136 цитат Павла Корнева

Ниже 136 цитат Павла Корнева — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — Уже восемь! Нормальные люди давно встали! — Не путай нормальных людей и людей обычных.

   — Уже восемь! Нормальные люди давно встали! — Не путай нормальных людей и людей обычных.

   — Эрик Рой · книга
2. «

   Человеку свойственно надеяться на лучшее. Такова уж его природа, ничего не попишешь. Встречаются изредка, правда, принципиальные пессимисты, да поди еще разберись – действительно они все в мрачном свете видят или других в этом убедить пытаются.

   Человеку свойственно надеяться на лучшее. Такова уж его природа, ничего не попишешь. Встречаются изредка, правда, принципиальные пессимисты, да поди еще разберись – действительно они все в мрачном свете видят или других в этом убедить пытаются.

   — Евгений Максимович Апостол · книга
3. «

   Упущенные возможности окружают нас ежечасно и ежеминутно, мы даже не всегда осознаем, какие пути оказываются закрыты из-за одного-единственного несвоевременно сказанного слова. К тому же всякая упущенная возможность становится питательной средой для возможностей грядущих. Вероятное будущее столь многолико, что нелепо оплакивать отправившиеся псу под хвост чаяния. Несбывшиеся мечты стоит хранить в сердце. А вот чего делать не стоит, так это воплощать мечту, шагая по головам. Тем более — по трупам.

   Упущенные возможности окружают нас ежечасно и ежеминутно, мы даже не всегда осознаем, какие пути оказываются закрыты из-за одного-единственного несвоевременно сказанного слова. К тому же всякая упущенная возможность становится питательной средой для возможностей грядущих. Вероятное будущее столь многолико, что нелепо оплакивать отправившиеся псу под хвост чаяния. Несбывшиеся мечты стоит хранить в сердце. А вот чего делать не стоит, так это воплощать мечту, шагая по головам. Тем более — по трупам.

   — Без гнева и пристрастия · книга
4. «

   И наплевать, что впереди полная неопределенность, главное – двигаться начать. А там уже видно будет.

   И наплевать, что впереди полная неопределенность, главное – двигаться начать. А там уже видно будет.

   — Черный полдень · книга
5. «

   А странности… Да кто в наше время абсолютной нормальностью похвастаться может? Живые ж люди.

   А странности… Да кто в наше время абсолютной нормальностью похвастаться может? Живые ж люди.

   — Черный полдень · книга
6. «

   — Угощайся. — Николай протянул Максу открытую пачку сигарет. — Благодарю, уже два месяца, как бросил, — отказался тот. — Сила воли у тебя, однако. — Ветрицкий выщелкнул из пачки сигарету и достал зажигалку. — Сила воли и отсутствие денег — это куда круче, чем просто сила воли. — Не скажи. У меня друзья, когда курить начинали, говорили: «Курить будем, но только когда угощают», потом начали говорить: «Сигареты можно и купить, но бычки собирать — никогда». Через годик их волновало только сколько табака осталось в окурке и не плавает ли он в луже. — Коля прикурил и начал вертеть зажигалку меж пальцев. — Если в луже, просушить можно, — поделился опытом я. — Веселые у тебя друзья, я смотрю.

   — Угощайся. — Николай протянул Максу открытую пачку сигарет. — Благодарю, уже два месяца, как бросил, — отказался тот. — Сила воли у тебя, однако. — Ветрицкий выщелкнул из пачки сигарету и достал зажигалку. — Сила воли и отсутствие денег — это куда круче, чем просто сила воли. — Не скажи. У меня друзья, когда курить начинали, говорили: «Курить будем, но только когда угощают», потом начали говорить: «Сигареты можно и купить, но бычки собирать — никогда». Через годик их волновало только сколько табака осталось в окурке и не плавает ли он в луже. — Коля прикурил и начал вертеть зажигалку меж пальцев. — Если в луже, просушить можно, — поделился опытом я. — Веселые у тебя друзья, я смотрю.

   — Макс · книга
7. «

   Знание – это сила. Сила – это власть.

   Знание – это сила. Сила – это власть.

