153 цитаты Ольги Громыко о жизни и людях

Ольга Громыко — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 153 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   — А вы умеете... летать? — задала я давно волнующий меня вопрос. Боги не обделили табунщика чувством юмора. — Смотря откуда прыгнуть. <...> — Ну, скажем, вон с той осины? — Аршинов десять пролечу. — По ветру или против? — Поперек.

   — А вы умеете... летать? — задала я давно волнующий меня вопрос. Боги не обделили табунщика чувством юмора. — Смотря откуда прыгнуть. <...> — Ну, скажем, вон с той осины? — Аршинов десять пролечу. — По ветру или против? — Поперек.

   — табунщик-вампир · книга
2. «

   Мудрость рождается в споре равных, а это было избиение младенца, да ещё на потеху публике. Такие велеречивые узлы безнадёжно распутывать, их можно только хорошенько рубануть.

   Мудрость рождается в споре равных, а это было избиение младенца, да ещё на потеху публике. Такие велеречивые узлы безнадёжно распутывать, их можно только хорошенько рубануть.

   — Альк · книга
3. «

   Кажется, я начал догадываться, почему её хотят убить. И занял очередь.

   Кажется, я начал догадываться, почему её хотят убить. И занял очередь.

   — Андрей Уланов · книга
4. «

   ... единственным ярким пятном был жизнерадостный плакат в розовых тонах <...> и надпись сверху: «Беременность — естественное состояние женщины». Выходит, до сих пор я пребывала в неестественном?!

   ... единственным ярким пятном был жизнерадостный плакат в розовых тонах <...> и надпись сверху: «Беременность — естественное состояние женщины». Выходит, до сих пор я пребывала в неестественном?!

   — Андрей Уланов · книга
5. «

   Даже чудеса подчиняются определённым условиям... Чтобы спрятаться в тенях, нужны тени. Чтобы заставить птицу запеть, нужна птица. Лоза не вырастет без семени, а огонь не загорится без дров.

   Даже чудеса подчиняются определённым условиям... Чтобы спрятаться в тенях, нужны тени. Чтобы заставить птицу запеть, нужна птица. Лоза не вырастет без семени, а огонь не загорится без дров.

   — Цветок камалейника · книга
6. «

   Настоящий воин должен уметь и готовить, и стирать, и сутками обходиться без еды и сна. Одно дело — в охотку помахать мечом на тренировке, вымыть руки и пойти в сад нюхать цветочки, мечтая о военной карьере, и совсем другое — возвращаться в лагерь после многочасовой резни, когда в одном плече у тебя торчит стрела, на другом висит смертельно раненный товарищ, и никто не ждёт тебя у костра с миской похлёбки и чистым бельём, а на рассвете надо снова идти в бой.

   Настоящий воин должен уметь и готовить, и стирать, и сутками обходиться без еды и сна. Одно дело — в охотку помахать мечом на тренировке, вымыть руки и пойти в сад нюхать цветочки, мечтая о военной карьере, и совсем другое — возвращаться в лагерь после многочасовой резни, когда в одном плече у тебя торчит стрела, на другом висит смертельно раненный товарищ, и никто не ждёт тебя у костра с миской похлёбки и чистым бельём, а на рассвете надо снова идти в бой.

   — Ролар · книга
7. «

   Делать мне нечего – до хрипоты с дураками спорить… умный бы с первого раза прислушался.

   Делать мне нечего – до хрипоты с дураками спорить… умный бы с первого раза прислушался.

   — Шелена · книга
8. «

   Но принцип «победителей не судят» обычно вызывает у этих самых победителей чувство вседозволенности, а в следующий раз им может и не повезти.

   Но принцип «победителей не судят» обычно вызывает у этих самых победителей чувство вседозволенности, а в следующий раз им может и не повезти.

   — Станислав Петухов · книга
9. «

   Крина ободряюще кивнула и удалилась на кухню, оставив меня наедине с моим интеллектом, то есть практически в одиночестве.

   Крина ободряюще кивнула и удалилась на кухню, оставив меня наедине с моим интеллектом, то есть практически в одиночестве.

