384 цитаты Оноре де Бальзака про любовь, время и выбор

Подборка из 384 цитаты Оноре де Бальзака: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   В тридцать лет она вела сама с собою чистосердечный разговор и чувствовала раздвоенность. В ней словно было две женщины: одна жила рассудком — другая чувством, одна страдала — другая больше не желала страдать.

   В тридцать лет она вела сама с собою чистосердечный разговор и чувствовала раздвоенность. В ней словно было две женщины: одна жила рассудком — другая чувством, одна страдала — другая больше не желала страдать.

   — маркиза Жюли д’Эглемон · книга
2. «

   Но равноценна ли книга мечу, а рассуждение — действию? Вот в чем вопрос.

   Но равноценна ли книга мечу, а рассуждение — действию? Вот в чем вопрос.

   — Шагреневая кожа · книга
3. «

   Он был добр, но держался так замкнуто, что слыл суровым и высокомерным. Люди охотно позволяют возвышаться над ними, но никогда не прощают тех, кто не опускается до их уровня. Поэтому к чувству восхищения, которое вызывают в них сильные натуры, всегда примешана доля ненависти и страха. В безудержном благородстве люди всегда видят молчаливое порицание себе и никогда не простят этого ни живым, ни мёртвым.

   Он был добр, но держался так замкнуто, что слыл суровым и высокомерным. Люди охотно позволяют возвышаться над ними, но никогда не прощают тех, кто не опускается до их уровня. Поэтому к чувству восхищения, которое вызывают в них сильные натуры, всегда примешана доля ненависти и страха. В безудержном благородстве люди всегда видят молчаливое порицание себе и никогда не простят этого ни живым, ни мёртвым.

   — Герцогиня де Ланже · книга
4. «

   Больные никогда не верят близости конца.

   Больные никогда не верят близости конца.

   — Графиня де Ресто · книга
5. «

   Мы не можем объяснять одною и той же физическою причиною сильные потрясения, в той или иной мере затрагивающие различных субъектов, и предписывать им одинаковый курс лечения. Люди не похожи друг на друга. У каждого из нас имеются органы, по-разному возбуждаемые, по разному питаемые, у которых может быть разное назначение и которые по-своему выполняют то, что им задано неведомым нам порядком вещей.

   Мы не можем объяснять одною и той же физическою причиною сильные потрясения, в той или иной мере затрагивающие различных субъектов, и предписывать им одинаковый курс лечения. Люди не похожи друг на друга. У каждого из нас имеются органы, по-разному возбуждаемые, по разному питаемые, у которых может быть разное назначение и которые по-своему выполняют то, что им задано неведомым нам порядком вещей.

   — Камеристус · книга
6. «

   Траур в сердце, а не в одежде.

   Траур в сердце, а не в одежде.

   — Евгения Гранде · книга
7. «

   Французская шутка — это кружево, которое женщины искусно вплетают в любовные утехи и выдуманные ими для разнообразия ссоры; это украшение ума, легкое и изящное, как женский наряд. Но английская шутка — это кислота, которая разъедает все, чего не коснется, и оставляет от людей одни лишь гладкие и словно очищенные скелеты.

   Французская шутка — это кружево, которое женщины искусно вплетают в любовные утехи и выдуманные ими для разнообразия ссоры; это украшение ума, легкое и изящное, как женский наряд. Но английская шутка — это кислота, которая разъедает все, чего не коснется, и оставляет от людей одни лишь гладкие и словно очищенные скелеты.

   — Лилия долины · книга
8. «

   Женщины верят только тому мужчине, который уснащает свои речи словами любви.

   Женщины верят только тому мужчине, который уснащает свои речи словами любви.

   — полковник Шабер · книга
9. «

   Деньги обретают значение лишь с той минуты, когда исчезает чувство.

   Деньги обретают значение лишь с той минуты, когда исчезает чувство.

