к стулу и пошла открывать. Он был взбешен, и вид у него был чертовски сексуальный. — Прекрати! — Прошу прощения? — Прекрати, — повторил он и слегка толкнул ее. — Я не шучу. — Не понимаю, о чем ты говоришь. И не смей толкаться. — В ответ она тоже толкнула его. — Ты прекрасно знаешь: я терпеть не могу, когда ты это играешь. — Я имею право играть на виолончели, когда захочу. Сейчас всего десять — детское время. Я никому не мешаю. — Мне плевать, который сейчас час, можешь играть хоть до рассвета, но только не это! — С каких это пор ты стал музыкальным критиком? Он вошел в комнату и захлопнул за собой дверь. — Не придуривайся. Ты играешь тему из «Челюстей» исключительно мне назло. Ты же знаешь, она действует мне на нервы. — По-моему, ни одной акулы в этой части Мэриленда не замечено на протяжении последнего тысячелетия. Так что можешь спать спокойно, тебе нечего опасаться. — Колли взяла смычок и слегка похлопала им по ладони.

    Конечно, это тоже малодушие, но что такое один акт малодушия в глобальном масштабе? Песчинка, капля, миг… Эта мысль взбодрила Колли, и она даже улыбнулась лукавой улыбкой, ударив по струнам и выводя первые ноты. Потребовалось не больше тридцати секунд. Он заколотил кулаками по смежной с ее комнатой стене. Усмехнувшись, она продолжала играть. Он продолжал молотить по стене. Через несколько секунд стук в стену стих, она услыхала, как хлопнула его дверь, а через секунду он забарабанил в ее дверь. Колли не спеша отложила смычок, прислонила инструмент к стулу и пошла открывать. Он был взбешен, и вид у него был чертовски сексуальный. — Прекрати! — Прошу прощения? — Прекрати, — повторил он и слегка толкнул ее. — Я не шучу. — Не понимаю, о чем ты говоришь. И не смей толкаться. — В ответ она тоже толкнула его. — Ты прекрасно знаешь: я терпеть не могу, когда ты это играешь. — Я имею право играть на виолончели, когда захочу. Сейчас всего десять — детское время. Я никому не мешаю. — Мне плевать, который сейчас час, можешь играть хоть до рассвета, но только не это! — С каких это пор ты стал музыкальным критиком? Он вошел в комнату и захлопнул за собой дверь. — Не придуривайся. Ты играешь тему из «Челюстей» исключительно мне назло. Ты же знаешь, она действует мне на нервы. — По-моему, ни одной акулы в этой части Мэриленда не замечено на протяжении последнего тысячелетия. Так что можешь спать спокойно, тебе нечего опасаться. — Колли взяла смычок и слегка похлопала им по ладони.

    — Колли Данбрук · книга