   — Вольха Редная · книга
10. «

    Меч в моих руках — страшное оружие! Особенно для меня самой. Я уверена, что мечи — одушевлённые существа и они против меня что-то имеют.

    Меч в моих руках — страшное оружие! Особенно для меня самой. Я уверена, что мечи — одушевлённые существа и они против меня что-то имеют.

    — Вольха Редная · книга
11. «

    ... И невесть почему увидела себя черной желтоглазой кошкой. Независимой, своенравной, вольной уйти в любой момент, но терпеливо дремлющей на полке в ожидании хозяина. Чтобы, дождавшись, когда он придёт, поест и ляжет, в темноте неслышно вспрыгнуть на кровать, притулиться на груди, обогреть, приласкаться, ни о чём не расспрашивая, и выслушать, если он захочет рассказать. Потому что каждого человека должен кто-то ждать, беспокоиться, оберегать...

    ... И невесть почему увидела себя черной желтоглазой кошкой. Независимой, своенравной, вольной уйти в любой момент, но терпеливо дремлющей на полке в ожидании хозяина. Чтобы, дождавшись, когда он придёт, поест и ляжет, в темноте неслышно вспрыгнуть на кровать, притулиться на груди, обогреть, приласкаться, ни о чём не расспрашивая, и выслушать, если он захочет рассказать. Потому что каждого человека должен кто-то ждать, беспокоиться, оберегать...

    — Леся · книга
12. «

    Может, с религиозной точки зрения и правильнее предотвращать зло, но с житейской — наказывать его куда интереснее!

    Может, с религиозной точки зрения и правильнее предотвращать зло, но с житейской — наказывать его куда интереснее!

    — Капкан для некроманта · книга
13. «

    Так ли мне худо, насколько себя жалко.

    Так ли мне худо, насколько себя жалко.

    — Верные враги · книга
14. «

    Какой же ерундой кажутся все наши проблемы перед лицом самой последней. Когда важным становится лишь то, что ты не сделал и не досказал...

    Какой же ерундой кажутся все наши проблемы перед лицом самой последней. Когда важным становится лишь то, что ты не сделал и не досказал...

    — Верховная ведьма · книга
15. «

    — Помрешь? — Хрен тебе. — Это завещание? — Да — я же заметил, как ты мне завидуешь!

    — Помрешь? — Хрен тебе. — Это завещание? — Да — я же заметил, как ты мне завидуешь!

    — Альк · книга
16. «

    Беда с этими первыми помощниками – так и норовят тебя не только заместить, но и сместить.

    Беда с этими первыми помощниками – так и норовят тебя не только заместить, но и сместить.

    — Верные враги · книга
17. «

    Безликий, бездушный шрифт на экране уничтожает все очарование творчества. То ли дело рукопись: шелест бумаги, скрип ручки, каждая строчка – как уникальный рисунок!

    Безликий, бездушный шрифт на экране уничтожает все очарование творчества. То ли дело рукопись: шелест бумаги, скрип ручки, каждая строчка – как уникальный рисунок!

    — Казак · книга
18. «

    Ну, что это за глупое женское стремление нравиться всем мужчинам без исключения, даже врагам? Терпеть его не могу... но и перебороть не получается.

    Ну, что это за глупое женское стремление нравиться всем мужчинам без исключения, даже врагам? Терпеть его не могу... но и перебороть не получается.

    — Верные враги · книга
19. «

    – Бежим! – гаркнул Станислав. Уставное «отступаем!» никогда ему не нравилось: оптимизма в нем было больше, но и слогов – тоже. Экипаж выполнил команду быстро, единодушно и с поразительным энтузиазмом.

    – Бежим! – гаркнул Станислав. Уставное «отступаем!» никогда ему не нравилось: оптимизма в нем было больше, но и слогов – тоже. Экипаж выполнил команду быстро, единодушно и с поразительным энтузиазмом.

    — Станислав Петухов · книга
20. «

    Кошак бродил между столами, изображая большую голодную кису с огромными умоляющими глазами. Голодной подавали жалостливые, большой — все остальные.

    Кошак бродил между столами, изображая большую голодную кису с огромными умоляющими глазами. Голодной подавали жалостливые, большой — все остальные.

    — Цветок камалейника · книга