   — Черный полдень · книга
8. «

   Жизнь штука такая — все течет, все меняется…

   Жизнь штука такая — все течет, все меняется…

   — Чёрные сны · книга
9. «

   Когда у человека много друзей — это замечательно. Правда, зачастую в один не совсем прекрасный момент выясняется, что далеко не все те, кто считался таковыми, являются ими на самом деле. В лучшем случае — это просто приятели. В худшем… в худшем иной раз и вовсе пакостно выходит. Другое дело — знакомые. Знакомые — это связи. Знакомые — это возможности. Да, они могут быть весьма назойливыми, но кто из нас без греха? Я и сам, чего уж там, не самый приятный в общении человек. А куда деваться? Работа такая…

   Когда у человека много друзей — это замечательно. Правда, зачастую в один не совсем прекрасный момент выясняется, что далеко не все те, кто считался таковыми, являются ими на самом деле. В лучшем случае — это просто приятели. В худшем… в худшем иной раз и вовсе пакостно выходит. Другое дело — знакомые. Знакомые — это связи. Знакомые — это возможности. Да, они могут быть весьма назойливыми, но кто из нас без греха? Я и сам, чего уж там, не самый приятный в общении человек. А куда деваться? Работа такая…

   — Жнец · книга
10. «

    Хорошее правило — меньше знаешь, крепче спишь. Не суй нос в чужие дела, и все будет хорошо. Ну или, по крайней мере, тебе его случайно не прищемят. Многие люди избежали бы кучи неприятностей, следуй они этому правилу. Да только такова уж человеческая натура, что запах чужих тайн манит ничуть не меньше, чем звон полновесных золотых монет.

    Хорошее правило — меньше знаешь, крепче спишь. Не суй нос в чужие дела, и все будет хорошо. Ну или, по крайней мере, тебе его случайно не прищемят. Многие люди избежали бы кучи неприятностей, следуй они этому правилу. Да только такова уж человеческая натура, что запах чужих тайн манит ничуть не меньше, чем звон полновесных золотых монет.

    — Проклятый металл · книга
11. «

    Говорят, хуже нет, чем ждать и догонять. На мой взгляд, ждать в этой поговорке стоит на первом месте не зря. Когда догоняешь, не до всяких глупых размышлений, которые начинают лезть в голову, стоит устроиться в засаде. А хорошо ли мы замаскировались? А если они пойдут с другой стороны? Что ж так холодно? А может, никто и не придет? Не дернутся ли пацаны раньше времени? А сколько человек будет? Не заснет ли Макс? Еще двадцать минут — и в палатку. Не видно ли Николая с поляны? Да что ж так холодно? Долго еще? Блин, похоже, зря мерзнем. Что пацанам скажу? Чайку бы горячего. Пять минут и — баста. А увидим ли мы что-нибудь в темноте? А если парней уже сняли? Все, досчитаю до тысячи — и отбой. Раз, два, три… А если лыжный костюм зашуршит? А это что за гуканье? Сова? … двести пять, двести шесть, двести семь… Может, у меня паранойя, и никто за нами не следил? Не подбирается ли кто-нибудь сзади? А если пройтись до дороги? …семьсот тридцать семь, семьсот тридцать восемь, семьсот сорок… Холодно-то как, уже ног не чувствую. А… После таких размышлений нервы натянулись как гитарные струны. Тронь пальцем — зазвенят.

    Говорят, хуже нет, чем ждать и догонять. На мой взгляд, ждать в этой поговорке стоит на первом месте не зря. Когда догоняешь, не до всяких глупых размышлений, которые начинают лезть в голову, стоит устроиться в засаде. А хорошо ли мы замаскировались? А если они пойдут с другой стороны? Что ж так холодно? А может, никто и не придет? Не дернутся ли пацаны раньше времени? А сколько человек будет? Не заснет ли Макс? Еще двадцать минут — и в палатку. Не видно ли Николая с поляны? Да что ж так холодно? Долго еще? Блин, похоже, зря мерзнем. Что пацанам скажу? Чайку бы горячего. Пять минут и — баста. А увидим ли мы что-нибудь в темноте? А если парней уже сняли? Все, досчитаю до тысячи — и отбой. Раз, два, три… А если лыжный костюм зашуршит? А это что за гуканье? Сова? … двести пять, двести шесть, двести семь… Может, у меня паранойя, и никто за нами не следил? Не подбирается ли кто-нибудь сзади? А если пройтись до дороги? …семьсот тридцать семь, семьсот тридцать восемь, семьсот сорок… Холодно-то как, уже ног не чувствую. А… После таких размышлений нервы натянулись как гитарные струны. Тронь пальцем — зазвенят.

