174 цитаты Семёна Яковлевича Надсона про любовь, время и выбор

Подборка из 174 цитаты Семёна Яковлевича Надсона: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я люблю эту тишь... Я люблю над рекой, Где она изогнулась излучиной, Утонувши в траве, под тенистой листвой, Отдохнуть в забытьи утомленной душой, Шумной жизнью столицы измученной.

   Я люблю эту тишь... Я люблю над рекой, Где она изогнулась излучиной, Утонувши в траве, под тенистой листвой, Отдохнуть в забытьи утомленной душой, Шумной жизнью столицы измученной.
2. «

   Любви, одной любви! Как нищий подаянья, Как странник, на пути застигнутый грозой, У крова чуждого молящий состраданья, Так я молю любви с тревогой и тоской.

   Любви, одной любви! Как нищий подаянья, Как странник, на пути застигнутый грозой, У крова чуждого молящий состраданья, Так я молю любви с тревогой и тоской.
3. «

   Не вини меня, друг мой, — я сын наших дней, Сын раздумья, тревог и сомнений: Я не знаю в груди беззаветных страстей, Безотчетных и смутных волнений.

   Не вини меня, друг мой, — я сын наших дней, Сын раздумья, тревог и сомнений: Я не знаю в груди беззаветных страстей, Безотчетных и смутных волнений.
4. «

   Зовем мы предрассудком чувство, В груди у нас сомнений ад, Сорвав венец златой с искусства, Мы увенчали им разврат.

   Зовем мы предрассудком чувство, В груди у нас сомнений ад, Сорвав венец златой с искусства, Мы увенчали им разврат.
5. «

   Милый друг, я знаю, я глубоко знаю, Что бессилен стих мой, бледный и больной; От его бессилья часто я страдаю, Часто тайно плачу в тишине ночной...

   Милый друг, я знаю, я глубоко знаю, Что бессилен стих мой, бледный и больной; От его бессилья часто я страдаю, Часто тайно плачу в тишине ночной...
6. «

   Напрасные мечты!... Тяжелыми цепями Навеки скован ты с бездушною толпой: Ты плакал за нее горючими слезами, Ты полюбил ее всей волей и душой. Ты понял, что в труде изъявленные руки, Что сотни этих жертв, загубленных в борьбе, И слезы нищеты, и стоны жгучей муки - Не книжный бред они, не грезятся тебе...

   Напрасные мечты!... Тяжелыми цепями Навеки скован ты с бездушною толпой: Ты плакал за нее горючими слезами, Ты полюбил ее всей волей и душой. Ты понял, что в труде изъявленные руки, Что сотни этих жертв, загубленных в борьбе, И слезы нищеты, и стоны жгучей муки - Не книжный бред они, не грезятся тебе...
7. «

   Чу, кричит буревестник!... Крепи паруса! И грозна и окутана мглою, Буря гневным челом уперлась в небеса И на волны ступила пятою. В ризе туч, опоясана беглым огнем Ярких молний вкруг мощного стана, Грозно сыплет она свой рокочущий гром На свинцовый простор океана.

   Чу, кричит буревестник!... Крепи паруса! И грозна и окутана мглою, Буря гневным челом уперлась в небеса И на волны ступила пятою. В ризе туч, опоясана беглым огнем Ярких молний вкруг мощного стана, Грозно сыплет она свой рокочущий гром На свинцовый простор океана.
8. «

   Я вперед не смотрю — и покуда нежна, И покуда тепла твоя ласка, Не спрошу у тебя я, надолго ль она, Не капризом ли женским она рождена, Не обманет ли душу, как сказка?..

   Я вперед не смотрю — и покуда нежна, И покуда тепла твоя ласка, Не спрошу у тебя я, надолго ль она, Не капризом ли женским она рождена, Не обманет ли душу, как сказка?..
9. «

   Не упрекай себя за то, что ты порою Даешь покой душе от дум и от тревог, Что любишь ты поля с их мирной тишиною, И зябь родной реки, и дремлющий лесок.

   Не упрекай себя за то, что ты порою Даешь покой душе от дум и от тревог, Что любишь ты поля с их мирной тишиною, И зябь родной реки, и дремлющий лесок.
10. «

    Ты полюбишь меня... Как искусный игрок, Я все карты заранее знаю И забрезживший в сердце твоем огонек В безграничный пожар раздуваю. И тебе ли, с твоею открытой душой И с правдивым, доверчивым взглядом, Не сломиться под вихрем — былинке степной, Не упиться хмельным моим ядом? Я, как клавиши, трогаю чувства твои, И я знаю, что робкие звуки Скоро выльются мощною песнью любви, Полной счастья, сомненья и муки!..

