18 цитат Пола Марса, проверенных временем

Ниже 18 цитат Пола Марса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я также хочу упомянуть ещё одну земную поговорку: «Нет смысла запирать дверь конюшни, после того, как лошадь убежала», и, чтобы было ясно, я укажу, что под «лошадью» я подразумеваю «Мисси», а под «сбежала» я подразумеваю «уничтожила всю планету». Ваш умоляющий, Нардол.

   Я также хочу упомянуть ещё одну земную поговорку: «Нет смысла запирать дверь конюшни, после того, как лошадь убежала», и, чтобы было ясно, я укажу, что под «лошадью» я подразумеваю «Мисси», а под «сбежала» я подразумеваю «уничтожила всю планету». Ваш умоляющий, Нардол.

   — Каван Скотт · книга
2. «

   Она свистнула ему: — Слезай, Доктор! А то всё пропустишь! Она услышала его грустный смех. Он встал, зевнул, потянулся и опустил Аджа'иб в свой вместительный карман. — Скажи мне, Сэм, — сказал его тёмный силуэт. — Ты нас, часом, не впутала во что-то опасное? Она широко улыбнулась: — И что бы ты сказал, если бы впутала? — Я бы сказал: молодец!

   Она свистнула ему: — Слезай, Доктор! А то всё пропустишь! Она услышала его грустный смех. Он встал, зевнул, потянулся и опустил Аджа'иб в свой вместительный карман. — Скажи мне, Сэм, — сказал его тёмный силуэт. — Ты нас, часом, не впутала во что-то опасное? Она широко улыбнулась: — И что бы ты сказал, если бы впутала? — Я бы сказал: молодец!

   — Сэм Джонс · книга
3. «

   — Хисперо — и город, и планета — живут по своим законам. Не следует так пренебрежительно относиться к тёмным силам, которые некоторым удалось тут обуздать, Хила. — Да ладно тебе, Доктор, — сказала Сэм. — Ты же не хочешь сказать, что ты веришь в колдовство и чёрную магию? Уж кто-кто, но ты?! — О книге по обёртке не судят, Сэм, — сказал он. — Это ещё как понимать? — Это значит, что были когда-то времена, когда я считал, что рациональность — это всё. Что можно понять что угодно, если с ясной головой применить логику и не поддаваться суевериям. Я считал всё это ерундой. Но сейчас... — он вздохнул. — Я бы сказал, что я этнометодологист. Это всё ещё наука. Но она о том, чтобы настроить себя на параметры общества, которое посещаешь. Думать с их точки зрения. Видеть их утешительные мифы и идеи изнутри. Теперь я не тороплюсь отбрасывать всё загадочное, похожее на волшебство. Возьмём, к примеру, вампиров, Сэм. Ты выросла с мыслью о том, что вампиры существуют только в фильмах ужасов и в старых легендах. Но ты их встречала: они настоящие. Они существуют на собственных условиях. Они такие же сказочные и обычные, как и мы с тобой.

   — Хисперо — и город, и планета — живут по своим законам. Не следует так пренебрежительно относиться к тёмным силам, которые некоторым удалось тут обуздать, Хила. — Да ладно тебе, Доктор, — сказала Сэм. — Ты же не хочешь сказать, что ты веришь в колдовство и чёрную магию? Уж кто-кто, но ты?! — О книге по обёртке не судят, Сэм, — сказал он. — Это ещё как понимать? — Это значит, что были когда-то времена, когда я считал, что рациональность — это всё. Что можно понять что угодно, если с ясной головой применить логику и не поддаваться суевериям. Я считал всё это ерундой. Но сейчас... — он вздохнул. — Я бы сказал, что я этнометодологист. Это всё ещё наука. Но она о том, чтобы настроить себя на параметры общества, которое посещаешь. Думать с их точки зрения. Видеть их утешительные мифы и идеи изнутри. Теперь я не тороплюсь отбрасывать всё загадочное, похожее на волшебство. Возьмём, к примеру, вампиров, Сэм. Ты выросла с мыслью о том, что вампиры существуют только в фильмах ужасов и в старых легендах. Но ты их встречала: они настоящие. Они существуют на собственных условиях. Они такие же сказочные и обычные, как и мы с тобой.