    — Лед · книга
12. «

    Сразу вспомнились две на собственной шкуре прочувствованные истины: а) наивно полагать, будто ты нравишься абсолютно всем; б) не стоит недооценивать целеустремленность тех, кому ты не нравишься. Да и вообще слишком самоуверенным быть не стоит.

    Сразу вспомнились две на собственной шкуре прочувствованные истины: а) наивно полагать, будто ты нравишься абсолютно всем; б) не стоит недооценивать целеустремленность тех, кому ты не нравишься. Да и вообще слишком самоуверенным быть не стоит.

    — Лед. Чистильщик · книга
13. «

    Но стоит ли бояться страха? Своего собственного страха? Страх — это ничто. Страх — мой старый знакомый. Я бил по собственному страху. Не убивал его в себе, но заставлял подчиниться. Брал под контроль. И вполне в этом преуспел.

    Но стоит ли бояться страха? Своего собственного страха? Страх — это ничто. Страх — мой старый знакомый. Я бил по собственному страху. Не убивал его в себе, но заставлял подчиниться. Брал под контроль. И вполне в этом преуспел.

    — Виктор Грай · книга
14. «

    Я тебе вот что скажу: лучшее средство от всяких там фиксаций, нервных срывов и душевных терзаний — это холодная водка. Теплая помогает хуже. Но тоже помогает. В особо тяжелых случаях водку рекомендуется лакировать пивом.

    Я тебе вот что скажу: лучшее средство от всяких там фиксаций, нервных срывов и душевных терзаний — это холодная водка. Теплая помогает хуже. Но тоже помогает. В особо тяжелых случаях водку рекомендуется лакировать пивом.

    — Скользкий · книга
15. «

    Работный люд совершенствуется в мастерстве, армейские служаки тренируются в обращении с оружием, студиозусы набивают свою голову чужими умными мыслями, монахи штудируют Святые писания, а шулера развивают ловкость пальцев, но духовное самосовершенствование остается прерогативой немногих. Практически одних лишь Святых.

    Работный люд совершенствуется в мастерстве, армейские служаки тренируются в обращении с оружием, студиозусы набивают свою голову чужими умными мыслями, монахи штудируют Святые писания, а шулера развивают ловкость пальцев, но духовное самосовершенствование остается прерогативой немногих. Практически одних лишь Святых.

    — Осквернитель · книга
16. «

    Людям только дай возможность на слабости ближнего своего заработать.

    Людям только дай возможность на слабости ближнего своего заработать.

    — Скользкий · книга
17. «

    Утро — это ритуал. Первая сигарета, первая чашка кофе, порция гренок, свежая газета. Молочная пелена тумана на улицах, редкие машины и рассвет — осторожный и неторопливый, словно пробирающийся в город вражеский лазутчик.

    Утро — это ритуал. Первая сигарета, первая чашка кофе, порция гренок, свежая газета. Молочная пелена тумана на улицах, редкие машины и рассвет — осторожный и неторопливый, словно пробирающийся в город вражеский лазутчик.

    — Без гнева и пристрастия · книга
18. «

    Родина — это там, где тепло.

    Родина — это там, где тепло.

    — Евгений Максимович Апостол · книга
19. «

    Меру надо знать, все проблемы у людей оттого, что меры не знают.

    Меру надо знать, все проблемы у людей оттого, что меры не знают.

    — Жан · книга
20. «

    Результат, он лучше всякой отчетности о человеке говорит.

    Результат, он лучше всякой отчетности о человеке говорит.

    — Альберт Иванович Куренков · книга