26 цитат, которые говорил Робер Мерль

Ниже 26 цитат Робера Мерля — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Самое ужасное заключается в том, что, сколько ни задавай себе вопросов, на них все равно не найти ответа.

   Самое ужасное заключается в том, что, сколько ни задавай себе вопросов, на них все равно не найти ответа.

   — Мальвиль · книга
2. «

   Подавлять студенческое движение — значит загонять болезнь внутрь, вместо того чтобы взглянуть правде в лицо.

   Подавлять студенческое движение — значит загонять болезнь внутрь, вместо того чтобы взглянуть правде в лицо.

   — За стеклом · книга
3. «

   Предчувствие небытия — вот что страшнее всего.

   Предчувствие небытия — вот что страшнее всего.

   — Мадрапур · книга
4. «

   Законодатели моды в общаге не брились, не мылись, надевали грязные свитера прямо на голое тело. Опрятные ребята вроде Менестреля были чуть ли не на подозрении, как носители буржуазного и контрреволюционного духа. Забавно, что такие простые вещи, как вода и мыло, возводятся в ранг жизненной философии.

   Законодатели моды в общаге не брились, не мылись, надевали грязные свитера прямо на голое тело. Опрятные ребята вроде Менестреля были чуть ли не на подозрении, как носители буржуазного и контрреволюционного духа. Забавно, что такие простые вещи, как вода и мыло, возводятся в ранг жизненной философии.

   — За стеклом · книга
5. «

   Вдруг Мьетта срывает с себя блузку и подставляет дождю обнаженную крепкую грудь, не знающую лифчика.

   Вдруг Мьетта срывает с себя блузку и подставляет дождю обнаженную крепкую грудь, не знающую лифчика.

   — Мальвиль · книга
6. «

   Сколь долгим ни казалось бы ваше существование, вечной останется только ваша смерть.

   Сколь долгим ни казалось бы ваше существование, вечной останется только ваша смерть.

   — Индус · книга
7. «

   Kак все поверхностные люди, она просто влюблена в слово «глубина». И зануда, вдобавок: я, я, я, ни грана юмора. Любопытно, что у девочек, страдающих гипертрофией «я», это «я» редко заслуживает внимания.

   Kак все поверхностные люди, она просто влюблена в слово «глубина». И зануда, вдобавок: я, я, я, ни грана юмора. Любопытно, что у девочек, страдающих гипертрофией «я», это «я» редко заслуживает внимания.

   — За стеклом · книга
8. «

   — Он вас, можно сказать, пригрел у себя на груди, а вы воспользовались этим, чтобы его ужалить. — Ужалить-то я его действительно ужалил, — сказал Дельмон, — но, с другой стороны, грудь его была не слишком уж горяча.

   — Он вас, можно сказать, пригрел у себя на груди, а вы воспользовались этим, чтобы его ужалить. — Ужалить-то я его действительно ужалил, — сказал Дельмон, — но, с другой стороны, грудь его была не слишком уж горяча.

   — За стеклом · книга
9. «

   Чтобы существовать, каждый организм нуждается в правилах, будь то писаные законы или просто обычаи. Куда мы придем, если будем постоянно ставить все под сомнение? Не можем же мы существовать в состоянии непрерывного протеста. Это было бы смерти подобно.

   Чтобы существовать, каждый организм нуждается в правилах, будь то писаные законы или просто обычаи. Куда мы придем, если будем постоянно ставить все под сомнение? Не можем же мы существовать в состоянии непрерывного протеста. Это было бы смерти подобно.

   — За стеклом · книга
10. «

    У белых слишком сильно развито представление о будущем. Не думать, принимать настоящее и гнать прочь тревогу!

    У белых слишком сильно развито представление о будущем. Не думать, принимать настоящее и гнать прочь тревогу!

    — Парсел · книга
11. «

    Надо жить с большим смаком. Ведь жизнь не такая уж долгая.

    Надо жить с большим смаком. Ведь жизнь не такая уж долгая.