   — Дельфина · книга
10. «

    Ужасную картину увидели бы мы, если б могли заглянуть в души наследников, обступающих смертное ложе. Сколько тут козней, расчетов, злостных ухищрений – и всё из-за денег!

    Ужасную картину увидели бы мы, если б могли заглянуть в души наследников, обступающих смертное ложе. Сколько тут козней, расчетов, злостных ухищрений – и всё из-за денег!

    — Дервиль · книга
11. «

    Порядочная женщина — та, которую любовник боится скомпрометировать.

    Порядочная женщина — та, которую любовник боится скомпрометировать.

    — Физиология брака · книга
12. «

    Встречаются мужчины, чья глупость и упорство поистине превосходят все, чего можно ожидать от Божьего создания.

    Встречаются мужчины, чья глупость и упорство поистине превосходят все, чего можно ожидать от Божьего создания.

    — Физиология брака · книга
13. «

    Свет зол и гнусен. Едва обрушится на нас несчастье, всегда найдётся друг, готовый сейчас же поспешить к нам с известием об этом и покопаться в нашем сердце своим кинжалом, предоставляя нам любоваться его красивой рукоятью.

    Свет зол и гнусен. Едва обрушится на нас несчастье, всегда найдётся друг, готовый сейчас же поспешить к нам с известием об этом и покопаться в нашем сердце своим кинжалом, предоставляя нам любоваться его красивой рукоятью.

    — Отец Горио · книга
14. «

    Притом, сознаюсь к стыду своему, я не понимаю любви в нищете. Пусть это от моей испорченности, которою я обязан болезни человечества, именуемой цивилизацией, но женщина — будь она привлекательна, как прекрасная Елена, эта Галатея Гомера, — не может покорить мое сердце, если она хоть чуть-чуть замарашка.

    Притом, сознаюсь к стыду своему, я не понимаю любви в нищете. Пусть это от моей испорченности, которою я обязан болезни человечества, именуемой цивилизацией, но женщина — будь она привлекательна, как прекрасная Елена, эта Галатея Гомера, — не может покорить мое сердце, если она хоть чуть-чуть замарашка.

    — Рафаэль де Валентен · книга
15. «

    Когда человек думает, что он что-либо усовершенствовал, на самом деле он сделал только перестановку.

    Когда человек думает, что он что-либо усовершенствовал, на самом деле он сделал только перестановку.

    — Шагреневая кожа · книга
16. «

    Любовь и работа имеют свойство делать человека абсолютно равнодушным к другим вещам.

    Любовь и работа имеют свойство делать человека абсолютно равнодушным к другим вещам.
17. «

    Я был жертвою чрезмерного честолюбия, я полагал, что рожден для великих дел, — и прозябал в ничтожестве. Я ощущал потребность в людях — и не имел друзей. Я должен был пробить себе дорогу в свете — и томился в одиночестве, скорее из чувства стыда, нежели страха.

    Я был жертвою чрезмерного честолюбия, я полагал, что рожден для великих дел, — и прозябал в ничтожестве. Я ощущал потребность в людях — и не имел друзей. Я должен был пробить себе дорогу в свете — и томился в одиночестве, скорее из чувства стыда, нежели страха.

    — Рафаэль де Валентен · книга
18. «

    Он настолько принадлежал всем женщинам, что не мог принадлежать одной.

    Он настолько принадлежал всем женщинам, что не мог принадлежать одной.

    — Дочь Евы · книга
19. «

    Некоторые личности стоят так высоко, что никакие оскорбления не смогут их задеть.

    Некоторые личности стоят так высоко, что никакие оскорбления не смогут их задеть.

    — Мари Верней · книга
20. «

    Чем ниже спускаешься в кругах общества, тем больше встречаешь искренних и благородных чувств.

    Чем ниже спускаешься в кругах общества, тем больше встречаешь искренних и благородных чувств.

    — Мари · книга