   — Доктор · книга
4. «

   — Понимаешь, я не люблю самокопание, психологию и психоанализ, — сказал Доктор. — Это ненужное любопытство. Поэтому ты и не слышишь, чтобы я исповедовался направо и налево. — А какие это могли бы быть исповеди! — засмеялась Сэм.

   — Понимаешь, я не люблю самокопание, психологию и психоанализ, — сказал Доктор. — Это ненужное любопытство. Поэтому ты и не слышишь, чтобы я исповедовался направо и налево. — А какие это могли бы быть исповеди! — засмеялась Сэм.

   — Доктор · книга
5. «

   — Вы отравили нас! Ведьма! Гарпия! – Мандевиль с трудом стоял, каждая часть его тела усиленно дрожала и горела. – Вы отравили всю еду! Женщина явно обиделась. — Да как вы посмели! Это было бы оскорблением для мяса.

   — Вы отравили нас! Ведьма! Гарпия! – Мандевиль с трудом стоял, каждая часть его тела усиленно дрожала и горела. – Вы отравили всю еду! Женщина явно обиделась. — Да как вы посмели! Это было бы оскорблением для мяса.

   — Каван Скотт · книга
6. «

   Отложив свиток с данными, он встал, подойдя к окну. Где она? Он остановился, заметив что-то у ног. Генерал посмотрел вниз и почувствовал, как его желудок сжался. Какая-то фигурка лежала на полу, не больше куклы: кожа была тёмной, волосы белокурыми, а из одежды – кожаная куртка, идеально обработанный ремень для пистолета, перекинутый через бёдра, сверкающий в свете солнц Галлифрея. Повелитель Времени мог разглядеть золотое кольцо на безымянном пальце правой руки. Генерал сглотнул, полностью осознавая, что будет, если он, осмотрев миниатюрное тело, найдет татуировку на её запястье. Крест на данных ещё одного из его лучших агентов. Он сделал шаг назад, заметив клочок бумаги под телом. Его доспехи заскрипели, когда он присел, осторожно вытаскивая записку. Генерал застыл, когда перевернул её. Почерк был знакомым, послание – точным. Три слова, написанные свежими зелеными чернилами: Не твоя марионетка.

   Отложив свиток с данными, он встал, подойдя к окну. Где она? Он остановился, заметив что-то у ног. Генерал посмотрел вниз и почувствовал, как его желудок сжался. Какая-то фигурка лежала на полу, не больше куклы: кожа была тёмной, волосы белокурыми, а из одежды – кожаная куртка, идеально обработанный ремень для пистолета, перекинутый через бёдра, сверкающий в свете солнц Галлифрея. Повелитель Времени мог разглядеть золотое кольцо на безымянном пальце правой руки. Генерал сглотнул, полностью осознавая, что будет, если он, осмотрев миниатюрное тело, найдет татуировку на её запястье. Крест на данных ещё одного из его лучших агентов. Он сделал шаг назад, заметив клочок бумаги под телом. Его доспехи заскрипели, когда он присел, осторожно вытаскивая записку. Генерал застыл, когда перевернул её. Почерк был знакомым, послание – точным. Три слова, написанные свежими зелеными чернилами: Не твоя марионетка.

   — Каван Скотт · книга
7. «

   «Всё это время мы намеренно не заговаривали о Мисси. Мы получали награды и выгоды от того, что она когда-то заставила нас пожелать, а мы всё это время притворялись, что это просто глупая игра». Но Мисси была реальна и теперь она здесь. Снова.

   «Всё это время мы намеренно не заговаривали о Мисси. Мы получали награды и выгоды от того, что она когда-то заставила нас пожелать, а мы всё это время притворялись, что это просто глупая игра». Но Мисси была реальна и теперь она здесь. Снова.

