47 цитат Проспера Мериме, которые стоит перечитать

Ниже 47 цитат Проспера Мериме — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Волку с собакой не ужиться.

   Волку с собакой не ужиться.

   — Кармен · книга
2. «

   Я буду с тобою до смерти, да, но жить с тобой я не буду.

   Я буду с тобою до смерти, да, но жить с тобой я не буду.

   — Кармен · книга
3. «

   Когда меня дразнят, я делаю назло.

   Когда меня дразнят, я делаю назло.

   — Хосе Наварро · книга
4. «

   Теперь я больше никого не люблю и ненавижу себя за то, что когда-то тебя любила.

   Теперь я больше никого не люблю и ненавижу себя за то, что когда-то тебя любила.

   — Кармен · книга
5. «

   Первым чувством его была радость при виде друга; вторым — сожаление (достойный человек!), что его оторвали от книги; третьим — покорность обстоятельствам и полная готовность быть гостеприимным хозяином.

   Первым чувством его была радость при виде друга; вторым — сожаление (достойный человек!), что его оторвали от книги; третьим — покорность обстоятельствам и полная готовность быть гостеприимным хозяином.

   — Двойная ошибка · книга
6. «

   Сатана после отхода обрушивает на вас сильный прямой удар Гневом, а затем, прибегнув к обману при помощи Лицемерия, наносит вам удар с кварты Гордыней. Христианин сперва прикрывается Терпением, а затем отвечает на удар Гордыней ударом Смирения. Сатана, в бешенстве, колет его сперва Любострастием, однако ж, видя, что его выпад отпарирован Умерщвлением плоти, стремительно кидается на противника, дает ему подножку с помощью Лености, ранит его кинжалом Зависти и в то же время старается поселить в его сердце Скупость. Тут христианину нужно твердо стоять на ногах и смотреть в оба. Труд предохранит его от подножки Лености, от кинжала Зависти — Любовь к ближнему (весьма нелегкий парад, братья мои!). А что касаемо поползновений Скупости, то одна лишь Благотворительность способна от них защитить.

   Сатана после отхода обрушивает на вас сильный прямой удар Гневом, а затем, прибегнув к обману при помощи Лицемерия, наносит вам удар с кварты Гордыней. Христианин сперва прикрывается Терпением, а затем отвечает на удар Гордыней ударом Смирения. Сатана, в бешенстве, колет его сперва Любострастием, однако ж, видя, что его выпад отпарирован Умерщвлением плоти, стремительно кидается на противника, дает ему подножку с помощью Лености, ранит его кинжалом Зависти и в то же время старается поселить в его сердце Скупость. Тут христианину нужно твердо стоять на ногах и смотреть в оба. Труд предохранит его от подножки Лености, от кинжала Зависти — Любовь к ближнему (весьма нелегкий парад, братья мои!). А что касаемо поползновений Скупости, то одна лишь Благотворительность способна от них защитить.

   — Хроника времен Карла IX · книга
7. «

   — Да уж, в Лоньяке мы пограбили так пограбили! Вспомнишь — слюнки текут. — Какие красивые шелковые платья нам достались! — воскликнула Мила. — Сколько хорошего белья! — воскликнула Трудхен. — Какого жару мы дали монашкам из большого монастыря! — вмешался штандарт-юнкер.

   — Да уж, в Лоньяке мы пограбили так пограбили! Вспомнишь — слюнки текут. — Какие красивые шелковые платья нам достались! — воскликнула Мила. — Сколько хорошего белья! — воскликнула Трудхен. — Какого жару мы дали монашкам из большого монастыря! — вмешался штандарт-юнкер.

   — гугеноты · книга
8. «

   Через несколько месяцев после свадьбы все прекрасные качества Шаверни в значительной степени потеряли свою ценность.

   Через несколько месяцев после свадьбы все прекрасные качества Шаверни в значительной степени потеряли свою ценность.

   — Двойная ошибка · книга
9. «

   Теперь человечен тот, кто жесток, жесток тот, кто человечен.

   Теперь человечен тот, кто жесток, жесток тот, кто человечен.

   — народ · книга
10. «

    Если человек вас обманул, он мошенник; если он обманул вас дважды, вы дурак.

    Если человек вас обманул, он мошенник; если он обманул вас дважды, вы дурак.
11. «

    Все вы, мужчины, хотите прослыть за донжуанов. Вам кажется, что обманываете вы, а между тем вы сами часто попадаете в руки доньям жуанитам, еще более развращенным, чем вы.

    Все вы, мужчины, хотите прослыть за донжуанов. Вам кажется, что обманываете вы, а между тем вы сами часто попадаете в руки доньям жуанитам, еще более развращенным, чем вы.

    — Этрусская ваза · книга
12. «

    Тот, кто без повода с нашей стороны разоблачает перед нами свои тайны, обижается обыкновенно, если мы не платим ему тою же монетой.

    Тот, кто без повода с нашей стороны разоблачает перед нами свои тайны, обижается обыкновенно, если мы не платим ему тою же монетой.

    — Этрусская ваза · книга
13. «

    Она лгала, сеньор, она всегда лгала. Я не знаю, сказала ли эта женщина хоть раз в жизни слово правды; но, когда она говорила, я ей верил; это было сильнее меня.

    Она лгала, сеньор, она всегда лгала. Я не знаю, сказала ли эта женщина хоть раз в жизни слово правды; но, когда она говорила, я ей верил; это было сильнее меня.

    — Хосе Наварро · книга
14. «

    Она умела быть любезной со всеми, и со всеми одинаково.

    Она умела быть любезной со всеми, и со всеми одинаково.

    — Двойная ошибка · книга
15. «

    С красивым лицом и платьем от Штауба приобретешь разве таких женщин, которых бросишь через неделю: они прискучат после второго свиданья. Чтобы заставить себя полюбить — полюбить по-настоящему, — нужно кое-что другое…

    С красивым лицом и платьем от Штауба приобретешь разве таких женщин, которых бросишь через неделю: они прискучат после второго свиданья. Чтобы заставить себя полюбить — полюбить по-настоящему, — нужно кое-что другое…

    — Рассказчик · книга
16. «

    Молодежь выше всего ценит красивых лошадей и хорошеньких любовниц.

    Молодежь выше всего ценит красивых лошадей и хорошеньких любовниц.

    — Этрусская ваза · книга
17. «

    Быть может, мужество приходит с трудностью положения.

    Быть может, мужество приходит с трудностью положения.

    — Рассказчик · книга
18. «

    – Ты дьявол, – говорил я ей. – Да, – подтверждала она.

    – Ты дьявол, – говорил я ей. – Да, – подтверждала она.

    — Кармен · книга
19. «

    Он свято верил, что жена питает к нему спокойную дружбу (он слишком был философом, чтобы считать себя любимым, как в первый день супружества), и уверенность эта не доставляла ему ни удовольствия, ни огорчения: он легко примирился бы и с обратным положением.

    Он свято верил, что жена питает к нему спокойную дружбу (он слишком был философом, чтобы считать себя любимым, как в первый день супружества), и уверенность эта не доставляла ему ни удовольствия, ни огорчения: он легко примирился бы и с обратным положением.

    — Двойная ошибка · книга
20. «

    В истории я люблю только анекдоты, а из анекдотов предпочитаю такие, в которых, как мне подсказывает воображение, я нахожу правдивую картину нравов и характеров данной эпохи.

    В истории я люблю только анекдоты, а из анекдотов предпочитаю такие, в которых, как мне подсказывает воображение, я нахожу правдивую картину нравов и характеров данной эпохи.

    — Хроника времен Карла IX · книга