Подборка: 32 цитаты Олега Дивова

Олег Дивов — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 32 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Между прочим, вы никогда не задавались вопросом: что сказала (и какими именно словами) локомотивная бригада, задавившая Анну Каренину?

   Между прочим, вы никогда не задавались вопросом: что сказала (и какими именно словами) локомотивная бригада, задавившая Анну Каренину?

   — Максим Рублёв (Metroelf) · книга
2. «

   Если не хочешь нажить лишних врагов, никогда с малознакомыми людьми не говори о религии, политике и футболе.

   Если не хочешь нажить лишних врагов, никогда с малознакомыми людьми не говори о религии, политике и футболе.

   — Выбраковка · книга
3. «

   Рано или поздно революционный террор признается исчерпавшим себя. А поскольку при любом терроре невинно убиенных накапливается выше крыши, то есть и отличный повод разобраться с теми, кто террор проводил в жизнь. Доказав их расстрелом свою чистоту. Это просто ротация символов власти, шеф. Закон природы.

   Рано или поздно революционный террор признается исчерпавшим себя. А поскольку при любом терроре невинно убиенных накапливается выше крыши, то есть и отличный повод разобраться с теми, кто террор проводил в жизнь. Доказав их расстрелом свою чистоту. Это просто ротация символов власти, шеф. Закон природы.

   — Выбраковка · книга
4. «

   А где ты еще такое увидишь и такое переживешь? Нигде. Где полностью раскроешься во всей своей гнусности и всем своем благородстве? Где познаешь беспросветное отчаяние и научишься радоваться малому? Где найдешь верных товарищей, способных за тебя подставить лицо под удар, и врагов, которых готов будешь убить? Станешь настоящим интернационалистом, ненавидящим уродов любой национальности? Армия расширяет кругозор. Но портит характер.

   А где ты еще такое увидишь и такое переживешь? Нигде. Где полностью раскроешься во всей своей гнусности и всем своем благородстве? Где познаешь беспросветное отчаяние и научишься радоваться малому? Где найдешь верных товарищей, способных за тебя подставить лицо под удар, и врагов, которых готов будешь убить? Станешь настоящим интернационалистом, ненавидящим уродов любой национальности? Армия расширяет кругозор. Но портит характер.

   — Оружие возмездия · книга
5. «

   Метро в глазах обычного пассажира — сугубо подземный мир, автономный и самодостаточный. Вне поля зрения остается громадная надземная инфраструктура, без которой метрополитен просто невозможен. Ее как бы не существует. Работники метро, эти трудолюбивые гномы, тоже, наверное, живут и плодятся строго под землей. Где они добывают электричество, не имеет значения.

   Метро в глазах обычного пассажира — сугубо подземный мир, автономный и самодостаточный. Вне поля зрения остается громадная надземная инфраструктура, без которой метрополитен просто невозможен. Ее как бы не существует. Работники метро, эти трудолюбивые гномы, тоже, наверное, живут и плодятся строго под землей. Где они добывают электричество, не имеет значения.

   — Максим Рублёв (Metroelf) · книга
6. «

   Чтобы миф укоренился в сознании, главное — не давать человеку полной картины, пускай он видит только кусочек; на этом кусочке и пустит корни миф.

   Чтобы миф укоренился в сознании, главное — не давать человеку полной картины, пускай он видит только кусочек; на этом кусочке и пустит корни миф.

   — Максим Рублёв (Metroelf) · книга
7. «

   Сели в поезд на Щуке, двери пока открыты, народ бежит. Один из наших говорит: — А ты заметил, какие у людей, бегущих к открытым дверям поезда, счастливые, одухотворенные лица? Подумал и добавил: — И какие по-детски обиженные, когда двери закрываются перед самым носом…

   Сели в поезд на Щуке, двери пока открыты, народ бежит. Один из наших говорит: — А ты заметил, какие у людей, бегущих к открытым дверям поезда, счастливые, одухотворенные лица? Подумал и добавил: — И какие по-детски обиженные, когда двери закрываются перед самым носом…

   — Максим Рублёв (Metroelf) · книга
8. «

   Противопоставляете себя обществу. Хреновый симптом.