   — Каван Скотт · книга
8. «

   — Многие человеческие жизни – пустая трата времени. Уж поверьте мне, я встречалась с самыми ужасными, бесполезными и бестолковыми людьми на этой планете. У вас хоть есть возможность всё переиграть… – она вздохнула и взяла свои зонтик и шляпку. – Я так понимаю, мне придётся стереть прямо из ваших голов всё, что вы узнали в будущем, чтобы не устроить полный разлад в истории Земли. Но, кажется, ваши взрослые воспоминания исчезают по мере того, как я говорю, ведь правда? Всё тает и отдаляется, словно странный сон, и вы вновь превращаетесь в компанию обыкновенных детей, не так ли? Да, я права, впрочем, как и всегда. Хорошо, тогда я здесь больше не нужна. — Подожди! – завопил Джек, который всё ещё смотрел в окно. – Тут что-то не так! — Ну, конечно! – всплеснула руками Мисси. – Мои коварные планы были испорчены. Взрыв аплодисментов. Вы качественно потрудились. Что может быть хуже? — Многое… – Джек указал на окно. – К примеру, огнедышащий дракон посреди Королевской площади!

   — Многие человеческие жизни – пустая трата времени. Уж поверьте мне, я встречалась с самыми ужасными, бесполезными и бестолковыми людьми на этой планете. У вас хоть есть возможность всё переиграть… – она вздохнула и взяла свои зонтик и шляпку. – Я так понимаю, мне придётся стереть прямо из ваших голов всё, что вы узнали в будущем, чтобы не устроить полный разлад в истории Земли. Но, кажется, ваши взрослые воспоминания исчезают по мере того, как я говорю, ведь правда? Всё тает и отдаляется, словно странный сон, и вы вновь превращаетесь в компанию обыкновенных детей, не так ли? Да, я права, впрочем, как и всегда. Хорошо, тогда я здесь больше не нужна. — Подожди! – завопил Джек, который всё ещё смотрел в окно. – Тут что-то не так! — Ну, конечно! – всплеснула руками Мисси. – Мои коварные планы были испорчены. Взрыв аплодисментов. Вы качественно потрудились. Что может быть хуже? — Многое… – Джек указал на окно. – К примеру, огнедышащий дракон посреди Королевской площади!

   — Каван Скотт · книга
9. «

   ПРИГЛАШЕНИЕ Уважаемая Мария Антуанетта! Приглашаем Вас присоединиться к МАДАМ. (Мизандрическая Агрессивная Дамская Армия Мисси). Это сообщество не для того, чтобы «есть тортик», а для того, чтобы отравить его и дать вашему мужу. Представьте себя правителем Франции и отправляйте на гильотину любого, кому это не понравится. Легко. Прошу вас поскорее ответить. Ваша подруга, Мисси.

   ПРИГЛАШЕНИЕ Уважаемая Мария Антуанетта! Приглашаем Вас присоединиться к МАДАМ. (Мизандрическая Агрессивная Дамская Армия Мисси). Это сообщество не для того, чтобы «есть тортик», а для того, чтобы отравить его и дать вашему мужу. Представьте себя правителем Франции и отправляйте на гильотину любого, кому это не понравится. Легко. Прошу вас поскорее ответить. Ваша подруга, Мисси.

   — Каван Скотт · книга
10. «

    А поскольку она вела себя как красавица, то она и была ею.

    А поскольку она вела себя как красавица, то она и была ею.

    — Доктор · книга
11. «

    — Зачем вы пришли за мной? — перекрикивала шум мотора Айрис. — Чего ещё хочет эта ваша Императрица? Она мне не верит? Она думает, что я не доведу это до конца? Что ещё за коварство созрело в её старой, мерзкой, сморщенной голове? Хила толкнул её локтем: — Дай ему хоть слово вставить.

    — Зачем вы пришли за мной? — перекрикивала шум мотора Айрис. — Чего ещё хочет эта ваша Императрица? Она мне не верит? Она думает, что я не доведу это до конца? Что ещё за коварство созрело в её старой, мерзкой, сморщенной голове? Хила толкнул её локтем: — Дай ему хоть слово вставить.

    — Айрис · книга
12. «

    — Если наши враги прознают, что мы пережили Войну Времени... — Вселенная будет порвана на клочки, планеты истекут кровью и звезды разобьются на осколки, – Мисси подмигнула Йайани. – Моё обычное утро воскресенья.

    — Если наши враги прознают, что мы пережили Войну Времени... — Вселенная будет порвана на клочки, планеты истекут кровью и звезды разобьются на осколки, – Мисси подмигнула Йайани. – Моё обычное утро воскресенья.