    — Мальвиль · книга
12. «

    — У него умный вид, — сказала она, не отрывая глаз от Менестреля. — Не умный, а смышленый, — сказал Жоме. Она подняла брови. — Какая разница? — Для меня ум — это нечто всеобъемлющее, подразумевающее зрелость.

    — У него умный вид, — сказала она, не отрывая глаз от Менестреля. — Не умный, а смышленый, — сказал Жоме. Она подняла брови. — Какая разница? — Для меня ум — это нечто всеобъемлющее, подразумевающее зрелость.

    — За стеклом · книга
13. «

    Вот до чего экономия довела, — говорит дядя, — мяса-то на заднице совсем не осталось, сидеть не на чем.

    Вот до чего экономия довела, — говорит дядя, — мяса-то на заднице совсем не осталось, сидеть не на чем.

    — Мальвиль · книга
14. «

    В сущности, о профессоре можно судить еще до того, как он откроет рот, по манере, с какой он слушает студента, плавающего перед ним. Есть профы важные, сидят, точно в суде председательствуют. Дурно воспитанный проф разваливается в своем кресле, зевая от скуки, глядит в потолок и ковыряет в носу. Проф-комедиант не перестает улыбаться с тонким видом, гримасничает, поднимает брови. Проф-псих и крикун то и дело что-то яростно записывает, но потом почти не говорит, не обобщает. Существует даже проф-охальник, который разглядывает сидящую с ним рядом студентку, точно она продажная девка или он сам — сеньор, располагающий правом первой ночи.

    В сущности, о профессоре можно судить еще до того, как он откроет рот, по манере, с какой он слушает студента, плавающего перед ним. Есть профы важные, сидят, точно в суде председательствуют. Дурно воспитанный проф разваливается в своем кресле, зевая от скуки, глядит в потолок и ковыряет в носу. Проф-комедиант не перестает улыбаться с тонким видом, гримасничает, поднимает брови. Проф-псих и крикун то и дело что-то яростно записывает, но потом почти не говорит, не обобщает. Существует даже проф-охальник, который разглядывает сидящую с ним рядом студентку, точно она продажная девка или он сам — сеньор, располагающий правом первой ночи.

    — За стеклом · книга
15. «

    Pазве можно убедить людей, когда ты их раздражаешь?

    Pазве можно убедить людей, когда ты их раздражаешь?

    — За стеклом · книга
16. «

    Фальвина нанизывала свои речи, как четки. А вернее сказать, они разматывались, как рулон туалетной бумаги. Потянешь за кончик — разматывается весь рулон.

    Фальвина нанизывала свои речи, как четки. А вернее сказать, они разматывались, как рулон туалетной бумаги. Потянешь за кончик — разматывается весь рулон.

    — Мальвиль · книга
17. «

    Я понимаю, что должен был чувствовать Адам, когда в одно прекрасное утро обнаружил рядом с собой Еву, еще тепленькую, прямо с гончарного круга, где ее изготовили.

    Я понимаю, что должен был чувствовать Адам, когда в одно прекрасное утро обнаружил рядом с собой Еву, еще тепленькую, прямо с гончарного круга, где ее изготовили.

    — Мальвиль · книга
18. «

    Как выражается один из персонажей Сартра, я не развлекаюсь, а «отвлекаюсь».

    Как выражается один из персонажей Сартра, я не развлекаюсь, а «отвлекаюсь».

    — За стеклом · книга
19. «

    В сущности, с интеллигентами так же не стоит спорить, как с Моктаром. Моктар тебя просто не слушает. А интеллигенты, они слушают, но когда ты выскажешься, всегда выходит, что не это важно.

    В сущности, с интеллигентами так же не стоит спорить, как с Моктаром. Моктар тебя просто не слушает. А интеллигенты, они слушают, но когда ты выскажешься, всегда выходит, что не это важно.

    — За стеклом · книга
20. «

    Сегодня у нас первое общее собрание, на котором присутствуют все, включая трех женщин, Момо и нашего «серва». Мы явно демократизируемся.

    Сегодня у нас первое общее собрание, на котором присутствуют все, включая трех женщин, Момо и нашего «серва». Мы явно демократизируемся.

    — Мальвиль · книга