    Ты полюбишь меня... Как искусный игрок, Я все карты заранее знаю И забрезживший в сердце твоем огонек В безграничный пожар раздуваю. И тебе ли, с твоею открытой душой И с правдивым, доверчивым взглядом, Не сломиться под вихрем — былинке степной, Не упиться хмельным моим ядом? Я, как клавиши, трогаю чувства твои, И я знаю, что робкие звуки Скоро выльются мощною песнью любви, Полной счастья, сомненья и муки!..
11. «

    Оба с тобой одиноко-несчастные, Встретясь случайно, мы скоро сошлись: Слезы, упреки и жалобы страстные В наших беседах волной полились. Сладко казалось нам скорбь накипевшую Другу и брату, любя изливать. Только недолго нас счастье желанное Грело в своих благодатных лучах, - Что-то холодное, что-то нежданное Брату послышалось в братских речах: Точно друг другу мы сразу наскучили, Точно судьба нас в насмешку свела, Точно друг друга мы только измучили Повестью наших невзгод без числа.

    Оба с тобой одиноко-несчастные, Встретясь случайно, мы скоро сошлись: Слезы, упреки и жалобы страстные В наших беседах волной полились. Сладко казалось нам скорбь накипевшую Другу и брату, любя изливать. Только недолго нас счастье желанное Грело в своих благодатных лучах, - Что-то холодное, что-то нежданное Брату послышалось в братских речах: Точно друг другу мы сразу наскучили, Точно судьба нас в насмешку свела, Точно друг друга мы только измучили Повестью наших невзгод без числа.
12. «

    Ровные, плавные строки, Словно узор, ласкащий глаз!.. О мои песни, как вы стали далеки На страницах печатной книги от сердца, создавшего вас!

    Ровные, плавные строки, Словно узор, ласкащий глаз!.. О мои песни, как вы стали далеки На страницах печатной книги от сердца, создавшего вас!
13. «

    Бедный ребёнок, — она некрасива! То-то и в школе и дома она Так несмела, так всегда молчалива, Так не по-детски тиха и грустна! Зло над тобою судьба подшутила: Острою мыслью и чуткой душой Щедро дурнушку она наделила, - Не наделила одним — красотой... Ах, красота — это страшная сила!..

    Бедный ребёнок, — она некрасива! То-то и в школе и дома она Так несмела, так всегда молчалива, Так не по-детски тиха и грустна! Зло над тобою судьба подшутила: Острою мыслью и чуткой душой Щедро дурнушку она наделила, - Не наделила одним — красотой... Ах, красота — это страшная сила!..
14. «

    Поэзия теперь — поэзия скорбей.

    Поэзия теперь — поэзия скорбей.
15. «

    Милый друг, не рвись усталою душою От земли — порочной родины твоей, - Нет, трудись с землею и страдай с землею Общим тяжким горем братьев и людей.

    Милый друг, не рвись усталою душою От земли — порочной родины твоей, - Нет, трудись с землею и страдай с землею Общим тяжким горем братьев и людей.
16. «

    Я не зову тебя, сестра моей души, Источник светлых чувств и чистых наслаждений, Подруга верная в мучительной тиши Ночной бессонницы и тягостных сомнений... Я не зову тебя, поэзия... Не мне Твой светлый жертвенник порочными руками Венчать, как в старину, душистыми цветами И светлый гимн слагать в душевной глубине.

    Я не зову тебя, сестра моей души, Источник светлых чувств и чистых наслаждений, Подруга верная в мучительной тиши Ночной бессонницы и тягостных сомнений... Я не зову тебя, поэзия... Не мне Твой светлый жертвенник порочными руками Венчать, как в старину, душистыми цветами И светлый гимн слагать в душевной глубине.
17. «

    Пусть стонет мрачный лес при шуме непогоды, Пусть в берег бьет река мятежною волной, С ночными звуками бушующей природы Сливаюсь я моей истерзанной душой. Я не один теперь — суровые страданья Со мною делит ночь, могучий друг и брат, В рыданиях ее — звучат мои рыданья, В борьбе ее — мои проклятия кипят.

    Пусть стонет мрачный лес при шуме непогоды, Пусть в берег бьет река мятежною волной, С ночными звуками бушующей природы Сливаюсь я моей истерзанной душой. Я не один теперь — суровые страданья Со мною делит ночь, могучий друг и брат, В рыданиях ее — звучат мои рыданья, В борьбе ее — мои проклятия кипят.
18. «

    Кто ж облегчит немую муку, Кто осветит тот темный путь, Кто мне спасающую руку Захочет в горе протянуть?..

    Кто ж облегчит немую муку, Кто осветит тот темный путь, Кто мне спасающую руку Захочет в горе протянуть?..
19. «

    Нет героев в наш жалкий, скудеющий век.

    Нет героев в наш жалкий, скудеющий век.
20. «

    Поцелуй — первый шаг к охлаждению: мечта И возможной, и близкою стала; С поцелуем роняет венок чистота, И кумир низведён с пьедестала.

    Поцелуй — первый шаг к охлаждению: мечта И возможной, и близкою стала; С поцелуем роняет венок чистота, И кумир низведён с пьедестала.