386 цитат Оноре де Бальзака — коротко и по делу

Подборка из 386 цитат Оноре де Бальзака: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Он принадлежал к тем людям, которые, веря во всемогущество случая, всегда идут вперед и в последнюю минуту, очутившись лицом к лицу с опасностью, вдохновляются ею и находят в себе силы преодолеть ее.

   Он принадлежал к тем людям, которые, веря во всемогущество случая, всегда идут вперед и в последнюю минуту, очутившись лицом к лицу с опасностью, вдохновляются ею и находят в себе силы преодолеть ее.

   — Покинутая женщина · книга
2. «

   Законы светского общества таковы, что об этих сплетнях знали все, кроме заинтересованных лиц.

   Законы светского общества таковы, что об этих сплетнях знали все, кроме заинтересованных лиц.

   — Брачный контракт · книга
3. «

   Ведь вся жизнь человеческая — сделка.

   Ведь вся жизнь человеческая — сделка.

   — Гобсек · книга
4. «

   В начале любви, как и в начале жизни, есть период, когда она довольствуется сама собой.

   В начале любви, как и в начале жизни, есть период, когда она довольствуется сама собой.

   — Лилия долины · книга
5. «

   Незыблемо лишь одно-единственное чувство, вложенное в нас самой природой: инстинкт самосохранения. В государствах европейской цивилизации этот инстинкт именуется личным интересом.

   Незыблемо лишь одно-единственное чувство, вложенное в нас самой природой: инстинкт самосохранения. В государствах европейской цивилизации этот инстинкт именуется личным интересом.

   — Гобсек · книга
6. «

   Успех одного отважного человека всегда побуждает к рвению и мужеству целое поколение.

   Успех одного отважного человека всегда побуждает к рвению и мужеству целое поколение.
7. «

   Слава — товар невыгодный: стоит дорого, сохраняется плохо.

   Слава — товар невыгодный: стоит дорого, сохраняется плохо.

   — Шагреневая кожа · книга
8. «

   Люди заурядного ума не могут представить себе, как страдает одаренное существо, когда, связанная с другим существом интимным чувством, она вынуждена подавлять в себе дорогие проявления мысли, когда образы, порождённые волшебной силой творчества, на мгновение появившись из небытия, туда же и возвращаются.

   Люди заурядного ума не могут представить себе, как страдает одаренное существо, когда, связанная с другим существом интимным чувством, она вынуждена подавлять в себе дорогие проявления мысли, когда образы, порождённые волшебной силой творчества, на мгновение появившись из небытия, туда же и возвращаются.

   — Дом кошки, играющей в мяч · книга
9. «

   Счастье надо так же пестовать, как и любовь.

   Счастье надо так же пестовать, как и любовь.

   — Мать Луизы · книга
10. «

    Разве можно судить хоть грош человеку, у которого долгов на триста тысяч франков, а за душой ни сантима?

    Разве можно судить хоть грош человеку, у которого долгов на триста тысяч франков, а за душой ни сантима?

    — Гобсек · книга
11. «

    Он увидел глаз, ясный, как у ребенка, живой глаз мертвой головы, свет дрожал в нем среди свежей влаги; и, окаймленный прекрасными черными ресницами, он светился подобно тем одиноким огонькам, что зимним вечером видит путник в пустынном поле. Сверкающий глаз, казалось, готов был броситься на Дон Хуана, он мыслил, обвинял, проклинал, угрожал, судил, говорил; он кричал, он впивался в Дои Хуана. Он был обуреваем всеми страстями человеческими. Он выражал то нежнейшую мольбу, то царственный гнев, то любовь девушки, умоляющей палачей о помиловании, — словом, это был глубокий взгляд, который бросает людям человек, поднимаясь на последнюю ступеньку эшафота. Столько светилось жизни в этом обломке жизни, что Дон Хуан в ужасе отступил; он прошелся по комнате, не смея взглянуть на глаз, видневшийся ему повсюду: на полу, на потолке и на стенных коврах. Всю комнату усеяли искры, полные огня, жизни, разума. Повсюду сверкали глаза и преследовали его, как затравленного зверя.

    Он увидел глаз, ясный, как у ребенка, живой глаз мертвой головы, свет дрожал в нем среди свежей влаги; и, окаймленный прекрасными черными ресницами, он светился подобно тем одиноким огонькам, что зимним вечером видит путник в пустынном поле. Сверкающий глаз, казалось, готов был броситься на Дон Хуана, он мыслил, обвинял, проклинал, угрожал, судил, говорил; он кричал, он впивался в Дои Хуана. Он был обуреваем всеми страстями человеческими. Он выражал то нежнейшую мольбу, то царственный гнев, то любовь девушки, умоляющей палачей о помиловании, — словом, это был глубокий взгляд, который бросает людям человек, поднимаясь на последнюю ступеньку эшафота. Столько светилось жизни в этом обломке жизни, что Дон Хуан в ужасе отступил; он прошелся по комнате, не смея взглянуть на глаз, видневшийся ему повсюду: на полу, на потолке и на стенных коврах. Всю комнату усеяли искры, полные огня, жизни, разума. Повсюду сверкали глаза и преследовали его, как затравленного зверя.

    — Эликсир долголетия · книга
12. «

    Супружество должно сражаться со всепожирающим чудовищем — привычкой.

    Супружество должно сражаться со всепожирающим чудовищем — привычкой.
13. «

    Сильные жизненные потрясения исцеляют от мелких страхов.

    Сильные жизненные потрясения исцеляют от мелких страхов.

    — Герцогиня де Ланже · книга
14. «

    — Убить того, кого любишь? — спросила она тихо. — Конечно, если он разлюбил.

    — Убить того, кого любишь? — спросила она тихо. — Конечно, если он разлюбил.

    — Мари · книга
15. «

    Она скрывала свой план с редкостным искусством, представляющим собой высшую степень женского вероломства.

    Она скрывала свой план с редкостным искусством, представляющим собой высшую степень женского вероломства.

    — Гобсек · книга
16. «

    Господь видит наши грехи, но он видит и наше раскаяние.

    Господь видит наши грехи, но он видит и наше раскаяние.

    — Воспоминания двух юных жён · книга
17. «

    Кто не жил на левом берегу Сены, между улицей Сен-Жак и улицей Святых Отцов, тот не изведал человеческой жизни!

    Кто не жил на левом берегу Сены, между улицей Сен-Жак и улицей Святых Отцов, тот не изведал человеческой жизни!

    — Отец Горио · книга
18. «

    Разве тень неуверенности не продлевает иллюзию блаженства и не тешит самолюбие, которое так сильно и так властно тревожит души всех людей? Супружеская любовь, как я ее понимаю, делает женщину источником надежды, наделяет ее верховной властью, неисчерпаемой силой и сердечной теплотой, от которой расцветает все вокруг. Чем независимее женщина, тем легче ей сохранить любовь и счастье в семье.

    Разве тень неуверенности не продлевает иллюзию блаженства и не тешит самолюбие, которое так сильно и так властно тревожит души всех людей? Супружеская любовь, как я ее понимаю, делает женщину источником надежды, наделяет ее верховной властью, неисчерпаемой силой и сердечной теплотой, от которой расцветает все вокруг. Чем независимее женщина, тем легче ей сохранить любовь и счастье в семье.

    — Рене · книга
19. «

    Любовь не прощает ничего либо прощает все.

    Любовь не прощает ничего либо прощает все.

    — Мари Верней · книга
20. «

    Страшную, непрестанную борьбу ведёт посредственность с теми, кто её превосходит.

    Страшную, непрестанную борьбу ведёт посредственность с теми, кто её превосходит.