   Противопоставляете себя обществу. Хреновый симптом.

   — Успенский Олег Игоревич (адмирал Рашен) · книга
9. «

   Нам врагов не надо, сами справимся.

   Нам врагов не надо, сами справимся.

   — Оружие возмездия · книга
10. «

    Безумно хочется горячего шоколада с шариком мороженого, и нетерпеливое ожидание подмены скрашивает серость перегонов. Шоколад в фаст-фуде, мороженое в палатке. Этот суррогат трудно назвать шоколадом, но ощущение счастья — настоящее. Как мало надо для счастья.

    Безумно хочется горячего шоколада с шариком мороженого, и нетерпеливое ожидание подмены скрашивает серость перегонов. Шоколад в фаст-фуде, мороженое в палатке. Этот суррогат трудно назвать шоколадом, но ощущение счастья — настоящее. Как мало надо для счастья.

    — Максим Рублёв (Metroelf) · книга
11. «

    Тёща поставляется только в комплекте с женой. Помнишь, был при большевиках такой прием — товар в нагрузку? На полкило конфет два ящика дверных петель.

    Тёща поставляется только в комплекте с женой. Помнишь, был при большевиках такой прием — товар в нагрузку? На полкило конфет два ящика дверных петель.

    — Мастер · книга
12. «

    В принципе у человека нет права кончать с собой. И бог не велел, да и вообще это выход слабака или безумца. Но случаются частные случаи. Извини за тавтологию, или как это там... Случаются.

    В принципе у человека нет права кончать с собой. И бог не велел, да и вообще это выход слабака или безумца. Но случаются частные случаи. Извини за тавтологию, или как это там... Случаются.

    — Павел Гусев · книга
13. «

    Да, массовый российский читатель уверен, что его жизнь — дерьмо. Ему это вколачивают в сознание уже двадцать лет. Он отбрасывает газеты и книги, включает телевизор, но оттуда идет то же давление, ещё более эффективное... Раньше бездарно убеждали, будто кругом рай земной и коммунизм вот-вот. Теперь одарённо внушают совершенно противоположное. И куда бедному крестьянину податься?

    Да, массовый российский читатель уверен, что его жизнь — дерьмо. Ему это вколачивают в сознание уже двадцать лет. Он отбрасывает газеты и книги, включает телевизор, но оттуда идет то же давление, ещё более эффективное... Раньше бездарно убеждали, будто кругом рай земной и коммунизм вот-вот. Теперь одарённо внушают совершенно противоположное. И куда бедному крестьянину податься?

    — Лузгин · книга
14. «

    Как и многие другие изобретения, доставшиеся человечеству в наследство от талантливого, но своеобразного племени русских — вроде матерной ругани, пирогов и танца вприсядку, — дальняя космическая связь отличалась простотой замысла и ограниченным характером применения.

    Как и многие другие изобретения, доставшиеся человечеству в наследство от талантливого, но своеобразного племени русских — вроде матерной ругани, пирогов и танца вприсядку, — дальняя космическая связь отличалась простотой замысла и ограниченным характером применения.

    — Лучший экипаж Солнечной · книга
15. «

    Любой машинист однажды приходит к выводу: ему реально всё равно, четверг на дворе или сентябрь.

    Любой машинист однажды приходит к выводу: ему реально всё равно, четверг на дворе или сентябрь.

    — Максим Рублёв (Metroelf) · книга
16. «

    Бл-л-лядь! — выдохнул Боровский, продираясь сквозь охрану. — Ой, виноват, сэр! У нас ЧП. Мне Линда нужна позарез. А у вас тут... Виноват, сэр! Я лучше потом. - Какое еще ЧП? Зачем тебе Линда? Что, крыша поехала у кого-то? - Так точно, сэр! Старший навигатор Фальцфейн. Сначала категорически отказалась выполнять приказы, а потом взяла и е...нулась. Из-за перегородки высунулась Линда с баллоном анестетика в руке. — Давно пора, — заметила она. <...> Линда занята, — отрезал Рашен. — А Марго — расстрелять na hui. Не до нее сейчас. — Чего? — вылупился на адмирала Боровский. — Пойдемте, Жан-Поль, — сказал Эндрю, обнимая старпома за талию и вытаскивая в коридор. — Видите же, заняты люди. — Как это — расстрелять? — пробормотал Боровский. - Na hui, — объяснил Рашен. — И дверь закрой. В коридоре старпом обвел потрясенным взглядом охрану. У бойцов, которые разговор прекрасно слышали, вид тоже был так себе. - Мужики, — спросил Боровский. — А вы расстреливать умеете?