    — Каван Скотт · книга
13. «

    Тогда — а это было вчера — она уже не в первый раз задела чувства Доктора. Он с обиженным видом ушёл в соседнюю комнату смотреть на бабочек. Хорошо, что он никогда подолгу не дулся. Она считала, что для настоящей обиды ему не хватало умения сосредотачиваться.

    Тогда — а это было вчера — она уже не в первый раз задела чувства Доктора. Он с обиженным видом ушёл в соседнюю комнату смотреть на бабочек. Хорошо, что он никогда подолгу не дулся. Она считала, что для настоящей обиды ему не хватало умения сосредотачиваться.

    — Сэм Джонс · книга
14. «

    — Почему твоя ТАРДИС не переводит это? — Потому что этого языка нет в базе данных ТАРДИС. Это алфавит, разработанный доктором Kалубом, полный бред для всех, кроме него. — Тогда как ты понимаешь? — Потому что я всегда исключение из правил

    — Почему твоя ТАРДИС не переводит это? — Потому что этого языка нет в базе данных ТАРДИС. Это алфавит, разработанный доктором Kалубом, полный бред для всех, кроме него. — Тогда как ты понимаешь? — Потому что я всегда исключение из правил

    — Каван Скотт · книга
15. «

    Он пожалел, что его память была такой слабой. Иногда, когда он пытался вспомнить что-нибудь из своих предыдущих жизней, он словно вспоминал что-то, что ему рассказали или приснилось, или он прочёл об этом в книге. Из-за этого он чувствовал себя очень молодым. Очень маленьким на фоне величия своей жизни. Иногда не стоило утруждать свой разум, чтобы мысленно вернуться в какой-нибудь момент до Скаро, Лондона, Сан-Франциско, Лангбэрроу. Пускай прошлое приходит тогда, когда само того пожелает, — считал он. Так лучше всего. Потому что рано или поздно оно всё равно вернётся.

    Он пожалел, что его память была такой слабой. Иногда, когда он пытался вспомнить что-нибудь из своих предыдущих жизней, он словно вспоминал что-то, что ему рассказали или приснилось, или он прочёл об этом в книге. Из-за этого он чувствовал себя очень молодым. Очень маленьким на фоне величия своей жизни. Иногда не стоило утруждать свой разум, чтобы мысленно вернуться в какой-нибудь момент до Скаро, Лондона, Сан-Франциско, Лангбэрроу. Пускай прошлое приходит тогда, когда само того пожелает, — считал он. Так лучше всего. Потому что рано или поздно оно всё равно вернётся.

    — Сэм Джонс · книга
16. «

    — А у вас есть карты, у которых по краям чудовища нарисованы? Морские твари, драконы и русалки на полях? Мне такие всегда нравились. Гхариб вынимал карты одну за другой: — Наши карты все такие. Потому что всё, что находится на краях, за пределами стабильного, тихого центра, чудовищно.

    — А у вас есть карты, у которых по краям чудовища нарисованы? Морские твари, драконы и русалки на полях? Мне такие всегда нравились. Гхариб вынимал карты одну за другой: — Наши карты все такие. Потому что всё, что находится на краях, за пределами стабильного, тихого центра, чудовищно.

    — Доктор · книга
17. «

    — Разве она не лапочка? — Она такая грубая! Но глубоко внутри она милая. — У неё доброе сердце! — У меня совсем не доброе сердце!!! – взревела Мисси в ярости. – Под этой великолепной грудью бьются два сердца из настоящего, чистейшего зла!

    — Разве она не лапочка? — Она такая грубая! Но глубоко внутри она милая. — У неё доброе сердце! — У меня совсем не доброе сердце!!! – взревела Мисси в ярости. – Под этой великолепной грудью бьются два сердца из настоящего, чистейшего зла!

    — Каван Скотт · книга
18. «

    — Генерал, – промурлыкала она. – Какая неожиданная честь. Хотите, чтобы я сделала реверанс или поклонилась? — Я бы хотел, чтобы ты заткнулась и хоть один раз послушала.

    — Генерал, – промурлыкала она. – Какая неожиданная честь. Хотите, чтобы я сделала реверанс или поклонилась? — Я бы хотел, чтобы ты заткнулась и хоть один раз послушала.

    — Каван Скотт · книга