    Бл-л-лядь! — выдохнул Боровский, продираясь сквозь охрану. — Ой, виноват, сэр! У нас ЧП. Мне Линда нужна позарез. А у вас тут... Виноват, сэр! Я лучше потом. - Какое еще ЧП? Зачем тебе Линда? Что, крыша поехала у кого-то? - Так точно, сэр! Старший навигатор Фальцфейн. Сначала категорически отказалась выполнять приказы, а потом взяла и е...нулась. Из-за перегородки высунулась Линда с баллоном анестетика в руке. — Давно пора, — заметила она. <...> Линда занята, — отрезал Рашен. — А Марго — расстрелять na hui. Не до нее сейчас. — Чего? — вылупился на адмирала Боровский. — Пойдемте, Жан-Поль, — сказал Эндрю, обнимая старпома за талию и вытаскивая в коридор. — Видите же, заняты люди. — Как это — расстрелять? — пробормотал Боровский. - Na hui, — объяснил Рашен. — И дверь закрой. В коридоре старпом обвел потрясенным взглядом охрану. У бойцов, которые разговор прекрасно слышали, вид тоже был так себе. - Мужики, — спросил Боровский. — А вы расстреливать умеете?

    — Успенский Олег Игоревич (адмирал Рашен) · книга
17. «

    На всякий случай: метрополитен как защитное сооружение от ядерного удара рассчитан на двое суток, потом придётся вылезать. В случае большой катастрофы останутся без электричества система водоотлива, поддерживающие сухость в подземке. Довольно быстро метро окажется затоплено грунтовыми водами. Его зальёт по самые турникеты — и до свидания, подземный город.

    На всякий случай: метрополитен как защитное сооружение от ядерного удара рассчитан на двое суток, потом придётся вылезать. В случае большой катастрофы останутся без электричества система водоотлива, поддерживающие сухость в подземке. Довольно быстро метро окажется затоплено грунтовыми водами. Его зальёт по самые турникеты — и до свидания, подземный город.

    — Максим Рублёв (Metroelf) · книга
18. «

    Я люблю свою работу, но иногда я с нее охреневаю.

    Я люблю свою работу, но иногда я с нее охреневаю.

    — Максим Рублёв (Metroelf) · книга
19. «

    Родина нас не забудет... Потому что не вспомнит.

    Родина нас не забудет... Потому что не вспомнит.

    — Консультант по дурацким вопросам · книга
20. «

    Теперь вспомним другие лозунги Оруэлла. <...> Незнание — сила? Черт побери, безусловно. Именно незнание, осознанный отказ от информации — причина того, что русская интеллигенция лепит сейчас на аватарки жовтоблакитные флаги, поддерживая режим, которому наша армия отправилась обломать рога, чтобы больше не бодался. У них было восемь лет, чтобы понять, что именно случилось на Донбассе, и почему знать истинную подоплеку этих событий — очень важно. Они просто не захотели. Они выбрали незнание. И сами не заметили, как перешли на тёмную сторону.

    Теперь вспомним другие лозунги Оруэлла. <...> Незнание — сила? Черт побери, безусловно. Именно незнание, осознанный отказ от информации — причина того, что русская интеллигенция лепит сейчас на аватарки жовтоблакитные флаги, поддерживая режим, которому наша армия отправилась обломать рога, чтобы больше не бодался. У них было восемь лет, чтобы понять, что именно случилось на Донбассе, и почему знать истинную подоплеку этих событий — очень важно. Они просто не захотели. Они выбрали незнание. И сами не заметили, как перешли на тёмную сторону.